Лара
Шрифт:
– Если в дверь постучит кто-то из ваших людей, должна ли я впустить их? – невинным голосом поинтересовалась Лара.
– Нет! – хором ответили братья. Нельзя допустить, чтобы Лара понесла от кого-то, кроме них двоих. – Всем сообщат, что ты занята. Отдохни. Зима в лесу долгая, у нас будет достаточно времени, чтобы завести ребенка.
Лара улыбнулась:
– Благодарю вас за доброту, милорды.
– Очень хорошо, что еще не выпал снег, на котором остались бы наши следы, – сказал Ог. – Я понесу тебя, так мы сможем передвигаться быстрее. Ты
– Куда мы идем? – забеспокоилась девушка.
– Пока не знаю. В лесу все еще живут феи и эльфы, но я не знаю где. Возможно, не вполне разумно пытаться их отыскать. Мы могли бы поискать убежище в Центроземье, но если тебя поймают, то вернут лордам. Думаю, нам лучше отправиться в Провинцию пустынь к принцам-теням или в Дальноземье. Лучше спроси у Этне, пусть подскажет.
– Отец говорил, что Дальноземье – опасное место, народы, населяющие его, постоянно воюют между собой. Они еще дикие. Я спрошу Этне, но, полагаю, нам лучше идти в пустыни. Уверена, там мы найдем кров и работу. Ты очень сильный, а я могу зарабатывать шитьем. Мы выживем, Ог.
– Лара, ты слишком красива, чтобы остаться незамеченной. На тебя обязательно обратит внимание один из принцев и захочет обладать тобой.
– Я никогда больше не стану рабыней!
– Женщины, дарящие наслаждение принцам, не рабыни, они все свободны. Принцы-тени никогда не берут женщин силой.
– Откуда ты знаешь? – удивилась Лара.
– Мои предки веками путешествовали по Хетару, они многое знали. С того момента, как я очутился в утробе матери, я тоже знаю это. Нам нечего бояться в Провинции пустынь, Лара.
– Как же они там живут?
– Простое население живет в шатрах и путешествует по всей провинции с караванами. А принцы живут в роскошном замке на пустынных скалах. Они разводят лошадей.
– А нам удастся незаметно перейти границу?
– Ходить и ездить ведь можно не только по дорогам, – подмигнул великан.
Дворец главы Лесной провинции был украшен сосновыми ветками и венками из остролиста. На окраине деревни сложили костровище, где в момент захода солнца разожгут огромный костер, который будет гореть до самого рассвета. Вокруг него все жители леса будут плясать и веселиться всю ночь. Будут петь старые песни и гимны и следить за молодыми девушками, чтобы те не убегали с юношами в лес. Всю неделю перед праздником женщины во дворце готовили угощения.
Ог открыл Ларе план побега только в День зимнего фестиваля.
– Ты не должна показываться в зале, никто не должен видеть тебя, – убеждал он девушку. – Ты тоненькая, вылезешь в окно на самую большую ветку на дереве, что растет рядом. Я буду прямо под ней и поймаю тебя, когда спрыгнешь. Затем сядешь мне на спину. На меня не обращают внимания, думаю, никто даже не заметит, как я подберусь к дворцу. Я хожу быстро, до того, как луна исчезнет с небосклона, доберемся до границы. Оденься теплее и наешься досыта.
Дурга появился в комнате Лары в середине дня. Он пришел не для того, чтобы соединиться с ней, уже было решено, что ни он, ни Энда не прикоснутся к ней до окончания праздника. В ночь зимнего фестиваля по древней традиции
– А я задвину щеколду снаружи, и никто не сможет открыть ее до завтрашнего утра, пока я не приду, – сообщил Дурга. – Отправляйся в залу и возьми еды, девочка. Завтра до середины дня меня не жди, я собираюсь хорошо поесть и выпить сегодня вечером и, конечно, излить семя в свою жену столько раз, на сколько хватит сил. А сил у меня много. – Он хитро посмотрел на Лару, крепко поцеловал ее, шлепнул по заду и с гоготом удалился.
К счастью, Энду она не видела. Лара быстро спустилась в залу и собрала столько еды, сколько смогла унести. Она не боялась, что кого-то удивит огромный поднос полный еды, все знали, что она не выйдет из комнаты до следующего дня. Оставив поднос на столе в комнате, Лара отправилась к Сите и попросила дать ей работу, чтобы не скучать взаперти.
– В День зимнего фестиваля не полагается работать, – сказала хозяйка. – Правило гласит, что это время для веселья. Ты выглядишь уставшей, фея. Поешь и выспись. Зима будет для тебя тяжелой и долгой, пока ты не родишь ребенка. – Сита была почти добра к ней.
– Благодарю тебя за доброту, миледи, – поклонилась Лара, – и желаю счастливого зимнего фестиваля. – Она улыбнулась супруге Дурги и удалилась в свои покои.
Вечером стемнело очень быстро, но луна долго не появлялась на небе. Лара сидела у окна и любовалась золотым с красным отливом закатом, когда вдали вспыхнуло и взметнулось над макушками деревьев пламя праздничного костра. Вскоре из залы и из деревни послышалось пение и шум веселья. Лара съела все, что смогла, а оставшиеся хлеб, сыр и фрукты сложила в салфетку и завязала в узелок. Затем перелила вино из кувшина в кожаную флягу, которую дал ей Ог. Лара надела на себя все сорочки и платья и положила гребень в карман плаща. Подумав немного, она собрала еще и швейные принадлежности. Затем она прилегла и проспала несколько часов, пока ее не разбудил звон камушков, ударявшихся о стекло. Она встала и распахнула окно.
– Ог?
– Пора, Лара, – прошептал в ответ великан.
– Подожди минутку, соберу вещи.
– Поторопись, Лара.
Она заперла дверь еще тогда, когда услышала звук задвигаемой Дургой щеколды. Тогда она нарочито громко повернула ключ и задвинула тяжелый засов. Поэтому сейчас Лара надела плащ, перекинула через плечо ремень фляги с вином и подхватила узелок с едой. Высунувшись в окно, она крикнула Огу, чтобы тот ловил узелок, и стала перелезать на ветку, свисавшую к самому окошку.
Лара двигалась осторожно, в темноте лишь свет очага в комнате помогал ей разглядеть путь. Слегка развернувшись, она закрыла створки и полезла вперед, следуя советам Ога. Великан подсказал ей сесть на ветку, и, к огромному облегчению, Лара нащупала под ногами еще один сук, ставший ей опорой. Встав на него и схватившись за ветку над головой, она медленно пошла вперед. Сердце колотилось от страха, и Лара старалась не смотреть вниз, чтобы не закружилась голова. Она понимала, что не выживет, если упадет с такой высоты.