Лакомый кусок
Шрифт:
— Не могу знать, господин. Возможно, они ищут компоненты ядерного топлива…
— Я уже проверил, идиот. Ярнах-4 так же богат полезными ископаемыми, как космический вакуум…
— Может быть, они роются для отвода глаз, господин? Трюк, чтобы отвлечь наше внимание от реальных приготовлений?
— Вполне возможно. Но мы НЕ ЗНАЕМ! Кажется, Патруль успел изучить примитивные планеты нашего скопления лучше нас самих! Более того, в состав Лиги входит миллион обитаемых планет, они могут подобрать экипажи из разумных существ, для которых Ярнах-4 окажется родным домом. Но мы не можем
— Да, господин… видимо, нам придется отправить войска и на эту планету.
— Я рад, что вы столь проницательны. Как скоро мы сможем начать операцию?
— Планирование… Господин, мы окончательно увязли. Столько неотложных дел! Каждая новая планета — комплекс проблем, требующий выбора стратегии, расчета тылов…
— Я приказываю, Ярнах-4 должен быть оккупирован не позднее, чем через месяц. Или ты хочешь, чтобы твоя голова, насаженная на шест, красовалась на рыночной площади?
Дрожь пробежала по спине Хурулты, когда он присмотрелся к существу в клетке.
Оно казалось совершенно безобидным — небольшое кенгуроподобное млекопитающее, с длинными ушами на круглой тупомордой голове. Тонкие четырехпалые руки свидетельствовали о смышлености и способности изготовлять инструменты. Короткие коричневые глаза не светились угрозой, но… Хурулту наполнил страх. Он сконцентрировал всю свою волю, чтобы смотреть на существо, сохраняя бесстрастное выражение лица.
— Его поймали на окраине Денговеш-Сити, господин, сразу после происшедших там волнений — сказал офицер полиции. — Очевидно, причина волнений в том, что это существо распространяет вокруг себя ауру ужаса…
— Откуда оно? — с трудом выговорил Хурулта.
— Мы проверили, господин, оно с Гирейона, планеты, идентичной Улугану и расположенной на краю нашего звездного скопления. Аборигены Гирейона мало изучены, но, судя по всему, являются неагрессивной первобытной расой. Хотя и наделены телепатическими способностями.
— Понимаю… Когда они напуганы, а этого легко можно добиться, они выбрасывают в окружающее пространство импульсы страха, воспринимаемые нашим мозгом.
— Да, господин. Мы думаем, что разведывательный корабль Патруля забросил к нам на Улуган несколько таких существ. Мы уже приступили к поимке остальных.
— М-м-м, — грозное грубое лицо Хурулты напряглось. Мысли путались — мозг судорожно боролся с отчаянно вопящим в глубине души страхом. — Да, неплохая идея. Но Патруль не сможет забросить их к нам в количестве, достаточном для возникновения серьезных беспорядков.
— Конечно, господин. Их появление — мелкая неприятность. Как и все остальное, предпринимаемое Патрулем, не так ли… если вы позволите мне высказаться.
Хурулта повернулся и вышел из комнаты. Гирейон — хм-м-м. Крепкий орешек, но и его стоит раскусить. Если забросить большое количество таких существ на вражескую территорию, их присутствие может стать решающим аргументом в психологической войне.
Планеты Лиги — сборище хлюпиков. Им не устоять против чувства страха, они согласятся сдаться первому встречному военному кораблю.
Так или иначе, необходимо перекрыть доступ кораблей Патруля на Гирейон. Больших
Винг Алаку становилось скучно. Работы почти не было, он сидел в рубке флагманского корабля и изучал донесения разведчиков: читал документы или смотрел отснятые материалы. Он приветствовал прибывшего на курьерском корабле посланника, хотя его появление означало неминуемый серьезный разговор.
Джорел Мейнц вышел из шлюза и направился вслед за Алаком по длинному коридору. Он сморщил нос от обилия запахов, наполняющих корабль. Команда солдатского отсека целиком состояла из представителей террестроидных планет, каждое существо имело свой собственный запах, и вентиляционная система не справлялась с полной очисткой воздуха. Мейнц вздохнул и напомнил себе, что их носы, возможно, морщатся точно так же при появлении землянина.
Каюта Алака была просторна и со вкусом обставлена. Большой иллюминатор наполнял ее величественностью космического пространства, но комфортная мягкая мебель скрашивала леденящий душу вид космоса.
Алак дождался, когда они останутся наедине, и наполнил стаканы.
— Шотландское виски, — сказал он. — Для вас это может ничего не значить, но для меня сей напиток — роскошь.
— Патруль неплохо обеспечен, — заметил Мейнц.
— Вполне, — кивнул Алак. — Когда вы на долгие месяцы или годы попадаете в лапы совершенно враждебной среды, любая мелочь, способствующая комфорту, значит многое. Существует дичайшее заблуждение, что существа с низким уровнем жизни выносливее, — он поднял стакан и оценивающе отхлебнул.
— Вы уверены, что нас здесь не найдут? — спросил Мейнц. — Представляю, сколько дыр в пространстве понаделали улуганцы, охотясь за вами.
Алак усмехнулся. Оскалившись, он стал еще сильнее походить на лиса.
— Без сомнения, очень много, — ответил он. — Чем усерднее они ищут, тем большее удовольствие мне доставляют, потому что их поиск — бесполезная трата времени, людей и ресурсов. Пространство объемом в несколько тысяч кубических световых лет — надежное укрытие. Хотя, если они случайно наткнутся на нас, придется уносить ноги.
Мейнц нахмурился.
— Вот по этой причине я здесь, — сказал он резко.
— Дома не удовлетворены моим методом проведения операции?
— Если честно — не удовлетворены. Я на вашей стороне, Алак, и в одиночку протаскивал принятие проекта операции через Парламент. Но с того дня прошел год, а вы не доложили ни об одном конкретном результате. Ваши донесения выглядели бессмысленными и многословными. В конце концов, определенные политические группировки Лиги наняли собственные разведывательные силы и послали своих наблюдателей…