ЛАЕВ 4

Недотрога Яся

Мы с Психом расположились в креслах, друг напротив друга. А его величество встал за моей спиной.

После нескольких глубоких вдохов я прикрыла глаза, пытаясь абстрагироваться от ситуации и всего мира. Не сразу, но всё-таки вошла в медитацию – сосредоточившись, для начала, на себе.

Когда собственное семечко дара стало видимым и почти осязаемым, я сдвинула мысленный взор вперёд – на человека, который сидел напротив. Ощутила неожиданный толчок – словно сопротивление. Но после нескольких секунд, сила, отодвигавшая меня, исчезла.

Я едва не ухнула в свечение, которое разглядывала – в последний момент удержалась от того, чтобы войти в чужую магию как к себе домой.

Немного ошалев от такого поворота, я начала искать центр – сгусток силы, который должен был образоваться на месте семени и от которого тянулись многочисленные ответвления, то ли корни, то ли ветви. Поиск занял совсем мало времени, а потом я мысленно коснулась этого центра и шепнула:

«Привет».

В ситуации, когда я обращалась к собственному семени, отклик был другим – более быстрым и доброжелательным. Семя дара Психа откликалось неохотнее, но это однозначно был не глюк.

Такое ни с чем не спутаешь, и я задохнулась от эмоций, чтобы тут же взять себя в руки.

Кивнула и продолжила:

«Тут такое дело… ты можешь заблокировать магию Лима ненадолго? Очень надо».

Меня накрыла этакая возмущённая, неодобрительная волна.

Как и в случае с открытием боевой магии, семя дара было несогласно. Но! Оно послушалось.

Я увидела, как веточки-ответвления огромной сети гаснут, как вся магия устремляется обратно в центр.

Одновременно с этим где-то на грани слуха прозвучал напряжённый голос Храфса:

– Что такое? Я чувствую что-то странное.

Парень видимо обращался к Георгу, но тот не ответил. А я дождалась, когда свечение останется лишь в центре некогда внушительной «сети» и попросила:

«Усни на полчаса. Потом просыпайся. Я хочу, чтобы уже через час магия Лима восстановилась в полном объёме».

Ответа не было, но я видела и знала – магия подчиняется.

Открыв глаза, спросила у друга:

– Прыгнуть куда-нибудь можешь?

А вот этого мы почему-то не учли…

Не учли, что, в отличие от других, например бытовых, заклинаний, телепортацию магия дворца блокирует максимально.

Пришлось торопливо спускаться во двор, на специальную площадку, и вот там прозвучало изумлённое:

– Не могу. Я не могу, Марго!

Я видела, как Лим тужился, как пытался призвать послушную обычно силу, а Георг стоял в шоке.

Впрочем, Лим тоже наконец осознал на что подписался. Однако паниковать не стал.

– Она ведь вернётся, правда? – спросил портальщик с надеждой.

– Обязательно, – заверила я. Хотя полной уверенности всё-таки не было.

Король же хмыкнул, кашлянул, поймал меня за локоть и, подтянув ближе сказал:

– Маргарита, ты не перестаёшь меня удивлять.

Затем мы покинули территорию дворца. Для чистоты эксперимента переместились в город.

Там ситуация

повторилась. Лим пытался, старался, но телепортировать не мог.

С одной стороны его немощь пугала, а с другой… я же оказалась права? Вернее, прав был его величество Эстрил, подкинувший мне эту идею.

А взиравший на происходящее Георг пребывал в сильной задумчивости. Уже после того, как магия Психа, повинуясь данной мною установке, начала восстанавливаться, король отыскал в этом плане последнюю и, пожалуй, главную прореху:

– Лим здесь, рядом, в ходе эксперимента он находился в поле твоего зрения. А Боксби неизвестно где.

– Думаешь на расстоянии такая штука не сработает? – уточнила я.

Именно об этом сюзерен и думал.

Зато мне, может и неуместно, но вспоминался телефон, который ловит сигналы на огромном расстоянии. Ещё в памяти всплыли гадалки с экстрасенсами, которые работают по фотографии… И если последнее ненаучно и как бы не доказано, то первое – непреложный факт.

Как и дистанционный доступ. Как удалённая настройка устройств.

Я умею разговаривать с семенами дара, умею устанавливать с ними контакт, что если расстояние значения не имеет? Ведь то, что Лим сидел рядом ещё не доказательство – в процессе общения с семенем я на него не смотрела, я вообще находилась в медитации, глубоко в себе.

В итоге я ответила Георгу:

– Надо пробовать.

Тот вздохнул, в тёмных глазах отразилась беспокойство.

Конечно, я спросила:

– Что такое?

– Меня беспокоят твои возможности, Марго, – понизил голос монарх. – Они слишком велики. Ты хоть понимаешь, какую власть обрела?

Я… Пока не понимала. Пока я просто об этом не думала. Но заверила:

– Я буду осторожна с этой властью.

Король устало покачал головой. А потом притянул ближе и заключил в объятия. Кажется, меня вознамерились беречь сильнее, чем все сокровища вместе взятые.

Что ж, я не против. Пусть бережёт.

Георг

Ну вот я и превратился в параноика. Поздравляю!

Едва закончился эксперимент, я проводил Маргариту в Академию, а Храфса взял за шкирку и утащил обратно во дворец.

Там портальщик дал дополнительную клятву – из тех, что сопровождаются сильнейшей ментальной блокировкой. Потом триста раз уверил меня в том, что никому ничего не расскажет.

Он пребывал в шоке и трепете. Псих и раньше относился к Маргарите восторженно, теперь и вовсе сошёл с ума.

Псих сошёл с ума! Каламбур.

Затем были два часа, наполненных размышлениями. Я ходил из угла в угол, прокручивая в голове план действий. Когда явился вызванный посредством гонца Крэйв.

Эту информацию я мог доверить только ему! Всем остальным, включая даже Тонса, придётся поверить в то, что нам просто повезло застать Боксби вымотанным, без сил к перемещениям.