Ларс 3

Гросов Виктор

– Тогда зачем ты мне эти слухи рассказываешь? – улыбнулся я.

– Сейчас армия держит в осаде донжон, вяло его обстреливая. Кстати, стены там потолще всех виденных мной.

– Я заметил, – скривился я.

Надежда захватить башню за пару суток уменьшалась с каждым часом, так как бомбардировка требушетными снарядами не увенчалась особым успехом. Стены донжона были очень прочными и толстыми.

– Так вот. Если пообещать воинам часть добычи, находящейся в башне, то каган уже завтра может быть в наших руках.

– Да вроде

энтузиазма у армии хватает. Недостатка в стимуле я не наблюдал.

– Так-то оно так, да не так, – философски заметил лекарь, – лишняя монетка в кошельке обычного воина никогда не будет лишней, а с учетом тех слухов, которые гуляют в городе, то глядишь и что-нибудь придумают особо шустрые варяги, – закончил с довольным видом Эд.

– Это что же они придумают? Залезть на крышу и через чердак войти в донжон? Или превратиться в змею и сквозь узкие бойницы пролезть?

Метик удивленно уставился на меня и раскрыл рот. Его глаза, казалось, выскочат из орбит.

– А ведь с чердаком – это классная идея, – прошептал лекарь, – Ты гений, Ларс! – воскликнул друг-попаданец.

– Да успокойся ты! Эса и ее подчиненные уже пробовали – не удалось.

Я задумался над тем, что предлагает Метик. А ведь что-то в этом есть. Я ведь ничего не теряю. А возиться с каганом мне надоело. Да и толщина стен слегка расстраивает. Нужно будет с Ходотом посоветоваться.

– Ладно, поговорю с Ходотом, предложу твою идею. Может, что и выгорит, – хмыкнул я.

– Вот и хорошо, вот и славненько, – Эд довольно потер руки, – но я не за этим к тебе.

– Во как, – я улыбнулся, – рассказывай.

Я отвык от нормального общения. В последнее время хмурые лица моих подчиненных в связи со смертью Гостомысла и похищением Милены вводили и меня в еще большее уныние. А поведение Эда сейчас выбивается из общей картины. Возможно, он пытается вывести меня из этого мрачного состояния, чтобы не упасть духом. В любом случае, нужно быть благодарным другу. Да и действительно хватит горевать. Я ведь сделаю все, чтобы отомстить за смерть отца и вернуть жену. Наверное. Ну вот, опять я в меланхолию впадаю.

– Есть слухи с Крыма…

– Чего это ты сплетнями начал заниматься? – рассмеялся я.

– А что делать? – Эд развел руками, – Забава прекрасно справляется без меня в полевом госпитале. Да и долгое общение с Эсой не прошло даром – наблюдал, как она информацию собирает, в том числе и сплетни, – многозначительно подняв указательный палец, подчеркнул он, – и делает соответствующие выводы.

– Ладно, рассказывай, сплетник, – вновь рассмеялся я.

– Итак! – ответил улыбкой Метик, – С полуострова пришла инфа о том, что там начинаются волнения.

– Так, стоп! Почему ты об этом рассказываешь, а не Эса или Ходот? – возмутился я.

– Дело в том, что только сегодня я оперировал одного местного купца…

– Частная практика? – я приподнял бровь.

– Именно поэтому у меня денег куры не клюют.

Честно говоря,

мне все равно было на подработки ближников. Главное, чтобы это было не в ущерб государству.

– И что же тебе сказал купец, богатей ты наш?

– Он попал в Тьмутаракань за день до осады. Сам – из Корчева, в будущем это Керчь. И когда он уходил с Крыма, там начались волнения. До них дошли вести о переходе под крыло царства. Многих византийцев начали преследовать, особенно после того, как византийская администрация и войска покинули полуостров. Начались погромы, воцарилась анархия.

– Интересные слухи. Насколько можно верить твоему купцу? – задумчиво спросил я.

– Я передал инфу Эсе, она отправит туда лазутчиков. Поэтому она и не говорила тебе ничего, пока не убедится в правдивости сведений. И это она попросила меня рассказать тебе, так как у нее было срочное дело к Ходоту.

– М-да, с каждым днем все больше и больше убеждаюсь, что корона царская жмет мою головушку.

– Это да, – оскалился Эд, – не повезло царству с царь-батюшкой. Слишком ответственный, – нагло заявил Метик, развалившись на лавке.

– Тебе надо поменьше общаться с Эсой, набираешься у нее вредности.

– Есть такое, – хихикнул Эд.

– Кстати, – коварно хмыкнул я, – готовься к тому, что станешь князем.

– Чего это? Зачем? – нахмурился встрепенувшийся лекарь.

– Давно пора примерить ответственность не только за здоровье людей, но и здоровье отдельно взятого княжества, – осклабился я.

– Ларс! Мне хватает ответственности и после каждого боя. Не имея нормальных септиков, антибиотиков, лекарств, приходится многих людей мысленно «списывать», а ведь их можно было спасти, – горько проговорил лекарь.

– Вот именно поэтому тебе и нужна отдельная вотчина, в которой ты наладишь производство лекарств, построишь здравницы и лечебницы, – ухмыляясь, произнес я.

– Может не надо? – жалобно спросил поникший Метик.

– Надо, Федя! Надо, – откровенно поржал я, – Да и княжество тебе дам такое, которое при любых раскладах должно быть преданным центру. А значит и человек должен быть верным.

– Это какое же? – вяло поинтересовался Эд.

– Крым! Быть тебе князем Крымским.

Глава 5

Тьмутаракань, лето 827 г.

Не делите шкуру неубитого медведя. Эта пословица сейчас уместна как никогда.

На следующий день после того, как я сообщил Метику о его будущем княжеском титуле пришли вести с Крыма. Эсова разведка сообщила о бунтах на полуострове. Византийские войска вместе с администрацией городов дружно погрузились на дромоны[1] и покинули Крым.

Ушлые местные аристократы при поддержке остатков хазарских войск провозгласили независимость. Новообразованное мной крымское княжество погрузилось в пучину анархии и беззакония. Местные аристократы практически сразу начали грызню за верховенство.