Лед и пламя
Шрифт:
О вчерашнем дне никто не думал, завтрашний день зловеще глядел в глаза. Но та самая радиация, которая ускорила старение, породила и своего рода телепатическое общение, помогающее новорожденным воспринимать и осмысливать. А получившая силу инстинкта наследственная память сохранила картины других времен.
– Почему мы не пробуем добраться до корабля на горе? – спросил Сим.
– Слишком далеко. Понадобится защита от солнца, – объяснил Дайнк.
– Вы пробовали придумать защиту?
– Мази и втирания, одеяния из камня и птичьих перьев, а также в последнее время –
– Я пойду к кораблям, – сказал Сим.
– И погибнешь, – произнес старик в тишине, воцарившейся после слов Сима. Все смотрели на мальчика. – Ты очень эгоистичный юноша.
– Эгоистичный? – возмутился Сим.
Старик повел рукой в воздухе.
– Но такой эгоизм мне по душе. Ты хочешь жить дольше и готов все для этого сделать. Хочешь добраться до корабля. Но я говорю тебе, что ничего не выйдет. И все же, если ты будешь настаивать, я не смогу тебе помешать. По крайней мере ты не уподобишься тем из нас, которые уходят на войну, чтобы выиграть несколько лишних дней жизни.
– На войну? – переспросил Сим. – О какой войне тут может быть речь?
По его телу пробежала дрожь. Непонятно…
– Об этом завтра, – сказал Дайнк. – А сейчас слушай.
Еще одна ночь прошла.
7
Настало утро. По одному из ходов, крича и плача, прибежала Лайт и упала прямо в объятия Сима. Она опять изменилась. Стала еще старше и еще прекраснее. Дрожа, она прижималась к нему.
– Сим, они идут за тобой!
В туннеле нарастал, приближаясь, звук шагающих босых ног. Показался Кайон. Он тоже вытянулся в длину, и в каждой его руке было по острому камню.
– А, вот ты где, Сим!
– Уходи! – яростно крикнула Лайт, замахиваясь на него.
– Без Сима не уйдем, – твердо ответил Кайон. И, улыбаясь, повернулся к Симу. – Если,конечно, он готов сражаться вместе с нами.
Дайнк, волоча ноги, вышел вперед, его глаза часто мигали, худые руки трепетали по-птичьи в воздухе.
– Ступайте! – гневно произнес он тонким голосом. – Этот юноша теперь Ученый. Он работает с нами.
Кайон перестал улыбаться.
– Его ждет работа получше этой. Мы идем воевать с обитателями дальних скал. – Глаза Кайона беспокойно блестели. – Ты ведь пойдешь с нами, Сим?
– Нет, нет! – Лайт повисла на руке Сима.
Сим погладил ее плечо, потом обернулся к Кайону.
– Почему вы решили напасть на тех людей?
– Три лишних дня ждут того, кто пойдет с нами.
– Три лишних дня? Три дня жизни?
Кайон уверенно кивнул.
– Если мы победим, будем жить вместо восьми одиннадцать дней. Там, где они живут, в скалах есть особая горная порода, она защищает от
– Идите без него, – вмешался Дайнк. – Сим – мой ученик!
Кайон фыркнул.
– Шел бы ты умирать, старик. Сегодня на закате от тебя останутся одни обугленные кости. Кто ты такой, чтобы командовать нами? Мы молоды, мы хотим жить дольше.
Одиннадцать дней. Невероятно. Одиннадцать дней. Теперь Сим понимал, что порождает войны. Кто не пойдет воевать за то, чтобы почти наполовину продлить свою жизнь? Столько лишних дней жизни! Да. В самом деле, почему нет?
– Три лишних дня, – произнес скрипучий голос Дайнка. – Есливы до этого доживете. Если вас не убьют в бою. Если.Если!Вы еще никогда не побеждали. Всегда проигрывали!
– Но на этот раз, – твердо заявил Кайон, – мы победим!
Сим недоумевал.
– Но мы ведь все одной крови. Почему нельзя вместе жить там, где скалы защищают лучше?
Кайон рассмеялся, сжимая в руке острый камень.
– Те, кто там живет, считают себя лучше нас. Так всегда думает тот, кто сильнее. К тому же и пещеры там меньше, в них помещается только триста человек.
Три лишних дня.
– Я пойду с вами, – сказал Сим Кайону.
– Отлично! – Что-то Кайон уж очень обрадовался.
Дайнк порывисто вздохнул.
Сим повернулся к Дайнку и Лайт.
– Если я сумею победить в бою, то окажусь ближе к кораблю. И у меня в запасе будет три лишних дня, чтобы попытаться дойти до него. Кажется, у меня просто нет выбора.
Дайнк печально кивнул.
– Да, это так. Я верю тебе. Ступай же.
– Прощайте, – сказал Сим.
Лицо старика отразило удивление, потом он рассмеялся, словно в ответ на беззлобную шутку.
– Верно, ведь я тебя больше не увижу… Ну что ж, прощай.
И они пожали друг другу руку.
Все вместе: Кайон, Сим, Лайт и другие – дети, быстро вырастающие в бойцов, – покинули пещеру Ученых. Огонек в глазах Кайона не сулил ничего доброго.
Лайт пошла с Симом. Она собрала для него камни и понесла их. Уходить домой отказалась, сколько он ее ни убеждал. Они шагали через долину: близился восход.
– Прошу тебя, Лайт, ступай домой!
– Чтобы ждать возвращения Кайона? – сказала она. – Он решил, что я стану его женой, когда ты умрешь.
Она сердито тряхнула своими неправдоподобно голубыми кудрями.
– Нет, я пойду с тобой. Если ты погибнешь в бою, я тоже погибну.
Лицо Сима посуровело. Он сильно вырос. За ночь мир словно съежился. Стайки детей, которые с ликующими криками собирали плоды, вызвали у него удивление, даже недоумение: неужели он сам всего три дня назад был таким? Странно. В голове Сима отложился гораздо более долгий срок, как будто он на самом деле прожил тысячу дней. Пласт событий и размышлений в его сознании был таким мощным, таким многоцветным и многообразным, что просто не верилось – да разве могло столько всего произойти за считанные дни?