Лайк за любовь
Шрифт:
— Королев… — процедила я.
— Что?
— Заткнись.
Верт многозначительно хмыкнул, а я, даже не открывая глаз, почувствовала, как кто-то нахмурил лоб и надул губы.
— Готово, — голос татуировщика вывел меня из болевого оцепенения.
Набрав в легкие побольше воздуха, я открыла глаза и медленно опустила свой взгляд туда, где все зудело и жгло.
Теперь на моем теле на левой стороне ребер красовалась очень аккуратная татуировка в виде солнца. Тонкий круг в обрамлении изящных линий, обозначающих солнечные лучи с едва заметной витиеватой
Да, черт возьми, это выглядело красиво!
Я сама не заметила, как мои губы стали расплываться в улыбке, а глаза с неподдельным интересом рассматривали каждый миллиметр рисунка на моей коже. Очень хотелось дотронуться до нее, провести пальцем по контуру, чтобы уже до конца поверить, что мое тело теперь украшает татуировка.
— Цыц, — Верт одернул мои пальцы в миллиметре от набитого солнца.
Егор встал с кресла и приподнял край футболки, обнажая свое подтянутое тело с левой стороны.
— Идеально вышло, — цокнул бородач, сравнивая наши рисунки.
И действительно, моя татуировка смотрелась, как продолжение тату Егора. Точнее ее недостающим началом. Инь и Янь — только в другой интерпретации.
— Ой, романтика, фу, — мило поморщился бородач, смотря, как я и блондин сверлим тела друг друга жаркими взглядами.
Пока мне обрабатывали набитый рисунок и накладывали стерильную повязку, я покорно сидела на кушетке, но чувствовала, как по венам происходил выброс адреналина. Мое тело начинало слегка знобить, а сердце прыгало по грудной клетке. Я не понимала, когда рисункам на теле придавали какое-то сакральное значение. Мне казалось, это просто красивые выдумки, что набитая татуировка помогала искать внутреннюю силу или выступала, как талисман. Но, видимо, разыгравшийся адреналин играл с моими ощущениями и восприятием происходящего. Чем больше я рассматривала татуировку, тем все больше казалось, что теперь в этом действительно есть некий замысел.
— А это нормально, что ее так трусит? — блондин обеспокоено покосился на меня, замечая, как начинают стучать мои зубы.
— Барышня твоя немного перенервничала, бывает. Окружи заботой и любовью. Думаю, у тебя с этим проблем не возникнет, — Верт осторожно пригладил наклеенную заживляющую пленку на месте набитого рисунка. — Все, получите — распишитесь.
Я радостно спрыгнула с кушетки, но мои дрожащие ноги подкосились. Реакция Егора оставалась, как всегда, неизменной: он ловко подхватил меня и тут же прижал моё знобящее тело к своей груди.
— Верт, точно все нормально?
— Да, Егор. Отвези девочку поспать. И вот памятка, что можно, нужно и нельзя в течение недели, — бородач сунул цветную брошюрку мне в руки.
Шагая по сумеречным дорожкам, я льнула к широким плечам что есть силы. Меня трясло в теплой августовской ночи. В очередной раз выходка Егора обострила мои чувства до предела.
Даже не помню точно, как я попрощалась с Вертом. Помню, что болванчиков кивала ему головой в ответ на наставления по поводу ухода за татуировкой в первые дни, повторяя, что все очень круто
— Ну вот — усмехнулся Егор, привлекая меня к себе за талию, когда мы остались наедине посреди ночного ворчания сверчков, — столько возмущений. А глаза-то заиграли огнем. Я же сказал, что не пожалеешь и…
Не давая ему договорить, я впилась поцелуем в крупные губы парня, обвивая его шею руками и прижимаясь дрожащим телом к крепким мышцам как можно сильнее. Оторопев лишь на секунду, Егор глубоко втянул в себя воздух, окольцовывая мою талию своими горячими ладонями. Вкус сладкой мяты на моем языке еще сильнее разжигал мандраж во мне, легко перекрывая болезненные ощущения от только что набитой татуировки.
— Люблю, — жарко зашептала я, нежно ластясь своей щекой к щеке Егора, чувствуя, как мужская щетина покалывает кожу. — Как я вообще жила до встречи с тобой? Только сейчас понимаю, что толком ничего не чувствовала и не… Боже, у меня голова кругом идет… Поехали домой, — уткнувшись ему в шею, я вдохнула родной древесно-морской запах, чувствуя, как накатывает волна какого-то бесконечного трепета, сбивая все оставшиеся силы во мне, чтобы я хоть как-то могла продержаться на ногах.
Горячие ладони прошлись вверх по моей спине, шее и осторожно погрузились мне в волосы, перебирая пряди сквозь пальцы.
— Я люблю тебя, Моя.
Пару часов назад, когда мы ехали сюда, меня еще посещали шальные идеи устроить очередной страстный секс в машине, но сейчас в моей голове была лишь одна мысль — где бы найти силы, чтобы просто дышать рядом с ним. Во мне было так много эмоций, что они буквально выбили из меня возможность говорить и соображать. Я отключилась в машине мгновенно, удобно свернувшись полубоком на сидении и сквозь сон чувствуя, что кроссовер летит по трассе с бешеной скоростью. Горький, но уже не настолько едкий для меня запах никотина, заполнил салон — Егор опять курил за рулем.
О том, что мы уже добрались до дома Королевых, я поняла, когда ощутила, как меня осторожно подхватывают надежные руки.
— Не просыпайся. — Тихо прозвучало надо моим ухом.
Егор осторожно переложил меня на прохладные простыни, аккуратно стянув с меня одежду, попутно прикасаясь к моему телу мягкими поцелуями. Я попыталась проговорить хоть что-то внятное в ответ на ласки, но вышел лишь сонный стон.
— Спи. — Тепло его тела тут же уняло озноб и зудящую боль от татуировки. — Моя.
Глава 36
— Егор, нет. Отвали.
— Почему?
— По кочану.
— Кира, это всего лишь фото…
— В семь утра, когда я лежу полуголая с заспанной моськой?
— Ну, не нуди…
Егор уже полчаса мельтешил передо мной камерой телефона, намереваясь сделать селфи, пока я пряталась под белоснежной простыней, укрывшись ей с головой.
— Да выползай уже оттуда, — он попытался в очередной раз вытащить меня из-под простыни, используя различные хитро выдуманные методы: от щекотки, которой я вообще не боюсь, до обещаний достать мне Луну с неба, — Ладно, остался последний способ.