Лечение водой
Шрифт:
– А?.. – Гамсонов так и изучал экранные слои; не отрывая взгляда.
– Падающему солдату… «Героизм и смерть» называется… – парень качнул головой – на скульптуру, возле которой они стояли.
– Да нет, все в порядке, – как-то оживился Гамсонов. – Хотя я Москву плохо знаю – пришлось поплутать. Я в офисе работаю, так что в одно и то же место уже три года…
– A-а, да-да-да! – рассмеялся парень. – У меня та же самая фигня! Уже пять лет с девяти до шести – здесь. Каждый будний день. Мы прямо
– Ты сильно в нем копался?
– A-а… нет. Немного. Да понимаешь, я вообще, если честно, в этих ай-фонах почти не секу, – повторил-завернул парень. – Мне его подарили.
– Поэтому ты и полез… в свой подарок, – дружелюбно ухмыльнулся Гамсонов.
Парень опять стал смеяться.
– Да, да, наверное…
Гамсонов некоторое время бережно приподнимал и опускал светоотражатель, и тот чуть вспыхивал на солнце.
– У тебя все есть к нему?
– Да, полный набор. С драйверами, со всем. Ща достану, – парень потянулся в портфель. – Слушай, а ты так хорошо во всем этом шаришь – это твое хобби?
– Ну типа того, – задумчиво ответил Гамсонов. – У меня брат двоюродный еще лучше в этом разбирается. Я дилетант в сравнении с ним. Но он меня совершенно случайно приучил. Ну в смысле… мы в Норвегии отдыхали… на лыжах – так он в снег свой телефон окунул и сразу там пришлось его разбирать… так он его почти починил. Потом уже когда домой приехали, там только лирика осталась… А так он специально чинит, коллекционирует «со-ни-эриксоны» всех поколений.
– Ого! – воскликнул парень пораженно-уважительно.
Гамсонов кивнул на его портфель.
– Батарея там?
– Ты хочешь включить?
Денис ответил: но он же должен включаться все равно. Хотя бы зеленая лампочка должна замигать.
Парень достал упаковку, открыл ее и протянул Гамсонову аккумулятор, лежавший сверху. Гамсонов вставил его в ай-фон, но тот не включался, и лампочка не загоралась.
– Зачем ты стал в нем рыться, я не пойму… – он опять говорил безо всякой придирчивости, а только с легким укором – просто за небережное отношение.
– Ну не знаю… – улыбчиво отшутился парень, чувствуя, что дело за этим не прогорит.
Гамсонов приложил коммуникатор к уху, тыльной стороной – светоотра-жатель и экранные слои веерно свисали с корпуса.
– Чего он не вибрирует? Ты и вибромотор, что ли, снял?
Парень ответил, что да. Он, наверное, в коробке лежит. Стал искать, а потом сказал: да Бог его знает. Может, где-то и потерялся. А может, сняли в ремонте – и рассмеялся.
Гамсонов, в конце концов, прекратил свои попытки, вытащил кошелек и достал шесть тысяч; протянул парню. Тот быстро взял деньги.
– Послушай, ну хоть арка-то была для тебя ориентиром?
Парень кивнул Гамсонову за плечо, в угол двора, на
– Чего?.. – спросил Гамсонов, пряча коммуникатор в карман.
– Ну ты говоришь, плутал…
– А-а… – протянул он как-то пространно. – Да не-не, все в порядке.
К полудню Гамсонов снова позвонил Переверзину.
– Слуш, Диня, я тебе отвечаю, что…
– Я сейчас уже о другом разговариваю. Мне нужно, чтоб ты Visa оформил. Для покупки видюхи.
– Для ноутбука? Да, ты говорил. Но я так и не понял – ты видюху просто в инет-магазине не можешь заказать?
– Там только в одном месте. Там через пэй-пэл оплата… мне нужно доступ в пэй-пэл получить. Ты им пользовался вообще?
– Нет.
– Короче, нам надо встретиться, чтобы в банк идти. Завтра, перед тем, как в Реутов поедем.
– Слушай… вот я и хотел тебе сказать по поводу Реутова… даже не знаю, как сказать… Ничего не выйдет, похоже. Никитка нас динамит.
– Чего? – Гамсонов обомлел.
Он шел по мосту и остановился, прямо посредине, а мимо него продолжали прошмыгивать машины.
– Никитка нас динамит, говорю. Говорит, не сможет в Китай поехать. Послезавтра сил у него нет никаких.
– Как это: нет сил? – вкрадчиво осведомился Гамсонов. – И ты мне только сейчас это сообщаешь?
– Динь, но ты ведь до этого мне сам…
– Чё случилось? Почему он поехать не может?
– Говорит, срочная сделка.
– Но я ведь обещал его на работе подменить три дня.
– Он сказал, сам должен там быть. Нужно его присутствие, его имя и печати.
– Да я и сам могу печати поставить – что он нам мозги полощет! – в сердцах воскликнул Гамсонов. – Я уже договорился с Китаем сегодня ночью. Сейчас самое время, чтобы…
– Я и сам расстроен. Но я ведь предупреждал, что может сорваться вполне. Тебе надо самому восстановить паспорт, потом загранку сделать и…
– Советы не раздавай мне… – сказал Гамсонов; но уже не грубо, а неуверенно. И отдувался. На такой срыв он совсем не рассчитывал. – Ты бы тоже себе загранку сделал бы да поехал… – он уже произнес как обвинительно.
А Переверзин в ответ усмехнулся, что как только попытается, сразу поедет не в Китай, а на службу родине.
– У тебя есть еще вариант – кого можно послать в Пекин, Динь?
– Так, так… это очень плохо, – в крайней нерешительности забормотал Гамсонов. – Уже договорился вчера обо всем… и сколько уславливались… ты хоть знаешь? А ничё ты не знаешь… времени на это убахал… и вообще сколько навалилось всего – в собственной квартире чуть не прирезают… и все за одну неделю.
– Денис, ну прости…