Льды Ктулху
Шрифт:
Тогда автоматически вставал следующий вопрос: что делать? Возвращаться на базу? Это означало бы добровольно отдаться в руки немцев. Но и торчать в каменном лабиринте смысла не было. К тому же партия поставила перед Василием вполне определенную задачу, а сейчас… Да, он спасся, но враги — а в том, что вчерашние союзники теперь его злейшие враги, Василий не сомневался — захватили то, что он должен был охранять и беречь для своей родины. Приказ не выполнен. Значит… Значит, нужно идти дальше. Спуститься вниз и посмотреть, что там происходит… и в
И еще интересно, сколько времени он спал? В любом случае нужно было действовать, а не прохлаждаться.
— Эй? — позвал он, поворачиваясь в сторону Катерины. — Пора вставать! С добрым утром.
— Утро добрым не бывает, — потягиваясь, ответила девушка, потом из-под шубы показалось ее заспанное лицо. — Ну что, пришел в себя? Все в порядке?
Василий кивнул. И на минуту замер, залюбовавшись. Каким бы врагом народа не была Катерина, в этот миг в тусклых отблесках догорающего факела она выглядела настоящей красавицей. Словно за время сна с ней произошло перерождение, и не было ни заключения в камере смертников там, в далеком Ленинграде, ни пыток. Она была прекрасна. А может, всему виной игра теней и чересчур разыгравшееся воображение Василия?
— Пора вставать! Нас ждут великие дела.
И глядя на Катерину, он еще раз задумался о том, было ли что-то между ними, и как случившееся повлияет на их дальнейшие отношения. Правда, Василий отлично понимал, что случившееся может быть истолковано совершенно по-иному. Тем не менее обо всем этом можно подумать и потом, сейчас самое важное выполнить приказ.
На сборы ушло всего несколько минут, однако Василий не спешил. Мало ли что случится, быть может, ему придется еще раз вернуться в эту нишу — никогда ничего заранее сказать нельзя… Правда, была еще одна проблема.
— Ты не помнишь, откуда мы пришли? — спросил Василий.
Девушка отрицательно покачала головой. Положение явно осложнялось.
— Я так, на всякий случай спросил, — добавил Василий. Вот только этого не хватало — заблудиться в каменном лабиринте. Он попытался сосредоточиться, как можно подробнее вспомнить, как все было… Но его воспоминания были обрывочны, и чего он уж точно не помнил, так это в какой из туннелей завернул, когда уходил из зала. Кстати, а почему фашисты не поставили часовых у подъемников? Или были лишком уверены в своей безопасности? Странно…
— Нам туда, — неожиданно объявила Катерина, решительно махнув рукой.
— Откуда ты знаешь?
Она пожала плечами.
— Знаю и все… Кстати, это последний факел, так что стоит поспешить.
Василий согласно кивнул, поправил шубу, которая была ему на пару размеров велика, и пошел, освещая дорогу факелом в указанном девушкой направлении. Он не сомневался, что зал где-то поблизости. Не могли они отойти далеко. Да
Однако коридор сменялся коридором, все похожие друг на друга, как две капли воды, но зала с подъемниками не было. Несколько раз они выходили на развилки, и Катерина всякий раз без малейшего колебания указывала нужное направление. Вскоре Василий начал сомневаться, с подозрением поглядывая на свою спутницу. Он даже попытался высветить путеводную линию, но все его усилия оказались напрасны. То ли нужен был другой рост, чтобы ее увидеть, то ли ее тут и вовсе не было. Наконец не выдержав, он спросил:
— Ты уверена, что мы идем в нужном направлении?
— Да, — ответила Катерина.
— Откуда ты знаешь?
— Я чувствую.
— Чувствуешь?! — взорвался Василий. — Ты чувствуешь! Да что ты вообще знаешь об этом лабиринте?.. Она чувствует!.. Вот я не чувствую, я знаю — мы заблудились и будем бродить тут до конца наших дней…
— Не злись, — голос Катерины был спокойным, вкрадчивым, словно она беседовала с капризничавшим ребенком. — Мы уже совсем рядом, пойдем… — и она отправились дальше.
Василию ничего не оставалось, как последовать за ней. Он ведь и сам не знал, куда идти, а так у них хоть была какая-то цель. Впрочем, если цель оказалась бы неверной, имелся «виноватый».
— Подожди, — неожиданно позвала Катерина. — Не туда.
Василий остановился, он шел чуть впереди. С удивлением он огляделся, подняв едва тлеющий факел над головой, — вроде не было никаких развилок.
— Сюда, — продолжала Катерина, показывая на узкую темную нишу.
— Не понял… — с вызовом протянул Василий. «Она что, спятила?.. Вполне возможно, после всех этих „приключений“».
— Ну ты же хотел спуститься вниз, так?
— Для начала добраться до зала с базовым лагерем и подъемниками.
— А потом спуститься вниз?
Василий кивнул.
— Предположим.
— Вот я и решила, что в зал возвращаться, а тем более спускаться на подъемниках опасно. Их наверняка охраняют.
— Ну?
— Здесь лестница, — Катерина кивнула в сторону темной ниши. — И уж о ней немцы точно ничего не знают.
Василий подошел, заглянул в нишу. Там и в самом деле была лестница — крутая винтовая лестница, уходящая во тьму.
— Откуда ты узнала о ней? — вновь повернулся он к Катерине.
Девушка пожала плечами.
— Не знаю… Просто я была уверена, что она здесь. Так оно и вышло.
— Вещий сон?
— Может быть… Не знаю…
— Знаю… не знаю, — передразнил ее Василий и на мгновение задумался. Вещие сны… Грезы наяву. Все это было в духе Ктулху. Но стоит ли доверять спящему Древнему? Вряд ли он захочет просто так помочь. Все, что узнал Василий об этом странном божестве за последние пару месяцев, говорило о том, что людям он помогать не станет. Скорее всего, он ведет свою игру. Вот только какую? Что ему надо?