Лабиринты Гипербореи
Шрифт:
И неожиданно эти два совершенно одиноких человека вместе сказали:
– Будем ждать!
Глава двадцать вторая
Вимана надежды
– Отпустите нас, немедленно, - воскликнула Гера, когда её и Русану уже затащили вглубь джунглей.
Похитители осторожно поставили их на ноги и отступили. На разбойников или воинов эти смуглые мужчины не походили - они стояли робко и смотрели на самого старшего. Тот сделал полшага вперед:
– Маханта, не сердитесь, - и умоляюще сложил руки, - мы хотели спасти. Жена увидела, как воины загнали вас в паланкины и отправились
Селение оказалось неподалёку. Жена старосты встретила на пороге, пригласила внутрь, подала бронзовое зеркальце. Гера поблагодарила, осмотрелась и принялась оправлять свою одежду. Мужчины разошлись. 'И правильно сделали!' - подумала Русана, тоже приводя себя в порядок.
Пока крестьяне несли их, каждая веточка старалась растрепать волосы, зацепить сари и сорвать покрывало. Непрошенные 'спасатели' мчались недолго, но быстро, и по самым потаенным местам, так что лесу удалось многое. Видочек у волшебницы был тот ещё, почему Русана должна выглядеть лучше?! Она и не выглядела, как показало зеркальце:
– Ужас!
Русана кое-как собрала волосы, а сари ей помогла перевязать крестьянка. Тем временем Гера приложила ладони к вискам, закрыла глаза - начался обряд телепатической связи. Семья крестьянина незаметно вышла. Девочка с уважением затихла. Если честно, Лихачёвой-младшей такой способ общения волхвов жутко нравился, и охотней всего она научилась бы именно этому. Волшебница вернулась в себя нескоро:
– Махараджу схватили, гостей пока не отпускают. Борун улетел, когда начался штурм замка. Сейчас он направляется к нам. Встретимся в моём храме. Надо спешить.
Солнце клонилось к закату, в джунглях становилось сумрачно и таинственно. Тропинка вилась прихотливыми загогулинами, совершенно неожиданно сворачивая, чтобы удлинить путь. Русана не выдержала:
– А прямо идти нельзя? Как специально кругаля даём!
– Нельзя. Тут кругом поля, разве не видишь? Спрямим - стопчем посевы, то есть, украдём урожай. У крестьян, которым и так нелегко. Стоит ли твой краткий миг их долгого голода?
Что ответишь на такое? Русана и промолчала. Вслед за Герой она долго шагала под сводами деревьев, пока сумерки не стали настоящими. Знакомая дорожка, ведущая к храму Сурьи, возникла перед ними в последнем свете дня, когда зрение ненадолго становится особенно чётким. И девочка заметила над храмом дисковидный предмет.
– Что это?
– Вимана, - присмотрелась Гера,- точно она. Борун прилетел. Поспешим!
– Ой, небесная колесница! Я думала, это неправда. Ну, надо же!
Стемнело стремительно, словно в небесах щёлкнули выключателем. А Русана старалась разглядеть чудо, столько раз упомянутое в индийских эпосах. Вимана перед храмом выглядела самой настоящей летающей тарелкой. Точнее, двумя - снизу помельче, так что верхняя немного нависала, словно крыша. Точнее рассмотреть не удалось, одного факела не хватало на весь воздушный корабль. Да и тот Арчана воткнула в землю, а сама вежливо уговаривала Боруна переставить виману, чтобы не перекрывать дорожку. Волшебник громко не соглашался:
– Кому она ночью мешает? Сейчас
– Уже подошла, - заявила Гера.
– Вот и прекрасно! С собой что брать будешь? Нет? Тем лучше, - обрадовался волхв, - а где наша попаданка?
И тут заметил Русану. Девочка обрадовано бросилась к нему:
– Здравствуйте! Как я рада вас видеть!
– А я так нет, - огорошил её Борун, - ты для меня, как символ проблемы. Не ты лично, а само появление ваше. Пробой времени. Второй раз. Это не случайность, ты понимаешь?
Русана сумела понять главное и встревожилась:
– Что значит - ваше? Я одна!
– Если бы! Яр тоже появился. В храме Опалуна. Не один, с каким-то спутником, - волхв распахнул дверцу в борту виманы, предложил спутницам, - входите, усаживайтесь.
Гера пропустила Русану вперед, сама задержалась, отдавая Арчане распоряжения:
– Вернусь дней через двадцать, не раньше. Блюди храм, как старшая.
Та выслушала, поклонилась. Потом трижды хлопнула в ладоши, обратилась к Русане:
– Твой любимец жив и здоров. Вот он.
Две других послушницы выступили из полумрака, подали Русане котейку, ухоженного и расчесанного. Быстро прикинув, что ждёт Пушка в длинной дороге, которая предстоит ей, та сочла за лучшее оставить его в таких ласковых руках:
– Пусть живёт в храме. Дарю его вам, Арчана, - и вошла внутрь легендарного летательного аппарата.
Дисковидная посудина изнутри смотрелась кукольным домиком. Стены, обитые серым узорным шёлком с цветными птицами, мягкие сиденья по кругу. Три небольших застеклённых оконца. И одно окошко чуть пошире. Перед ним - шесть рукоятей затейливой ковки. Освещалось это великолепие несколькими шарами, знакомыми Русане с прошлогоднего приключения. Борун поторопил Геру. Та закрыла дверь, наложила крючок, уселась напротив девочки. Затем осмотрелась с неменьшим любопытством:
– И что ты здесь изменил? Цвет оценила, скромный. Размер - тоже, гораздо просторнее. А по существу?
Волшебник снял тюрбан, аккуратно положил на сиденье.
– Плавнее летит. Поехали?
Вимана легонько качнулась. Девочка припала к волнистому стеклу, наблюдая, как огонек факела уходит вниз:
– Поехали!
Глава двадцать третья
Путь к месту встречи
Стекло в борту виманы оказалось не только волнистым, отчего сильно коверкало 'наружный' мир, но и мутным. Когда земля осталась внизу, смотреть стало не на что. Вечерняя заря окрасила горизонт, но, кроме красноватой полосы, ничего не разберёшь, - огорчилась Русана. Передние стёкла выглядели получше, однако Борун не разрешил стоять за спиной:
– Сядь. Не люблю.
И весь разговор. Гера откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза. Русана поёрзала, устраиваясь поудобнее. Не получилось. Тогда они скинула домашние тапочки, улеглась во весь рост. 'Подушку бы ещё', - мелькнула последняя мысль, и беспросветный сон рухнул на усталую девочку.
Разбудил её толчок. Вимана стояла на берегу широкой водной глади. Откинув крючок, Борун выбрался наружу, потянулся:
– Утомился. Дух переведём, поедим. Вода тут славная, можешь купаться.