Лампа Ночи
Шрифт:
Хайлир нажал кнопку, и монотонный голос начал выкрикивать: «Вот я стою, любимец времени, король света, душа любви, драгоценнейшая и любимая сущность всякого существования! Я, сверхвыдающийся, созданный для великого! Я знаю это, все знают это, это самоочевидно! Но где скрылось золотое обещание? Я вопию против несправедливости! В космосе бушует буря, и в конце концов она поглотит меня, так что я не вижу другого выбора, кроме как покончить со всей этой печалью тотчас же. И если я умру, не победив, я все равно останусь сиять во славе тамзура! И если космос хочет сыграть со мной трагическую шутку,
Голос умолк, и другой голос значительно прокомментировал: «Господин Варвис Мейлапан только что нырнул навстречу своей смерти на сотню футов и таким образом осуществил свой тамзур. Его больше нет. Космос, которым он управлял, исчез, и памяти о нем не осталось».
Хайлир выключил плеер.
– Но это нетипичный случай. Может быть, лишь один человек из ста чувствует себя настолько сильным относительно своего тамзура, чтобы так закончить свою жизнь.
– Все это как-то жутко, – признался Джейро.
Джейро поехал с родителями в терминал и провожал их взглядом, пока они поднимались на борт величественного «Франсила Эмбарпа». Затем подождал, пока захлопнутся люки и загорятся сигнальные огни, и, облокотясь на ограждения наблюдательной террасы, стал следить, как поднимается в воздух могучий, но грациозный силуэт лайнера. Через несколько секунд корабль скрылся за облаками. Юноша постоял еще минут пять, бесцельно глядя на небо, на летное поле и на дальний лес за ним. Потом развернулся и направился к станции техобслуживания.
– Фэйты уехали, – сообщил он Гайингу. – Я чувствую себя бесполезным и никому не нужным. Скучно. Может быть, я завишу от них гораздо больше, чем мне хотелось бы думать.
Гайинг напоил его чаем.
– Итак, каковы твои дальнейшие планы?
– Как обычно, – уже несколько живее ответил Джейро, ободренный горьковатой горячей жидкостью. – Работа и занятия с вами. Кстати, я сейчас начал учить один вис, который Берал называет «низким трапецоидом».
– Учи хорошенько! В один прекрасный день этот трюк может спасти тебе жизнь.
– Ну, что ж, спасибо, мне стало немного легче. Вы уже завтракали?
– Еще нет.
– Тогда давайте пойдем к «Печальному Генри», сегодня я угощаю.
За ланчем Джейро рассказал Гайингу о Скёрл и ее проблемах. На Нецбека это произвело сильное впечатление.
– Она, кажется, девочка с характером.
– Хуже того, она член Конверта.
– У тебя в распоряжении Мерривью – почему бы тебе не пригласить ее пока похозяйничать там?
– Эта мысль мне уже приходила в голову, – признался Джейро. – Но это только мечта – в лучшем случае, а в худшем – я сам буду варить себе обед и мыть полы. – Гайинг понимающе кивнул, но ничего не сказал, и Джейро продолжил: – И вообще, я не знаю, во что может вылиться такая ситуация. Она станет отрывать меня от того, что я действительно хочу делать, то есть от поисков свидетельств моего
– Я думаю, это будет нетрудно.
– Ну да! Фэйты очень тщательно прячут все свои записи, поскольку знают, что я их ищу. В принципе, везде, где можно, уже посмотрел. Правда, однажды обнаружил записку от Хайлира: «Джейро, пожалуйста, не передвигай бумаги на столе. Порой ты бываешь очень неаккуратен».
– И что ты сделал?
– Хотел приписать внизу: «Будет меньше беспорядка, если я буду знать, где искать». Но все это, в общем-то, некрасиво. Я оставил записку нетронутой.
– Ax, да, кстати, ты мне напомнил одну новость, касающуюся как раз тебя. Помнишь Тауна Майхака?
– Конечно! Он исчез, не попрощавшись, я уж боялся, что с ним что-нибудь случилось.
С какой-то странной улыбкой Гайинг показал Джейро клочок бумаги.
– И ты был скорее прав, чем не прав.
– Что с ним случилось?
– Пусть уж об этом он сам тебе скажет, поскольку скоро опять появится здесь.
Итак, Фэйты уехали, и Джейро остался в Мерривью один. Дом показался ему полным шепотов, а шаги отдавались в пустых комнатах слишком гулко. Ночью, когда он лежал в постели, ему несколько раз мерещились то важные разговоры Хайлира, то смех Алтеи, но, скорее всего, все эти вздохи, ворчания и бормотания исходили просто от самого дома.
Джейро позвонил в Сассун Ойри и услышал автоответчик, сообщавший, что дом закрыт на неопределенный период, но самые важные послания можно оставить у секретаря комитета Конверта. Джейро так и сделал, открыто сознавшись в поисках адреса Скарлет Хутсенрайтер и, как и ожидал, услышал холодный отказ. Тогда он назвался и попросил, чтобы ее известили о его звонке. На что ему ответили, что его вопрос будет должным образом рассмотрен; но это являлось, юноша это почувствовал, лишь вежливой формой отказа. Тем не менее вечером следующего дня Скёрл сама позвонила в Мерривью; голос ее дрожал, и она сразу спросила, зачем он звонил.
Джейро объяснил, что просто хотел удостовериться, что с ней все в порядке, и выразил надежду, что она нашла в библиотеке все, что искала.
Она ответила, что пока все идет нормально, и на самом Деле она по-прежнему живет в своих старых комнатах в Сассуне.
Джейро удивился, поскольку был уверен, что дом действительно закрыт.
– Правильно, – ответила Скёрл. – Просто я прошла тайным ходом и собиралась никому не выдавать своего присутствия вплоть до самого возвращения отца. И поэтому не могу пользоваться телефоном и вообще как-либо проявлять свое присутствие там из-за опасения перед охраной, которая патрулирует территорию – и принимать никого, соответственно, тоже не могу.
– Ты все нашла в библиотеке?
– На самом деле, ничего хорошего. Требования к получению лицензии – даже на первой стадии – очень жесткие. Во-первых, возраст, во-вторых, у меня нет диплома, свидетельствующего об изучении уголовного права, и нет стажа работы в ИПСС. А в генеральной инструкции я вообще прочла нечто странное: «компетентный частный детектив должен обладать способностью легко смешиваться с любым социальным слоем, от обитателей ночлежек до посетителей салонов красоты и артистов».