Ландерфаг

Яцкевич Константин

Восьмой шаг – это осознание жизненного урока, который был дан болезнью.

Девятый шаг – это закрепление результата лечения и начало новой правильной жизни на основе гармонии и знания об энергии жизни.

Как видишь, исцеление от рака с точки зрения целителей – это целостная стратегия и тактика, которую можно назвать путём духовного воина. Тот, кто успешно проходит в процессе лечения все эти девять шагов, тот переходит по тонкому льду бурную реку судьбы и снова обретает силу и радость жизни. Так говорил об этом мой учитель и один из величайших целителей Беларуси – Вартимей Лавришевский.

Никита был так

глубоко тронут этими словами Ландерфага, что не мог вымолвить в ответ ни единого слова. Слёзы навернулись на глаза и наверно потекли бы от этого глубокого откровения, если бы Ландерфаг не произнёс в этом момент:

– А вот, похоже, и тот, кого мы искали – чистотел большой. Смотри, Никита, на этот раскидистый кустик возле берёзы.

Ландерфаг указал на небольшой кустик с широкими листьями, который рос на опушке. Бегавшие до этого кругами собаки как по команде подбежали к опушке и сели, пристально глядя на своего хозяина.

– Это и есть, Никита, чистотел большой – он же бородавник, желтушник или падтынник по-беларуски. Мы сейчас возьмём с тобой его жизнь и его целебную силу, поэтому прежде мы должны по правилам перед ним извиниться за причинение ему вреда и поблагодарить его и весь его род за оказываемую нам помощь. Как ты на это смотришь?

Никита смотрел на Ландерфага недоумённым взглядом, не понимая шутит он или говорит всерьёз.

– Я не шучу, Никита, – сказал Ландерфаг точно прочитав его мысли. – Мы должны извиниться перед ним и поблагодарить его. Этого требует закон леса и закон использования силы любого живого существа. Этого закона строго придерживаются все те, кто имеет дело с силой и энергией жизни. Если не можешь сделать этого вслух, сделай это про себя, но обязательно сделай.

– Это же какое-то язычество и магия, Ландерфаг, разговаривать с растением? – недоуменно переспросил Никита.

– А ты смотри на это иначе.

– Как?

– Как если бы у тебя самого кто-то решил вдруг взять что-то ценное без разрешения. Боюсь, ты бы возмутился столь дерзкому поступку. А почему не может возмутиться чистотел, у которого мы отнимаем жизнь и его силу? Это и есть, Никита, один из аспектов восприятия мира, как энергии.

Несколько смутившись такой постановке вопроса, Никита попытался было сформулировать в голове нечто вроде признательности кустику чистотела, но у него ничего не вышло и единственное, что он смог выдавить про себя – это самое простое и банальное – «прости и помоги».

Видя как тяжело Никите даются слова благодарности чистотелу, Ландерфаг снял свой заплечный мешок, достал из него полиэтиленовый пакет и небольшую сапёрную лопатку с короткой рукоятью, после чего начал аккуратно обкапывать растение, слегка приподнимая его над землёй. Обкопав всё растение, он осторожно потянул кустик вверх, слегка покачивая его из стороны в сторону и через мгновение вытянул из земли довольно большой корень, похожий местами по цвету на морковь. У самого сочленения со стеблями корень был около четырёх сантиметров в диаметре, а к низу резко разветвлялся в виде множества мелких длинных корешков. Отряхнув остатки почвы с корня, Ландерфаг удовлетворённо заключил:

– Это то, что нам и нужно, Никита, хороший корень материнского растения, которому не менее пяти лет.

Никита подошёл ближе и посмотрел на выкопанное растение, не имея никакого представления о том,

как его оценивать и что с ним делать.

– А что мы будем с ним делать?

– Настойку из корня, – спокойно ответил Ландерфаг.

Для наглядности он сломал одну из зелёных веточек и на месте слома выступила капелька ярко оранжевого сока.

– Попробуй на язык.

Ландерфаг протянул Никите сломанную часть стебля. Никита очень осторожно лизнул капельку оранжевого сока и язык точно обожгло горечью.

– Не бойся, не отравишься, – засмеялся Ландерфаг. – В этом соке вся сила чистотела. В корне его больше всего, в стеблях и листьях гораздо меньше. Самый важный компонент этого сока – алкалоид хелидонин и его производные – гомохелидонин, сангвинарин, протопин и другие с видом учёного произнёс Ландерфаг, сразу же преобразившись из хуторского отшельника в профессора фармакологии.

Никита обратил внимание на то, что с артистизмом и манерностью у Ландерфага всё в порядке и ему легко даётся лицедейство.

– И в чём заключается их действие? – поинтересовался Никита.

– У них много полезных свойств, но нас интересует стимулирование иммунитета, а также антиметастатическое и противоопухолевое действие. Ты ведь наверно знаешь, что большинство опухолей, включая глиобластому, опасны именно периферией, которая наиболее агрессивна и разрушает ткани. Этот рост нам и нужно остановить с помощью кариокластического яда сока чистотела.

Дело в том, что практически все яды в малых дозах являются лекарствами и стимуляторами иммунитета. Если тебя интересуют свойства отдельных компонентов чистотела, то хелидонин оказывает болеутоляющий и успокаивающий эффект. Гомохелидонин действует как кариокластический или судорожный яд. Протопин снижает порог возбудимости вегетативной нервной системы, что для тебя особенно важно. Все вместе они дают достаточно сильный противоопухолевый эффект, что нам и нужно.

Никита едва не открыл рот от удивления, поскольку в очередной раз был до глубины души тронут глубиной познаний Ландерфагом лекарственных растений и их свойств, а Ландерфаг тем временем обмотал корневище чистотела стеблями с листьями и бережно положил его в полиэтиленовый пакет, который засунул в свой заплечный мешок-рюкзак.

– Ну что, искомое мы нашли. Перекусим и в обратный путь?

– Я не против, – ответил Никита.

Ландерфаг достал из своего мешка пластиковую бутылочку с водой, небольшой кусок вяленой бастурмы, подсохший сверху сыр и хлеб, который Денис привёз вчера из города. Собаки всё это время спокойно наблюдали за происходящим даже не проявляя интереса к еде, точно не были голодны.

– Они приучены есть только тогда, когда я сам им даю, от тебя еду не возьмут, никакую, – пояснил Ландерфаг, как бы давая тому знак о том, чтобы он не угощал едой собак.

– Меня очень заинтересовал метод Вартимея из девяти шагов, – неожиданно сказал Никита. – Я хотел бы все их записать чтобы не забыть, когда мы вернёмся на хутор.

– Не забудешь, не волнуйся, эта схема есть в моих дневниках и ещё много всего. Только это сегодня уже никому не нужно, с лёгкой досадой заметил Ландерфаг. – Люди забыли об энергии жизни, забыли о целебных силах живой природы, утратили все знания о травной медицине и слепо устремились в голые технологии, которые никогда не проникнут на уровень энергии жизни.