Лабиринт теней

Уайли Джонатан

— На счет «пять»! — шепотом скомандовал Бростек. И принялся загибать пальцы.

Когда рука его сжалась в кулак, близнецы — как и всегда одновременно — распахнули дверь и встали по обеим ее сторонам. Бростек медленно вошел, держа наготове клинок, и быстро оглядел мрачную комнату. Там никого не было.

Лишь сверху доносился монотонный звук — откуда-то капала вода. На второй этаж вела каменная лестница. От того, что увидел Бростек на втором этаже, кровь застыла в его жилах. Тот, кто был в комнате, явно не представлял никакой опасности. Он сидел в кресле в спокойной, расслабленной позе, но на мертвом

лице его застыл ужас, глаза почти вылезли из орбит, а пальцы намертво вцепились в подлокотники. Что бы ни явилось причиной его смерти, не оставалось сомнений, что кончина не была ни легкой, ни безболезненной. Близнецы уже стояли за спиной Бростека, глядя на мертвое тело.

— Идите наверх, — велел им Бростек. — Не думаю, чтобы там кто-то был, но проверить необходимо. Я получше рассмотрю труп.

Братья подчинились, а Бростек остался один на один с останками. Человек был облачен в простое дорожное платье, вот только разноцветный плащ выдавал в нем странствующего мага. На теле не было ран. Что-то или кто-то, убивший его, по-видимому, воспользовался более хитроумным способом, нежели меч или кинжал. «Великий маг, оно в башне», — вспомнил Бростек. «Да ты и самого себя спасти не сумел…» Тут Бростек заметил на шее трупа цепочку и, потянув за нее, обнаружил подвеску в форме четырех колец. Поскольку снять цепь через голову мертвеца Бростеку не удалось, он, мысленно попросив прощения у неведомого мага, разорвал ее и спрятал подвеску в карман. Тем временем возвратились Росс и Роган.

— Никого, — сказал Росс. — Верх башни разрушен, похоже, тут даже был пожар. А потом хлынул дождь и все залил…

Оба брата настороженно косились на мертвеца.

— Вы посмотрели, что творится внизу? — спросил Бростек.

— Еще бы, — оживился Роган, — Они все еще копошатся в своем лагере. Просто бродят без всякой цели, но далеко не отходят. Там, кстати, ни костров нет, ни палаток.

— Прекрасно, — сказал Бростек. — Пойдемте обратно.

Они с радостью покинули мрачную башню и полной грудью вдохнули свежий воздух. Возвратившись к товарищам, Бростек кратко обо всем доложил.

— Если в башне и был человек-нож, — заключил он, — то теперь его там нет.

Роган согласно закивал, а Бростек вынул из кармана подвеску и продемонстрировал ее всем.

— Она была на мертвеце. Хоть что-нибудь это говорит тебе, Кередин? — спросил он.

Бывший волшебник протянул было руку, но тотчас отдернул ее.

— Что стряслось? — подозрительно спросил Варо.

— Я не хочу до нее дотрагиваться, — ответил помрачневший Кередин. — Возможно, в ней таятся силы, с которыми мне не совладать…

— Объяснись, — потребовал предводитель.

— Это древний символ света, — заговорил Кередин. — Но его также чтила в старину группа магов, которые свято верили, что противостоят злу и мраку. Они считали, будто это зло столь сильно, что может до основания разрушить весь мир. Некогда эти белые маги были очень могущественны, но, по-моему, последний из них почил много веков тому назад…

— Теперь в этом есть смысл усомниться, — тихо отвечал Бростек, с новым интересом рассматривая подвеску.

— Однако, если погибший — один из них, — Дрожащим голосом продолжал Кередин, — то, значит, они либо утратили былое могущество, либо… либо происходит

нечто поистине ужасное.

— Люди-ножи сами по себе достаточно ужасны, — заметил Лангель.

— Ну, кто бы это ни был — человек-нож или кто-то другой, — сказал Варо, — его тут больше нет. А теперь за работу. Надо очистить склон от этой нечисти.

Все как по команде вскочили в седла. Слэтону и Лисле строго-настрого велено было не приближаться к противнику.

— Если Лисле захочется спеть, я ничуть не возражаю, — сказал Бростек. — Но будьте добры, держитесь на безопасном расстоянии.

Слэтон и не думал возражать. А остальные, пришпорив коней, с гиканьем пустились вниз по склону — таиться более не имело смысла.

Враги отреагировали не сразу. Похоже, предводителя у них просто не было, и хотя все тотчас встревожились, но даже не попытались оказать врагу коллективный отпор. Варо сразил пятерых, прежде чем те успели схватиться за оружие.

Слэтон, наблюдая за битвой сверху, видел лишь, как Варо с товарищами прорубают себе дорогу сквозь толпу солдат с синими головными повязками, на которых изображен был странный символ в виде буквы «Т», поставленной сверху на букву «О». Некоторые пытались спастись бегством, но стрелы Сокола неумолимо настигали их. Нескольким счастливчикам все же удалось добежать до опушки, но остальные сражались не на жизнь, а на смерть. Числом они превосходили отряд Варо, однако пешим воинам трудно противостоять всадникам, которые к тому же поднаторели в подобных схватках.

Варо был ужасен. Словно ослепительно белый вихрь, несся он на врага. Бростек и Тень прекрасно сражались в паре. Человек и зверь действовали слаженно, сперва обезоруживая врага, а затем добивая его. Кередин, Бэйр и Лангель тоже недурно сработались, а вот Райкер и Сокол предпочитали сражаться в одиночку. Джед и Чейз бились бок о бок, но видно было, что без братьев они чувствуют себя не в своей тарелке, порой даже мешают друг другу. Задолго до конца схватки в спину Джеда вонзилась стрела, и он упал. Чейз истекал кровью, льющейся из многочисленных ран.

Лисле спокойно и молча наблюдал за происходящим. Слэтон чувствовал, что близится развязка. Последнее сопротивление врага было сломлено, и немногие уцелевшие либо падали под ударами, либо бежали, настигаемые безжалостными стрелами Сокола и упоенным кровью Райкером. Но тут внимание Слэтона привлекла внезапная синяя вспышка, вырвавшаяся из полуразрушенной башни. Лисле вскрикнул, а Слэтон принялся звать Варо и Бростека, одновременно пытаясь сладить с обезумевшим конем.

Из башни раздался полный ярости крик, потом снова вспыхнуло что-то синее — на этот раз ниже этажом. Воины Варо тотчас же покинули поле боя и устремились к башне.

Новая вспышка, сопровождаемая оглушительным ударом грома, вырвалась прямо из дверей, ведущих в башню. Остатки двери слетели с петель, и конь Слэтона взвился на дыбы, чуть было не сбросив седоков. Мгновение спустя в дверном проеме показался человек-нож. Синие одежды его развевал ветер. Слэтон поклясться мог, что за время битвы никто в башню не входил, а прежде в ней никого не было, но какое это имело сейчас значение? Колдун огляделся, отыскал взглядом Слэтона и Лисле, потом презрительно посмотрел на всадников, спешащих вверх по склону.