Лампа Ночи
Шрифт:
Лиссель отдернула руки и отскочила от Джейро.
– Так они верно сказали, что я найду тебя здесь, наедине с этим грязным мупом! – заревел Хэйнафер.
– Ты груб, как сапожник, – отрезала Лиссель. – Уйди сейчас же, прошу тебя.
– Называть вещи своими именами не есть грубость. Передо мной чертов муп, и его необходимо поставить на место.
– Ты сам не знаешь, что говоришь! Джейро талантлив и прекрасно воспитан, гораздо лучше тебя, между прочим. И слушай, что я скажу тебе сейчас, Хэйнафер Глокеншау! Я пригласила его в Цветочный павильон. Я пригласила его как полноценного
– А кто же он еще!? – снова зарычал Хэйнафер. – Он нимп, с этим же ты не будешь спорить! Как же он может быть полноценным участником!?
– А так, что в комитете по организации всем заправляю я, а потому могу приглашать, кого мне вздумается!
– Только не нимпа! Все это грязный фарс и лишь доказывает, что он настоящий шмельцер! – Хэйнафер подошел к Джейро вплотную. – Даю тебе хороший совет, парень. Держись подальше от Цветочного павильона. На наших вечерах мы не потерпим ни маргиналов, ни шмельцеров. Мы боролись за свои места под солнцем не просто так и не хотим, чтобы какой-то вонючий нимп считался с нами на равных! Понял? Ну и что ты должен сказать в ответ, а?
– Прекрати провоцировать его! – закричала Лиссель. – Ты выставляешь дураком только себя, и если будешь продолжать в том же духе, то не надейся больше ни на что с моей стороны!
Хэйнафер поутих.
– Я не дурак – это ты… ты стоишь здесь и позволяешь этому маргиналу тискать себя! Неужели ты не понимаешь, что он настоящий шмельцер!
– Возьми себя в руки, Хэйнафер. Ты явно не в лучшей форме.
Но Глокеншау не обратил внимания на замечание Лиссель и снова повернулся к Джейро.
– Ну что, нимп? Давай объяснимся начистоту. Или ты собираешься вонять и шмельцерить в павильоне – или будешь вести себя нимпом-паинькой, каким тебе полагается быть?
Джейро заговорил с трудом. Он не собирался идти на вечеринку в павильон и не хотел связываться с Хэйнафером, крупным, хорошо тренированным парнем, который явно положил бы его на обе лопатки без всякого труда. На стороне Хэйнафера было и общественное мнение, шмельцеров не любил никто из клубных членов. Так что положение Джейро как «полноценного участника» звучало весьма неубедительно. Но с другой стороны, юноша прекрасно понимал и то, что не может вот так вот просто сдаться Хэйнаферу, не потеряв при этом уважения к себе. И вопреки всей логике, своим склонностям и просто здравому смыслу Джейро сказал:
– Я хожу туда, куда захочу, и закончим на этом.
Хэйнафер медленно придвинулся еще ближе.
– Значит, ты собираешься появиться в павильоне?
– Мои дела тебя не касаются.
– Шмельцерство касается всех!
– Он придет, потому что я пригласила его в качестве своего спутника, – твердо произнесла Лиссель. – Так что крыть тебе нечем.
– Но твоим спутником должен быть я! – воззрился на девушку Хэйнафер. – Ты ведь уже попросила меня надеть костюм Алого Мальчика!
– Я передумала. Я буду Розовым Намеком, и твой костюм не подходит мне по цвету.
Хэйнафер махнул рукой приятелям.
– Вышвырните-ка отсюда этого маргинала! Иначе, если этим займусь я, то неизвестно, когда смогу остановиться.
Алмер и Лоунас выступили вперед, первый
Но тут вмешался метрдотель.
– Довольно! Не хватало мне еще вульгарной драки в моем заведении! Еще одно движение, и я вызову полицию. – Он повернулся к Джейро. – А вам, молодой человек, лучше всего сейчас же уйти, пока дело не зашло слишком далеко.
Джейро передернул плечами и быстро вышел.
На Хэйнафера набросилась Лиссель.
– Ты кретин! Мне стыдно, стыдно за твое поведение!
– А мне не стыдно. Ты сама сказала, что сопровождать тебя буду я, а после вечеринки мы отправимся в «Седьмую Милю» ужинать.
– Я никогда на это не соглашалась, а если и согласилась, то только формально.
– И теперь ты хочешь заменить меня шмельцером?
Лиссель гордо подняла голову.
– Когда мне понадобится твой совет, Хэйнафер, я его попрошу, а до тех пор – занимайся своими делами.
– Ну-ну, как скажешь, – проворчал Хэйнафер и вышел из «Старого Дена», сопровождаемый приятелями.
Джейро закончил свой рабочий день в терминале и отправился домой. Внутригородской автобус довез его до места, где Кацвольд-роуд вливалась в леса Наина, отсюда до Мерривью оставалось всего полмили на север. Ночь стояла теплая, среди высоких облаков плыла местная сине-зеленая луна по имени Миш.
Автобус исчез за поворотом к городу, и Джейро окунулся в полную тишину. Юноша мягкими неслышными шагами, как всегда ходил по лесу, двинулся на север вдоль дороги, весьма довольный такой ночью – одиночеством и темнотой.
Вскоре луна нырнула за облако, погрузив дорогу в совершенную черноту, и Джейро замедлил шаг, чтобы случайно не попасть в какую-нибудь яму или в придорожный кустарник. К тому же сегодня по каким-то неизвестным причинам дорога казалась юноше совершенно непривычной, словно он потерялся и теперь шел по незнакомому лесу. Глупости, конечно, но все-таки что-то было в этом ощущении. Может быть, это состояние вызвал какой-то непонятный звук? Джейро остановился и прислушался. Тишина. В некой нерешительности он снова двинулся вдоль дороги, но через несколько метров снова остановился. На этот раз ошибки быть не могло! С вышины из-за крон деревьев шел тихий печальный звук, от которого волосы у Джейро стали дыбом. Он застыл, но звук тотчас исчез, и в лес снова вернулась тишина.
Джейро пошел тихим осторожным шагом, как слепой, ощупывая дорогу впереди себя.
Прошло несколько мгновений, и снова тихий звук поплыл, снижаясь откуда-то сверху. Юноша поднял голову, вслушиваясь – это, в конце концов, могло быть пением ночной птицы, пусть раньше он и не слышал ничего подобного.
Не зная, что и подумать, Джейро продолжал идти, внимательно прислушиваясь. Облака рассеялись, и снова показалась луна. Призрачный лунный свет сочился сквозь листву и тонким острым лучом ложился на дорогу. И снова раздался таинственный звук; теперь к нему прибавилось еще и не менее таинственное пощелкивание. Джейро мгновенно застыл на месте, уставившись на ближайшее дерево. «Черные Ангелы» слетают с обратной стороны луны! – пел голос.