Ладья

Линч Карен

— Мой друг то же самое сказал мне, — я подняла руки и опустила их. — Я честно понятия не имею, кто это сделал. Хотела бы я знать, я бы смогла выразить свою благодарность.

Несколько минут он задумчиво изучал меня, а потом кивнул.

— Вы сказали, что это ваш первый вопрос. У вас есть ещё вопросы ко мне? — поинтересовалась я.

— Прошлой ночью ты провела несколько часов с родителями. Кто-нибудь из них хоть что-то сказал о том, что случилось с ними или почему их держали в заложниках?

Он взял ручку

и стал перекатывать её между пальцами. Он вёл себя обыденно, но искра интереса в его глазах подсказала мне, что мой ответ был очень важен для него.

— Я не спрашивала маму об этом, потому что она только что пришла в себя. А папа сказал, что ничего не может вспомнить.

Стюарт замешкался и не смог скрыть своё разочарование.

— Очень плохо.

— Их лечащий врач сказал мне, что это нормально, учитывая сколько в них было наркотиков. Со временем эти воспоминания могут вернуться.

— Да. Нам тоже об этом сообщили, — сказал он.

— А можно мне вам задать вопрос?

Он кивнул.

— Конечно.

Я подалась вперёд.

— Почему Агентство столь заинтересовано в защите двух охотников? Какие воспоминания вы рассчитываете получить от родителей?

Он улыбнулся.

— Это два вопроса.

Я всё ещё была накручена из-за попытки проникновения, чтобы играть с ним в словесные игры.

— Так что насчёт этого? Вы считаете, что исчезновение моих родителей связано с пропажей ки’тейна, и вы надеетесь, что они вспомнят нечто такое, что поможет вам найти камень.

Он резко дёрнул головой.

— С чего вдруг ты завела этот разговор? Ты знаешь что-то, что нам не рассказала?

— Нет, но нетрудно сложить частички воедино.

— Какие частички? — он нахмурился.

— Я всё гадала, с чего Агентство сутками напролёт станет охранять двух охотников, особенно учитывая, что никто из вас не был чересчур озабочен их розыском с момента их исчезновения, — возможно в моём тоне сквозило обвинение. — Вчера я была в "Плазе", когда вы заявили о ки’тейне, а потом я получила звонок от вас, а не от какого-то из ваших агентов, и вы лично уведомили меня о несанкционированном проникновении. Ситуация ну никак не смахивает на такую, чтобы сам глава спец подразделения занимался этим.

Он кивнул.

— Продолжай.

— Прошлой ночью я раздумывала о ваших словах, что Агентство проверяет коллекционеров антиквариата из мира фейри. В день, когда меня вместе с родителями нашли, я разговаривала с агентом Карри, и он спросил у меня, рассказывала ли мне Раиса Хавас что-нибудь о Сесиле Ханте и о том, что он незаконно перевозил антиквариат фейри. В тот момент я даже не задумалась об этом, но сейчас у меня возникли подозрения, что они как-то связаны.

— А это так? — по его лицу ничего нельзя было прочитать.

— Нет. Как я уже писала в своём официальном отчете, Раиса Хавас рассказала мне о том, что Королевская Стража Благого Двора схватила маму с папой. Что если они пошли на это потому, что мои родители

выяснили что-то о ки’тейне?

— Ты считаешь, что ки’тейн находится у Королевской Стражи Благих? — он постучал пальцами по губам, больше не пытаясь выглядеть непринуждённым.

Я пожала плечами.

— Я не говорю, что они украли его. Я основываюсь только на своё чутьё, на которое вы не можете полагаться. Но вот таково моё мнение. Мои родители довольно умные люди, чтобы пойти против Королевской Стражи любого Двора. Должна была быть чертовски важная причина, по которой Благие Стражи захотели избавиться от них.

Стюарт поджал губы.

— Впечатляюще. Я читал в твоём досье, что твой IQ выше среднего. С твоими оценками ты должна быть агентом, а не охотником.

— Я должна учиться в колледже.

Я решила не отвечать на его скрытый подтекст, что агенты были умнее охотников.

— А почему ты не в колледже? Если ты, конечно, ничего не имеешь против моей заинтересованности.

— Такова жизнь, — обронила я. — Рано или поздно пойду учиться. А прямо сейчас, моя единственная забота это безопасность моей семьи. Если фейри прошёл мимо вашего агента в больнице, с чего вдруг вы решили, что ваши агенты смогут защитить родителей в реабилитационном центре?

— Агенты выставлены только в качестве меры предосторожности. Твои родители защищены наложенными на них чарами.

Я хлопнула руками по коленям.

— А вы уверены, что она оградит их от всех фейри, включая Благих Королевских Стражей?

— Ничто нельзя гарантировать на все сто процентов, но не думаю, что ты найдёшь гораздо более сильные чары, — убежденно сказал он. — Твои родители защищены как семья президента.

Напряжение в плечах чуть спало.

— Когда я смогу увидеть их?

— Завтра. Их доктора сказали, что изменения и внезапный переезд стали утомительными, и твоим родителям нужен день для обустройства на новом месте, — он взглянул на часы. — Через пять минут у меня встреча. Есть ли ещё вопросы, которые ты хотела бы обсудить до моего ухода?

Я о многом хотела спросить его, но остановилась только на одном вопросе.

— Вчера вы сказали, что ни один фейри не может использовать магию ки’тейна. Зачем тогда кто-то из них захотел заиметь его?

— Сам бы хотел знать.

Из-за лёгкой напряжённости его челюсти у меня возникло подозрение, что он был не совсем откровенен со мной, но я не стала давить. Пока что он соучаствовал в судьбе моих родителей, и я не хотела ничего в этом менять.

Я поблагодарила его за всё, что они сделали для моих родителей, и покинула его кабинет с визиткой в руке, которую он мне вручил на случай, если мне когда-нибудь потребуется связаться с ним. Вместо того чтобы покинуть здание, я поднялась на лифте на второй этаж, где когда-то оформляла своё удостоверение. Мы там же должны были получить датчики обнаружения ки’тейна.