ЛАЕВ 4
Шрифт:
Я относилась к кошачьей беременности всё-таки спокойно, но в миг, когда начались роды, сильно заволновалась.
Тут ещё Зора на потолке проявилась… Зависла над кроватью, на которой внаглую обосновалась пушистая роженица, и заявила:
– Марго, а ты в курсе, что у этой породы часто случаются осложнения? Тебе бы анимага вызвать.
Анимага? Да какой анимаг в пять утра?
Но выход всё-таки нашёлся – я позвала Георга.
Потрогала татуировку и сказала самым жалобным, самым нежным голосом:
– Любимый… пожалуйста…
Я была уверена, что король спит, что явится зевающий и помятый. Но всё сложилось иначе.
Во-первых, король вошёл не в дверь, а телепортировался прямо в комнату, назло защитному артефакту. Во-вторых, он напоминал чудище! Был в грязи и тине с головы до ног.
– А-а-а… – шокировано начала я, глядя как на блестящий паркет – который я, между прочим, намывала лично! – стекает какая-то жижа.
А чудовище прорычало:
– Маргар-рита! Что случилось?
Мой нервно дрожащий палец указал на кровать.
– Там Фиалка рожает, а я вообще не в теме. Помоги, а?
– Фиалка? – громыхнул монарх после паузы. – Рожает? А я что, повивальная бабка?!
Я потупилась. В такой специализации короля не подозревала, но, человек, который вырос в мире, где на каждом углу лошади и прочая живность, точно разбирается в вопросе лучше меня.
Я поправила халатик, наброшенный на тонкую ночную сорочку, и король замер. Очень шумно втянул воздух, затем издал страдальческий стон. Оказалось они с Крэйвом и Тонсом были на ночной охоте – ловили опаснейшую болотную гидру, которая стреляет ядовитыми шипами.
Крэйв сейчас продолжал веселиться, а правитель Эстарола… короче влип.
– Хорошо, – с тяжким вздохом и этаким смирением сказал он. – Рожать так рожать.
Георг развернулся и потопал в ванную. Я же осталась возле кровати – в компании нервного папашки-Жреца.
Когда Георг вернулся, застонать захотелось уже мне! Просто выяснилось, что грязью пропиталась вообще вся его одежда, и, чтобы соблюсти стерильные условия, король разделся.
Теперь на нём было лишь обёрнутое вокруг бёдер полотенце.
Полотенце и… сильный рельефный торс, покрытый многочисленными татуировками!
– У меня сегодня экзамен у магистра Гримса! – взвизгнула я.
– И что? – Король то ли правда не понял, то ли прикинулся.
– То, что я к этому экзамену до сих пор готовлюсь!
На меня посмотрели ну очень невинными глазами.
– Так готовься, любимая. Кто ж тебе мешает?
Захлебнувшись волной неуместного жара, я развернулась и отправилась в расположенный в моих покоях кабинет.
Да, на часах действительно было пять утра, а я ещё не ложилась.
Мне реально нужно было доучить.
Но как учиться, когда там, в соседней комнате такое? Большое и татуированное?
– У-у-у! – прокомментировала я.
Потом стиснула зубы и продолжила грызть гранит науки. Увы, но на время сессии я отказалась от помощи Зоры и все зачёты-экзамены сдавала собственными
Если бы через два часа Георг не проник в кабинет с сообщением, что Фиалка-таки родила и… с массажем плеч, я бы сдала экзамен у Гримса на отлично!
Но в результате диверсионной деятельности одного монарха, на экзамене я витала в облаках, и мне едва не влепили трояк.
Правда даже при этом я улыбалась как ненормальная, вспоминая наше утро… Георг. Кажется, я влюбляюсь в этого мужчину всё сильней.
Фиалка родила троих. Котята получились страшненькие, демонические, все в папку. Только рудиментарных крыльев у них не имелось – зато были торчащие по всей шкуре редкие чёрные волоски.
Но внешность вообще не главное, когда ты умеешь ловить вайфай, одним своим присутствием заряжать аккумуляторы и каким-то чудом защищать иномирную технику от разрушения барьером.
Едва детёныши подросли, один отправился к маме, второй к Филинии. Ну а третий стал подарком семейству моего дяди… Да, они всё-таки переехали и, к моему полному изумлению, дядя рвался в этот мир активнее всех.
Я была убеждена, что он материалист, а он проникся темой магии быстро и фанатично. Ещё больше дядю тронула настоящая история его матери, Альбрины. Это был второй раз, когда я видела его слёзы, первый был на похоронах.
После всех признаний, дядя очень долго беседовал с Лотаром. Позже они вдвоём, отдельно ото всех, ходили на Землю, на кладбище. Проводником стал посвящённый в семейные тайны Псих.
Позже, после переезда, я лично вручила дяде семечко дара. Семечко входило в тело неохотно – сказался возраст, ведь идеальными для подселения магии считаются девятнадцать-двадцать лет.
Тётя, дядина жена, желания обрести магию пока не изъявляла, а мои двоюродные братья устроили настоящую истерику, когда поняли, что им придётся ждать несколько лет, прежде чем обрести силу.
Ещё одна истерика случилась у вдовы графа Вейза – факт появления новых родственников вывел леди из себя. Даже при том, что на наследство никто не претендовал – первым в очереди на земли и титул по-прежнему оставался её сын.
Зато и Филиния, и Георг, всерьёз заговорили о том, чтобы лишить «наследства» меня. Мол, Маргарита, зачем тебе всё это?
Герцогство в самом деле было мне не очень-то нужно, я даже облегчённо выдохнула. Но куда больше радовало то, что непосредственного вступления в наследство пока не ожидалось – Филиния, да продлит Небо её дни, была живее всех живых.
Двоюродная бабушка наоборот приободрилась и даже помолодела! Стала настолько активной, что Георг тихо страдал.
Герцогиня Сонтор успевала появляться в Парламенте, занималась делами Попечительского совета Академии, возглавила какую-то общественную комиссию, вела светскую жизнь и, разумеется, не забывала про свои владения.