Лабиринты ума
Шрифт:
Безусловно, «духовные монополисты» (государственно одобренные религиозные институты) не заинтересованы в таких демократических, плюралистических откровениях. Скорее всего, «нелегальный» мистицизм будет расцениваться ими как общение с силами зла – с коварными бесами или даже с самим Дьяволом. Но вот где тот критерий, какое откровение (мистический опыт) нам считать настоящим, а какой – от лукавого? И кто знает, каков источник откровения официальных культов? Может быть, это дано знать только представителям самих официальных культов?
Итак, на смену богословию (в средневековом понимании) пришла абсолютология. Абсолютология – это новая, живая и практическая наука о природе человека и всего сущего. Это наука О ПРИРОДЕ УМА (в значении субстанции сущего), СОЗНАНИЯ и тех чудесах и
16
«Philosophia perennis – Вечная Философия – это формула принадлежит Лейбницу; но ее сущность – метафизика, признающая Божественную Реальность, субстанциональную по отношению к миру вещей, жизни и разума; психология, которая открывает в душе нечто родственное или даже тождественное Божественной Реальности; этика, которая ставит конечной целью человека познание имманентного и трансцендентного Основания всего сущего, – была и остается всеобщей и бессмертной. Зачатки Вечной Философии можно обнаружить в традиционных верованиях примитивных народов во всех уголках мира, а в развитой форме она присутствует в каждой из сложившихся религий. Главнейший Общий Фактор всех предшествующих и последующих теологий впервые был изложен письменно более двух с половиной тысячелетий назад. С тех пор к этой неисчерпаемой теме возвращались вновь и вновь, на базе каждой из религиозных традиций и на всех основных языках Азии и Европы» (Олдос Хаксли «Вечная Философия»).
Методологически абсолютология базируется на интегральном методе Кена Уилбера (с рядом оговорок, касающихся «ориентирующих обобщений» или «твердых выводов»).
В данном вопросе Уилбер исповедует несколько «большевистский» метод подчинения меньшинства большинству. В любой области Уилбер просто обращается к такому уровню абстракции, на котором различные конфликтующие подходы на поверку оказываются согласующимися друг с другом. Возьмем, к примеру, великие мировые религии. Все ли они согласны с тем, что Иисус – Бог? Нет. Значит, мы должны сбросить это со счетов. Все ли они согласны с тем, что Бог существует? Это зависит от того, что значит «Бог». Все ли они согласны в своих представлениях о Боге, если под «Богом» мы подразумеваем Дух, который во многих отношениях неопределим по сути, от буддистской Пустоты до иудейской тайны Божественного? Да, это подходит в качестве обобщения того, что Уилбер называет «ориентирующим обобщением» или «твердым выводом» (Кен Уилбер «Один вкус»). Увы, не всегда «большинство» выражает истину. Бывает так, что оказывается прав один из миллиона заблуждающихся. Однако, если быть последовательным сторонником «ориентирующих обобщений» Уилбера, придется «сбросить со счетов» точку зрения «белой вороны», вопиющей в пустыне, и признать верным мнение заблуждающегося большинства.
Интегральный метод состоит во всестороннем исследовании явления – в данном случае мистического опыта. Должны быть использованы как объективные, так и субъективные способы исследования предмета. Как пишет сам Уилбер:
«Есть много способов объяснять „интегральное“ или „холистическое“. Наиболее распространенный из них состоит в том, что это подход, который пытается включать в себя и объединять материю, тело, ум, душу и дух, то есть пытается включать в себя все Великое Гнездо Бытия. Физика имеет дело с материей, объект биологии – живое тело, психология работает с умом, богословие ориентировано на душу, а мистицизм имеет дело с непосредственным переживанием духа, и потому интегральный подход должен включать в себя физику, биологию, богословие и мистицизм (и не только их).
<…>
Например, ваше сознание можно рассматривать изнутри – в качестве субъективности, вашего собственного осознания в данный момент, – которое переживается как первое лицо и „я“ (все образы, побуждения, понятия и желания, проплывающие у вас в уме в данный момент). Кроме того, можно изучать сознание объективным, эмпирическим, научным образом в третьем лице – как „оно“ (например,
В отношении исследований головного мозга человека Кен Уилбер замечает:
«Например, когда физиологи мозга изучают человеческий мозг, они описывают его составные части и компоненты – нервную систему, различные синапсы, нейромедиаторы вроде серотонина и допамина, динамику электрических волн и так далее. Все это – объективные, или внешние, свойства человека. Даже если мозг находится „внутри“ человеческого организма, специалист по физиологии мозга познает его только объективным, или внешним, способом.
Но вы сами не можете даже увидеть ваш мозг как объект, если, конечно, вы не разрежете себе череп и не возьмете зеркало. Это единственный способ, при помощи которого вы можете увидеть свой мозг. Но вы можете ощущать свой разум и непосредственно, прямо сейчас испытывать его действие. Разум – это то, как ваше понимание выглядит изнутри; ваш мозг – это просто то, как оно выглядит с внешней точки зрения».
Итак, предмет изучения абсолютологии – мистический опыт и та реальность, которая открывается в этом опыте. Однако известно, что для науки недостаточно иметь предмет изучения и благую цель. Необходим эффективный метод. Абсолютология использует как традиционный философский метод (известно, что единственный инструмент философии – мышление; следовательно, философия заканчивается там, где средства рационального мышления становятся бесполезными, а бесполезны они в сфере собственно мистического опыта), так и метод строгого научного эксперимента (о методах научного абсолютологического исследования готовится специальное издание).
Мозг и «система канализации», или исторические модели мозга.
Мозг или сердце?
С древнейших времен душу связывали с различными «материальными носителями». Например, у греков словом «френ» обозначали грудобрюшную перегородку, диафрагму, но вместе с тем и дух, душу, ум. Скорее всего, причиной тому было наблюдение, что с прекращением дыхания из тела уходит и жизнь (следовательно, душа связывалась с частью тела, от которой зависело дыхание). Вполне понятным было также «одушевление» жизненно важных органов. Но, очевидно, не только это было причиной связывания определенных областей тела с сознанием и душой. Очевидно, что не в последнюю роль это было связано с психопрактиками.
Так, например, разные народы находили связь между душой и сердцем. Древние китайцы считали сердце (синь) мыслящим (а не чувствующим) органом: словом «сердце» китайские буддисты переводили санскритское слово «читта» (сознание, психика).
Надо отметить, что, как правило, переводя различные восточные понятия, имеющие отношение к сознанию, словом «ум», мы зачастую упускаем из виду тот факт, что для Востока (как, например, в Индии, Тибете, Китае) «ум» – это совсем не то же самое, что подразумевается под словом «ум» на Западе. В восточной духовности ум более соотносим именно с сердцем, нежели с головным мозгом и способностью мыслить рационально.
Тема сердца занимает принципиально важное место, например, в тибетском буддизме. Сердце – проводник любви в мир и центр сознания. Исцеление сердца, исполненность милосердия, мудрой сострадательной любви (бодичитты) означает Путь к Пробуждению. В эзотерической школе буддизма – Ваджраяне – сердце связывается с самым тонким, фундаментальным, субстратным планом. Сознание символически изображается в виде двух бинду (капель) – белой и красной, мужской и женской сущности. Эта бинду размещается в центре сердечной чакры (соответствующей в физическом плане сердцу). В нем заключена основополагающая энергия жизни, тончайшая духовная субстанция – прана, соотносящаяся с наитончайшим сознанием, сущность которого – сияние. Неразрушимая бинду вечна и неизменна. Она переходит из жизни в жизнь и не имеет ни начала, ни конца. Это квинтэссенция жизни, основополагающая сущность нашего сознания, непрерывность сияющего осознания. Это бодхичитта – пробужденное сердце-сознание. Это татхагатагарбха – сокровенная природа будды, которой обладаем все мы, но полностью осознают ее только пробужденные существа [17] .
17
Cм.: Франческа Фримантл «Сияющая Пустота».