Лава

Дмитрюк Сергей Борисович

Я согласно кивнул.

– Ну, и как? Никого там не встретил?
– Кулак, прищурившись, посмотрел на меня.

– А кого я там должен был встретить?
– Я постарался проникнуть в самую глубь его пьяных глаз.

– Значит никого, - кивнул Кулак.
– Тогда, значит, и не за чем говорить об этом!
– Он замолчал, бессмысленно уставившись поверх кружки.

– От чего же? По-моему, как раз стоит поговорить об этом, тем более что в Аполлионе многое показалось мне странным!
– Я внимательно наблюдал за ним.

– Ага!
– встрепенулся он.
– Значится, все ж таки, видел их?

– Видел, - кивнул я.
– Это

и есть твои "ревуны"?

– Нет... нет, что ты!
– Кулак затряс головой.
– Эти-то были людьми. Просто они не ушли вместе со всеми, когда, значит, время подошло...

– А что случилось? Откуда там такое мощное излучение?

– В этом-то все и дело!
– Кулак лег грудью на стол, глядя на меня снизу вверх.
– Когда-то, значит, был там заводишко один... стало быть, компания Наоки держала его там...

– Постой-ка! Наоки, говоришь?
– удивился я.
– А ты, что же, и Наоку знаешь?

Кулак самодовольно усмехнулся:

– А то! От чего же не знать? Наока человек известный в наших краях. И прииск этот тоже его когда-то был. Только тогда заправлял всем еще его дед, тоже знатный мужчина. Чем уж они занимались на том самом заводе, я не знаю, да и никто не знает, только случился однажды там страшной силы взрыв...

– А что произошло?

– Кто ж его знает! Авария какая-то, наверное. Только началось тут такое! В окрестных лесах зверь пропадать стал, деревья на корню сохнуть стали, трава желтеть. Люди, и те сохнуть, как деревья, стали. Те, стало быть, что при аварии этой на заводе были, и уйти не успели. Начались тут беспорядки... Тогда-то компания и прислала комиссию, экспертов всяких, чтобы проверить, значит, действительно ли заражение произошло. Ну, походили они, походили с приборами всякими около завода этого, в земле поковырялись, воду из ручья попробовали, а после сообщили всем, что никакого заражения нету, что, значит, шум весь зря подняли, сплетни это одни. Надо успокоиться и работать, как раньше работали. Но не тут-то было! Ребята в рабочем комитете оказались смышлеными, и запросили новую комиссию, из самого, стало быть, правительства! Наока-дед спорить с ними не стал. Только ночью, через пару дней, понаехали в город его молодчики, собрали всех недовольных, и увезли их в неизвестном направлении. Так что, больше их никто никогда и не видел...

– А дальше?

– А что дальше? Дальше на завод привезли новых рабочих. Кто же хочет с голоду помирать без работы? Только работа эта у них не пошла совсем. Видать, действительно сильное заражение было. И в городе этом совсем жить стало невозможно. Вот и прозвали его тогда "губителем". Народ, кто поумнее, в столицу подался, а завод компании все равно пришлось закрыть. Вот так-то!

– А как же люди из рабочего комитета, которых увезли? Неужели об их судьбе так ничего и не известно?

Кулак покачал головой.

– Сгинули они... Только после этого, аккурат годика через три, появились в этих местах дьяволы - не люди, не звери. Народ местный, старательный, кличет их ревунами, и в лес теперь ни ногой. А приходят ревуны эти откуда-то из-за болота...

– Постой-постой!
– остановил я его, охваченный внезапной догадкой.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что это те самые... Но, тогда они мутанты!

– Я тебе сказал все, что знал, - прищурился Кулак, - а ты уж сам решай, что к чему. Ты, видать, парень смышленый, а мы люди темные.
– Он снова отхлебнул из кружки бродило.

Как он только его пьет?

Вонь стоит, как на болоте! Я поморщился. Кулак бездумно уставился в одну точку перед собой. Крупные капли пота катились по его небритым щекам, стекая за воротник рубахи на волосатую грудь, но он не обращал на это никакого внимания.

– Так значит, ревун ищет Наоку?
– нарушил я молчание.

Кулак вздрогнул, посмотрел на меня мутными глазами.

– Наоку?.. А! Не... зачем ему Наока?.. Да и помер он давно.

– Ты имеешь в виду, деда Наоку?
– уточнил я.

– Его, а кого же еще?
– Кулак уставился на меня непонимающим взором.

– Кто же ему тогда нужен? Может быть ты?
– Я посмотрел в его пьяные глаза.

Кулак усмехнулся.

– Я ему что? Разве башку мне по ошибке отвернет, как Зыку!..

– Тогда кто?
– допытывался я.

– Хо!
– неожиданно выпалил он.

– Хо?
– изумился и в тоже время обрадовался я столь неожиданному совпадению, но постарался не подать вида.
– Кто это? Ты его знаешь?

– Как будто!
– ухмыльнулся Кулак.
– Хо был управляющим на этом самом заводе, и рабочие из комитета считали его повинным в случившемся... Но он был ни в чем не виноват, и даже сам пострадал во время взрыва.

– Пострадал?

– Да. Его ранило каким-то осколком с этой дрянью, и он долго болел потом. Ведь он знать-то не знал о том, что делается на заводе. Несчастный человек!
– вздохнул Кулак и снова приложился к кружке.

– Ну, а ты-то, откуда об этом знаешь?
– недоверчиво спросил я.

Кулак хмуро посмотрел на меня, словно, решая, стоит ли говорить мне об этом. Сказал неохотно:

– Хо был моим другом...

– Был?
– Я пристально взглянул ему в глаза.
– Он что умер?

– Может и так...
– уклончиво ответил он, и мне показалось, что староста старателей уже не так пьян, как прежде.

– Так значит, ты говоришь, Хо был управляющим на заводе Наоки в то самое время, когда там произошла эта авария?
– снова заговорил я, чтобы продолжить разговор. Мне хотелось, как можно больше узнать про этого Хо.

– Верно, - согласно кивнул Кулак.
– И после, когда Наока-дед отдал богу душу, он работал в их компании и был вхож в семью Наоки-сына. Вот только внуку чем-то не угодил, и начались тут все его несчастья...

– Чем не угодил?

Кулак посмотрел на меня необычно трезвыми глазами.

– Ясное дело чем!.. Хотя, ты-то об этом ничего не знаешь, - спохватился он, и добавил: - Тут дело семейное!

– Семейное? Ничего не понимаю!

– Где уж тебе понять-то, землянину!
– ухмыльнулся Кулак.
– Обычные прихоти богачей. Когда умер Наока-дед, компания перешла в руки его сына, стало быть, отца Наоки нынешнего. Хо и Наока-отец одного возраста были, и у обоих сыновья росли. Многие рассказывали об их необычайной дружбе, но больше всего разговоров ходило о красавице невесте сына Хо. Девушка эта была не из простой семьи. Отец ее видный промышленник. Но сама она не кичилась своим богатством. Поговаривали даже, что тайно она имела связь с тогдашними мятежниками. Помогала им деньгами, и все такое. Но потом все открылось, разразился страшный скандал, и папашка отправил дочку в провинцию, с глаз долой, значит. Вот там-то они и познакомились: сын Хо и эта девушка. Любовь у них, конечно, случилась, и всякое такое. А потом, значится, назначили они и день свадьбы... но свадьбы-то так и не получилось!