Лас-Вегас
Шрифт:
— Хорошо, сэр! — ответила Нона. — Сию минуту.
Ей удалось поставить пустой стакан точно на стодолларовую фишку, потом она взяла его и переставила на свой поднос, быстро собрала все пустые стаканы, до которых смогла дотянуться, приняла еще два заказа и быстренько пошла прочь. Сзади никто не поднял крик, не начал возмущаться и искать пропажу.
Сердце у нее бешено колотилось. Оно всегда начинало прыгать как заяц, когда приходилось воровать фишки. Нона постаралась сосредоточить внимание на заказах, стараясь выполнить их правильно. Все-таки кража выбила ее из колеи. Она
В баре все в данный момент оказались заняты, и Нона сама составила пустые стаканы, осторожно смахнув фишку в ладонь. Потом подала бармену листок с новыми заказами, заскочила в женский туалет и спрятала фишку в лифчике. Вся операция заняла буквально секунду. Но когда Нона работала исключительно в игровом зале, ей было гораздо удобнее и проще. Она надевала норковую пелеринку с особым потайным карманом, который сама пришила. Воровать фишки в такой пелеринке было значительно безопаснее.
Когда она вернулась в зал, все как завороженные следили за вращением колеса рулетки. Похоже, пропажу фишки никто не заметил. Нона успокоилась и задышала ровнее.
Она снова направилась к столу для крапа. Какой-то тип подозвал ее, показав свой пустой стакан.
— Шесть. Выигрывает шесть, леди и джентльмены. Делайте ваши ставки. Все поставили? И снова бросает леди в синем платье. Все, ставки приняты.
Четыре очка. Продолжаем, четыре очка есть. Еще раз.
Семь. Выпадает семь очков… Семерка проигрывает!
Освободите поле. Играет следующий джентльмен, прошу вас!
Украсть фишки с рулеточного столика было проще всего, потому что игроки обычно складывали их стопочками возле себя и тут же, рядом, ставили стаканы с выпивкой. Фишки за двадцать первым столиком были обычно сложены более аккуратно, потому что ставки здесь были меньше. Обслужив игроков в крап, Нона вернулась к рулетке.
Через час после первой кражи она очень осторожно придавила пустым стаканом пятидесятидолларовую фишку на втором столе. Собрала пустую посуду, приняла заказы от игроков и только повернулась, чтобы отойти от стола, как кто-то громко воскликнул:
— Эй! Куда, черт возьми, подевался мой полтинник?
Нона не остановилась, катила свой поднос, не ускоряя шага, а сердце ее грохотало, словно молот по наковальне. Никто не пытался задержать ее.
Она смахнула фишку в ладонь и, снова забежав в туалет в баре, сунула ее в лифчик.
Когда собралась выходить оттуда, у нее вдруг возникло жуткое ощущение неминуемой беды, даже в ушах зазвенело. Все нормально, убеждала она себя, ты просто нервничаешь. Только вот этот Брент Мэйджорс, он опять промелькнул в толпе минуту назад…
Нона поежилась. Его пристальный взгляд всегда вызывал у нее нервную дрожь. Она было взялась за дверную ручку и замерла на месте. «Что я делаю? Выхожу отсюда с двумя фишками в лифчике?! Не могу. Нет, это слишком опасно».
Она вытащила фишки, огляделась вокруг, отчаянно стараясь придумать, куда бы их припрятать. К счастью, туалетная комната была сейчас пустой. Надо положить их в укромное местечко, из которого потом легко можно будет их достать. Нона намазала каждую фишку липкой дрянью из тюбика и прилепила их к донышку второй
Дыхание Ноны так и осталось учащенным и неровным, когда она опять появилась в баре.
Она подошла с подносом к рулетке и поняла, что сейчас у нее возникнут серьезные проблемы. Ей оставалось лишь попытаться не думать о неумолимо надвигающейся беде. Там стоял Сэм Хастингс и пытался успокоить без остановки тараторящего низенького мужчину.
— Говорю же вам, кто-то украл у меня фишку! — громко утверждал коротышка. — Меня не интересует ваше мнение. У меня была эта фишка. Я это точно знаю. И я уверен, она лежала на столе. А теперь ее здесь нет! Ваше заведение несет всю ответственность.
Нона напустила на себя невинный вид, во всяком случае, ей так казалось. Она похолодела, когда раскипятившийся игрок с подозрением посмотрел на нее.
Он ткнул пальцем в ее сторону и завопил:
— Ты здесь крутилась, разносила выпивку!
— Успокойтесь, сэр, прошу вас, — сказал Сэм Хастингс.
— Она вертелась у стола как раз в тот момент, когда пропала моя фишка!
— Что произошло, Сэм? — спокойно спросила Нона.
— У меня украли фишку на пятьдесят долларов, вот что! — заорал недомерок. Крупная женщина, увешанная звякающими украшениями, шагнула вперед из толпы любопытных и положила ладонь ему на руку.
Он резко оттолкнул ее. — Оставь, Джинни, я сам знаю, когда прав!
Женщина ужасно переживала из-за поведения своего мужа.
— Эммет, прошу тебя, это же всего пятьдесят долларов! Ради Бога!
— Если хотите, вы можете подать жалобу, сэр, — предложил Сэм Хастингс.
— Отлично! Вот сейчас я это и сделаю, — не успокаивался Эммет. — Я утверждаю, что эта девица стянула мою фишку.
— Погодите, погодите! — воскликнула Нона. — Я ее не трогала!
— Я требую, чтобы ее обыскали!
Хастингс взглянул на Нону с кривой улыбкой и пожал плечами, она неуверенно улыбнулась ему в ответ. Сэма Хастингса можно не опасаться. Вокруг собрался народ, словно на соревнованиях по армрестлингу; публика с любопытством глазела и слушала.
Игра за рулеточным столом прекратилась вообще.
— Кто-нибудь собирается платить за поданную выпивку? — осмелев, спросила Нона.
— Боже правый! — взорвался Эммет. — Украла мою фишку и, теперь еще требует, чтобы я заплатил за виски!
— Эммет, что ты говоришь! Следи за своими словами, — снова попыталась успокоить его жена.
— Я говорю правду!
— Может быть, нам всем лучше пройти в другое место, — примирительным тоном предложил Сэм Хастингс. — Там мы сможем обсудить все проблемы.
— Я требую встречи с управляющим, — заявил Эммет, не сводя с Ноны глаз. — Я хочу немедленно поговорить с управляющим этого заведения.
— Конечно, сэр, — успокаивающе сказал Сэм Хастингс.
И он направился к выходу, указывая всем дорогу.
Сердце Ноны колотилось как очумелое. Она без остановки твердила себе: «Тебе нечего бояться, бояться нечего, ничего страшного». Но это мало помогало. Она кожей ощущала, что все вокруг смотрят на нее. А Эммет, тот прямо-таки наступал ей на пятки и буравил глазами ее спину.