Лед и пламя 1-2
Шрифт:
– Я хочу поговорить с тобой, Хьюстон, – сказал после завтрака Дункан так неожиданно, что Хьюстон вздрогнула, и направился на центральную террасу, где обычно принимали гостей или устраивали семейные советы.
Не говоря ни слова, она опустилась в кресло. Этот человек был ее отчимом с самого детства, и она всегда делала то, что он считал нужным, вела себя в соответствии с его представлениями о том, как должна вести себя леди, и поэтому у них никогда не было разногласий.
– Слышал, что ты согласилась выйти за него замуж, – начал он, стоя лицом
– Да, – ответила она, готовясь выдержать надвигающуюся бурю.
Как ей оправдать себя? Сказать, что она спросила Кейна, и он ответил, что никогда никого не убивал? Или постараться объяснить, как она ему нужна?
Дункан тяжело опустился на сиденье.
– Хьюстон, – сказал он чуть ли не шепотом. – Я знаю, что обстановка в доме теперь совсем не та, какой она была при твоем отце, но я никогда не думал, что ты примешь такие крайние меры, чтобы выбраться отсюда.
Этого Хьюстон не ожидала.
– Вы считаете, что я выхожу за мистера Таггерта, чтобы уйти из вашего дома? Он поднялся с места:
– По этой и еще некоторым причинам. Он опять подошел к окну:
– Я знаю, что Лиандер унизил тебя, а в твоем возрасте это представляется концом света. Он обернулся к ней:
– Но поверь мне, Хьюстон, это не конец света. Ты самая красивая девушка в городе, может быть даже во всем штате. Ты найдешь себе другого. Если хочешь, я свожу тебя в Денвер и представлю некоторым молодым людям.
Хьюстон поднялась, подошла к нему и поцеловала его в щеку. До этого момента она не знала, что он на самом деле любит ее. Несмотря на то, что они жили в одном доме, их отношения никогда не выходили за рамки формальных и она никогда не целовала его до этого.
– Я очень благодарна вам за вашу доброту, – сказала она, когда Дункан в замешательстве обернулся. Она отступила чуть назад. – Не думаю, что я выхожу за мистера Таггерта только потому, что он единственный претендент.
Дункан взглянул на нее:
– Ты уверена? Может быть, ты хочешь продемонстрировать его всему городу, как бы говоря: «Посмотрите, я могу подцепить мужчину, как только захочу». Ты действительно можешь завести другого мужчину. Возможно, не такого богатого или не с таким домом, как у Таггерта, но из знакомой тебе семьи. Откуда ты можешь знать, а вдруг у Таггерта в роду есть умалишенные? Я слышал, что его дядя – настоящий смутьян.
Хьюстон подняла голову:
– Дядя?
– Рейф Таггерт с рудников. Этот человек – бельмо на глазу у Фентона, но Джекоб держит его независимо ни от чего.
Хьюстон отвернулась. Фамилия Таггерт была ей знакома, но она никогда не думала, что ее подруга Джин имеет к Кейну какое-то отношение. Возможно, Джин знает Кейна. И если они родственники, она могла бы подтвердить, что в семье Кейна нет сумасшедших.
Она снова повернулась к Дункану:
– Не думаю, чтобы у них в роду были умалишенные.
На лице Дункана появилось разочарование.
– Как можно так быстро измениться? С Лиандером ты была так разумна, говорила, что
Хьюстон не знала, что ответить. Он был абсолютно прав. Умом она понимала, что нельзя выходить замуж за этого, едва знакомого человека. Но ей чертовски этого хотелось! Она прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть улыбку. Нельзя употреблять выражения мистера Таггерта!
– Замужество – это очень серьезный шаг, – продолжал Дункан. – Подумай о том, что ты делаешь.
– Я уже дала согласие выйти за него замуж, – сказала она, как будто это было ответом на все вопросы.
– Блейр доказала, что до того момента, пока женщина не надела обручальное кольцо, может случиться все, что угодно, – с горечью сказал он. – Не позволяй ее.., капризам разрушить твою жизнь. Разузнай, что можно, о Кейне Таггерте. Поговори с людьми, которые его знают. Поговори с Марком Фентоном. Он, возможно, помнит Таггерта, когда тот работал на конюшне его отца. Я пытался встретиться с Джекобом, но он и слышать не хочет о Таггерте. Хьюстон, от этого зависит вся твоя жизнь. Разузнай все, что только сможешь, до того, как привяжешь себя к нему.
Хьюстон понимала, что его просьба разумна, но сомневалась, соглашаться ли ей. Возможно, она не хотела узнавать ничего о Кейне; возможно, ей нравилось думать о нем, как о таинственном мужчине, вскружившем ей голову.
Возможно, она была просто не готова подвести черту под своим приключением. Но Дункан говорил разумные вещи, а Хьюстон привыкла подчиняться. Она подумала, что бы сделал Дункан, узнай он, как Кейн набросился на нее вчера утром, и как она разбила об его голову кувшин. Без сомнения, запер бы ее в комнате.
Она вздохнула.
– Хорошо, я поспрашиваю, – прошептала она. – Я узнаю все, что смогу, и, если ничего ужасного не обнаружится, я выйду за него двадцатого числа. Дункан тяжело вздохнул.
– Это единственное, о чем я могу просить тебя. Хьюстон, скажи мне, тебе всегда так хотелось денег? Ты считала, что живешь в нищете?
– Вы думаете, его деньги – одна из тех причин, по которым я выхожу за него?
– Конечно, – он посмотрел на нее с удивлением. – Почему бы еще ты согласилась выйти замуж за этого огромного урода? Если бы не его деньги, с ним бы никто и не разговаривал. Он был бы таким же шахтером, как и вся его родня, и с ним бы никто даже не поздоровался.
– Только шахтером? – спросила она. – Он начинал конюхом и вот заработал миллионы. Никто их ему на блюдечке с золотой каемочкой не подносил. Наверное, мне нравится его характер, то, что он смог выбраться из грязной конюшни и достичь чего-то в жизни. Все, что я сделала в своей жизни, так это только научилась правильно одеваться.
Внезапно она подумала, что как раз это-то знание ей сейчас и необходимо, и почувствовала невольный трепет.
– А что еще нужно знать леди? – спросил Дункан.