Лечение шоком
Шрифт:
Бус вытряхнул трубку.
– Но у вас нет веских доказательств, что это именно она убила мужа, мистер Мэддокс.
Мэддокс безразлично махнул рукой.
– Это уже ваши трудности. Я сообщил вам, что это убийство, и я ставлю свой последний доллар, что это именно она убила его. Это уже ваша работа припереть ее к стенке. Установите, где она была в момент смерти мужа. Тщательно проверьте ее алиби. Еще раз готов держать пари, что алиби у нее безупречное. Крайне необходимо провести эксгумацию тела Делани. Я совершенно убежден, что именно она создала эту мизансцену:
Бус почесал свой внушительный нос.
– О'кей, я переговорю с Джефферсоном. Мы немедленно проведем эксгумацию тела. – Он поднялся на ноги. – Вы случайно не знаете, где может находиться миссис Делани?
– В настоящий момент она ищет работу в Лос-Анджелесе, – ответил Хармас. – Ее адвокат, Маклин, вне всякого сомнения, скажет нам, где ее найти.
– О'кей, мистер Мэддокс, – сказал Бус. – Я беру дело в производство. Я буду информировать вас о расследовании. – Он повернулся ко мне: – Заприте дом и поставьте печать на дверь. Я хочу, чтобы телевизор и впредь оставался здесь. Она просила вас забрать телевизор?
– Да.
– Хорошо, я поговорю с ней.
– Не забудьте прислать мне копию рапорта патологоанатома, – сказал Мэддокс, задерживаясь на пороге. Он помедлил, внимательно глядя на меня. – Вы понадобитесь нам в качестве свидетеля, мистер Риган. Спасибо за помощь.
Он и Хармас сели в «паккард» и уехали.
Мы с Бусом остались вдвоем. Бус следил за отъезжающей машиной.
– Вот это мужик! – в голосе лейтенанта сквозило неприкрытое восхищение. – Какой бы великолепный полицейский офицер получился из него! Он способен чувствовать запах убийства за сотню миль и, насколько я помню, никогда не ошибался… Ладно, нужно опечатать дом. Где ключ?
Я передал ему ключ.
– О'кей, Риган, встретимся на судебном разбирательстве, – Бус закрыл дверь черного хода и запер ее изнутри.
Я вышел из дома и сел за руль фургона.
Я несколько успокоился лишь после того, как вернулся домой и выпил две приличные порции шотландского виски. Лишь тогда нервное напряжение несколько спало.
«Неужели будет выдвинуто обвинение против Хильды?» Я ведь доподлинно знал, что Делани умер от электрического тока. Но как же в таком случае они смогут доказать, что ответственность за это убийство лежит на Хильде?
Но я был бы сумасшедшим, если бы сразу сознался, пытаясь выгородить Хильду, тем самым подписав себе смертный приговор. По крайней мере, я не сделаю этого до тех пор, пока ей не будет грозить реальная опасность. Я должен подождать развития событий. Если я увижу, что события развиваются в худшую для нее сторону, лишь тогда я скажу Бусу правду.
На следующий день после обеда я направился в Глин-Кэмп. Оставив фургон на стоянке, я пешком дошел до конторы шерифа.
Я застал его в кабинете, сидящим за столом и погруженным в мрачные мысли.
– Привет, сынок, – сказал он. – Заходи и присаживайся.
Я сел, наблюдая, как он вытаскивает яблочный самогон
– Что ж, вещь, которой я избегал столько лет, все же случилась, – угрюмо произнес он. – Я всегда подозревал, что Делани умер как-то странно. Если бы я знал, что он заключил с компанией этот проклятый полис, то произвел бы более тщательное расследование.
– Что произошло?
– Вчера сюда приехал патологоанатом, полицейский офицер с медицинским образованием из Лос-Анджелеса. Он эксгумировал бедного парня этой ночью.
– Насколько я понял, Мэддокс думает, что это миссис Делани убила мужа.
Джефферсон кивнул.
– Но с этим я никогда не соглашусь. Эта девушка не обидит и мухи. Я проработал на своей должности более шестидесяти лет и, слава Богу, научился отличать хороших людей от плохих. Я уверен, что она не причастна к смерти мужа.
– Я тоже.
– Я совершенно уверен, что это не было убийством, – продолжал Джефферсон. – Скорее, это было самоубийство. Ей было очень трудно жить с ним, и она решила его оставить. Готов поставить последний бакс, что именно так и было. Каким-то образом он все же ухитрился снять эту заднюю стенку. Как он это сделал, мы никогда не узнаем. Но когда человек находится в отчаянном положении, он способен и на такое. Скорее всего, он специально влез в этот телевизор, чтобы свести счеты с жизнью.
– Вы сказали ему свое мнение? – спросил я.
– Полиция пока не смогла найти миссис Делани. Она куда-то уехала.
Я вздрогнул, пролив спиртное на колени.
– Уехала? И даже Маклин не знает, где она?
– Нет. Он получил от нее письмо, в котором она сообщала, что уезжает из пансиона и остановится в другом месте. Как только она найдет что-то подходящее, немедленно уведомит его. Это было три дня назад. С тех пор о ней нет никаких известий. Бус не сомневается, что она ударилась в панику и сбежала.
– Но ведь они могут обнаружить ее по номеру автомобиля.
– Она продала машину.
Звук тяжелых шагов человека, идущего по коридору, заставил меня повернуть голову. Дверь распахнулась, и на пороге появился лейтенант Бус. В его близко посаженных глазках светилось удовлетворение и торжество. Он вошел в кабинет, ударом ноги захлопнув дверь за собой.
– Ну, и как вам нравится это, – сказал он, обращаясь к Джефферсону. – Несчастный умер вовсе не от электрического разряда!
Я выпрямился в кресле, неотрывно глядя на полицейского и не веря своим ушам.
Джефферсон застыл, как громом пораженный.
– Но если он не умер от поражения электротоком, то как же вы объясните его смерть? – квакающим голосом спросил шериф.
– Он был отравлен, – уверенно заявил Бус. Он уселся и положил свои большие, покрытые рыжеватыми волосками ручищи на стол шерифа и, наклонясь вперед, продолжил: – Он был убит! В этом нет никаких сомнений. Кто-то заставил его проглотить такое количество цианистого калия, что этой дозы хватило бы на то, чтобы отравить половину жителей этого Богом забытого городка!