Ладья
Шрифт:
«Ну конечно, у них тоже есть женское тело, – вспомнила она, немного огорчившись. – Вряд ли их можно испугать женскими делами».
– И… она… по-прежнему на месте. Все нормально.
– Это… хорошо, – проговорил Опрятный.
– Да, но давайте перейдем к делам. – К счастью, Томас оставила ей план встречи с Гештальтом, и Мифани могла теперь пройтись по списку. – Так, посмотрим… – Она покопалась в бумагах.
– Я полагаю, у вас есть кое-какие документы, которые нам нужно подписать, – сказал Дерзкий.
– Ага, – коротко подтвердила она и нашла стопку именно там, где ту для нее оставили. –
Мифани передала документы близнецам, и те принялись их подписывать. Она завороженно наблюдала, как они одновременно выводили одинаковые подписи, один левой рукой, другой – правой.
– Ты здесь пропустила, – заметил Опрятный, вручая ей контракт.
Она приняла его, и ее охватил ужас от осознания своего положения.
«Черт. Правда надо подписать. Какая же была подпись у Томас?»
Она видела ее минуту назад, и эта же подпись стояла по меньшей мере на одном письме Томас к ней, но она не особенно ее рассматривала и не пыталась запомнить. Теперь это представлялось серьезной ошибкой.
«О боже».
Сделав глубокий вдох, она заметила, что Опрятный не сводит с нее глаз. Она натянуто улыбнулась и вывела подпись.
«Вроде так? Выглядит похоже».
Но ни одного из близнецов, похоже, не интересовала ее подпись. Ни один не пытался сравнивать ее со старыми.
– Хорошо, спасибо. Я возьму эти бумаги и отнесу… куда полагается. А теперь, – продолжила Мифани, – посмотрим план на неделю. Так, похоже, у меня будет довольно много встреч с бухгалтерами по поводу… Вы в порядке? – спросила она. Оба близнеца Гештальта пустыми взглядами уставились в никуда.
«Выглядит жутко».
– Я собираюсь войти в штаб культа, – хором сообщили близнецы. – Хочешь, будем комментировать?
– Э-э, да, конечно, – ответила Мифани. – Мне записывать?
– Необязательно, – ответил Гештальт сразу двумя ртами. – У отрядов есть записывающие устройства. Мы собираемся у двери, и пешка Киркман заглядывает сквозь нее. Дает сигнал: с той стороны трое, и они вооружены. «Купер, как только Мени выбьет дверь, бросай светошумовую гранату».
Мифани удивленно подняла глаза – голоса близнецов изменились, стали выше и напряженнее. Она поняла, что это был голос их сестры, которая отдавала приказ.
– Начинаю отсчет. Три! Два! Один!
Левые руки близнецов слегка дернулись, очевидно, отзеркаливая движения сестры, находящейся на расстоянии двухсот миль от них.
– Мени выбил дверь, и мы отступили, чтобы нас не контузило. Уже заходим, передо мной пятеро. Они прикрывали фойе и… «взять его! Взять!». Так, один, с рогами, убит. «Первая группа, держите фойе. Вторая и третья – заходите дальше. Только, народ, помните: нам не нужно много смертей. Старайтесь их оглушать». Киркман сканирует ближайшие комнаты. «Вы четверо – охраняйте эту комнату. Двигаемся дальше».
И следующие сорок пять минут Мифани внимательно слушала, как Гештальт руководило штурмом. Солдаты
– Вау, круто, – проговорила Мифани. – Отлично проделано.
– Хм-м, – проговорил Опрятный рассеянно. – У Элизы кровь на ботинках.
– Это чудесно, Гештальт, – сказала Мифани, стараясь сохранять самообладание. – Еще кофе? И апельсинового сока? Нет? Тогда я, пожалуй, попрошу Ингрид принести вам пару влажных салфеток.
Как только близнецы ушли (все еще немного покачиваясь при ходьбе), Мифани села за стол и попыталась уложить все увиденное у себя в голове. После того как прокомментировали штурм, близнецы не могли сосредоточиться на оставшихся вопросах встречи и согласились отложить их обсуждение на потом. Видя, как они были довольны ходом атаки, и слыша репортаж их сестры, Мифани и сама ощущала в мышцах напряжение. Синяки на ее теле болели, и было легко вообразить, будто близнецы ее избивали, а их глаза горели в пылу насилия.
«Я не могу встречаться с каждым членом Правления и каждый раз предполагать, что это и есть тот самый предатель, – решила она. – Вполне возможно, что Гештальт не приказывал нападать на Томас и что я всю эту встречу обливалась потом по пустякам. Но кто же отдал приказ?»
Мифани откинулась в кресле и запустила пальцы в волосы.
«Слишком много вопросов. И я к тому же не знаю всего, что знала Томас. Пока что. Но скоро узнаю».
Она потянулась к фиолетовой папке.
Ладьи
Первые несколько столетий существования Шахов ладьи исполняли роль военачальников. То есть руководили всеми военными действиями. Традиционно занимаемая представителями дворянского сословия, эта должность требовала энциклопедических знаний тактики и стратегии, а также кое-чего еще. И если пешки были клинком, что заносили Шахи, то ладьи – были рукоятью.
Старые руководители Шахов видели в ладьях оружие и ничего более. Это были сущие охотничьи псы, и будь они даже во главе стаи – они оставались всего лишь псами. В 1702 году именно ладьи возглавили нападение на Бригадун и сожгли там все строения. Некоторые жители были казнены, остальные – высланы в Уэльс, где их принудили добывать свинец. Особенности свинцовых шахт не давали никому из этих удивительных людей шансов на бегство, и все они погибли в плену. (В конце 1960-х, однако, появился некто, объявивший себя «последним сыном Бригадуна» и посеявший хаос, воцарившийся на несколько лет, пока не был полностью подавлен.)