Лас-Вегас

Мэтьюз Клейтон Хартли

Сейчас они ехали по шоссе, и Роун наконец заговорил, в первый раз с тех пор как они выехали из «Клондайка»:

— Ну и как вам нравится работать на Тони Ринальди?

— Хм… Я бы не сказал, что работаю на него, — ответил Мэйджорс. — Просто так получилось, что он представляет новых владельцев казино.

— Получилось… Бросьте, Мэйджорс, — махнул рукой Оуэн, — вы же знаете, что он человек мафии.

— Я этого не знаю. Я только слышал об этом…

— Уж поверьте мне, дружище. Так и есть.

— Во

всяком случае, я едва знаком с этим Ринальди. Разговаривал с ним пару раз по телефону и один раз встречался лицом к лицу.

— Сколько он хотел получить от вас?

— Знаете, лейтенант, по-моему, вас это нисколько не касается.

Роун рассмеялся:

— Я бы так не сказал. Мне известно, как действует Ринальди, и уверен — он вас крепко прижал.

Мэйджорс ничего не ответил. Он достал из кармана сигару и закурил, сохраняя полное молчание.

Когда сворачивали с автострады, он оглянулся назад.

За ними следовала машина, в которой сидели четверо переодетых полицейских.

Роун будто прочитал его мысли и сухо проговорил:

— Да, помощников у нас не слишком много, но если я сейчас привлеку к делу больше полицейских, то будет довольно трудно держать дело в секрете. А по всему видно, что желательно сохранить происшествие в тайне.

— Вы же понимаете, что будет, если просочится слух о том, что обчистить казино проще простого. Все психи и придурки страны примутся испытывать судьбу и попытаются сделать то же самое.

— Вот-вот, точно такими словами и мне говорили, — вздохнул Роун. — Конечно, вы правы. Но если мы сегодня же с этим не покончим, нам придется раскинуть сети пошире или даже позволить им смыться отсюда.

— Возможно. Но у меня такое ощущение, что все сейчас и закончится.

— Если пташки еще не улетели.

Они увидели большой старый дом, стоящий в конце пыльной дороги.

— Должно быть, нам туда, — указал Мэйджорс. — Похоже, они еще на месте. Вон стоит машина во дворе.

— Вижу.

Роун затормозил, дал задний ход и приблизился к следовавшей за ним машине. Из нее вышел офицер и склонился к окошку со стороны Роуна.

— Нам придется попотеть, Лес. Я уже объяснял тебе, почему мы не можем окружить этот дом и спокойно ждать, когда они двинутся отсюда. Остается надеяться, что они там уснули. Не то перестреляют нас как пацанов. Возьми троих своих ребят и обойди дом сзади. Я подожду здесь, пока вы выйдете на позицию, а потом мы одновременно атакуем. — Роун усмехнулся. — Прямо как в кино. Как увидите, что мы пошли, сразу начинайте. Все. Удачи вам.

Роун закурил сигарету. Он сидел и барабанил пальцами по рулю. Четверо полицейских рассыпались по двору, они обходили дом, делая короткие перебежки.

— Я намерен взять этот дом. Попрем на него, как в танке, — сказал Роун. — Вам лучше подождать здесь.

— Нет,

я хочу пойти с вами. Меня вся эта история тоже касается.

— Героя из себя строите? — криво усмехнулся Роун. — А получится?

— Я ведь раньше тоже служил в полиции.

— Да, я и забыл.

— К тому же у меня есть разрешение, лейтенант, если вас это волнует.

— Тем лучше для вас. — Роун включил передачу. — Тогда вперед, герой. Держись.

Он направил машину прямо к дому, она ревела и подпрыгивала на рытвинах. Мэйджорс вытащил из плечевой кобуры пистолет тридцать восьмого калибра. Выражение его лица было решительным и непреклонным.

Он ждал, что сейчас из дома посыплется свинцовый град и вдребезги разнесет ветровое стекло.

Ничего не произошло.

Роун резко затормозил, когда передние колеса поравнялись с деревянными ступеньками, и быстро выскочил из машины. Буквально в несколько скачков преодолел веранду и рванулся к широко распахнутой двери. Мэйджорс, следовавший в двух шагах позади Роуна, сделал одобряющий знак рукой. Этот лейтенант не слабак.

Без происшествий и лишнего шума им удалось проникнуть в одну из комнат. Очевидно, это была гостиная. Но сейчас в ней не было ни мебели, ни людей.

— Птички все-таки вылетели из клетки, — мрачно констатировал Роун, — если они вообще здесь были.

И тут они услышали крик:

— Сюда! Пожалуйста! Помогите!

Роун махнул пистолетом, приказав Мэйджорсу держаться позади. Они осторожно пошли по короткому коридорчику. Оказавшись возле открытой двери с правой стороны коридора, Роун жестом велел Мэйджорсу оставаться на месте. Сам бесшумно подкрался к дверному проему, слегка пригнулся и, резко прыгнув, оказался в комнате.

Через несколько мгновений послышался его голос:

— Все в порядке, Мэйджорс, заходите.

В комнате царил полумрак, окна были завешены газетами. Пахло кровью и порохом. На столе догорала оплывшая свеча. Кроме Роуна, в комнате находилось четыре человека — трое мужчин и женщина.

Сначала Мэйджорсу показалось, что все трое мужчин мертвы. В одном он узнал полковника, второго никогда раньше не видел. Рядом с третьим сидела женщина.

Лицо ее было белее мела, глаза огромные и полные мольбы.

— Пожалуйста, помогите! Он умирает!

Мэйджорс быстро подошел к ней. Третьим оказался Хастингс!

Рубашка у Сэма была расстегнута, и из раны на левой стороне груди, пульсируя, вытекала кровь.

Одежда женщины вся была перепачкана кровью.

Мэйджорс узнал в ней Дебби Грин.

— Тяжелое ранение?

— Никак не могу остановить кровотечение, мистер Мэйджорс!

— Сейчас вызову по рации «скорую помощь», мисс, — раздался голос лейтенанта Роуна. — Деньги здесь, Мэйджорс. По крайней мере большая часть.