Лабиринт снов
Шрифт:
Леголас мгновенно оказался рядом.
— Faen… — Он склонился неотвратимый как цунами, его дыхание коснулось моих волос. — Gail na-erui anim[8], — прошептал он, обхватив своими красивыми пальцами мои щёки.
Я почти провалилась в забытье, ощутив прикосновение тёплых губ. Мои пальчики ощутили прохладный шёлк его волос.
— Вижу, вы пришли к общему знаменателю, — пробормотал Антошка. — Вот чего не ожидал. Думал, мне придётся собирать трупы.
— Ты всё не так понял! — я отпрянула от эльфа, преодолевая ставшее привычным притяжение
— Что ж, получилось, — криво ухмыльнулся парень.
— Я остаюсь, — тоном, не предусматривающим возражений, повторил Леголас.
— Не сомневался, — кивнул Антон, чёрт, знала же, что они заодно! — Я отдал ему символ.
— Хорошо, — одобрил Лас, как одобряют ребёнка, что положил на место игрушку, как одобряют что-то незначительное, само собой разумеющееся, словно другого и не ожидал.
Так. Оставим эльфа на закуску, сейчас события поинтересней творятся.
— Какой символ? Кому отдал? Если вы двое сейчас же не расскажете мне, что сегодня делали…
— Тихо, понял! — предупредительно вставил Антон. — Значится так: мы ходили по роддомам, поликлинику, в парк, и я заглянул к одному своему другу, сдвинутому на мифологии и символике. Успокоилась?
— Да. Теперь поподробнее.
Он мягко надавил на мой затылок сзади, я опустилась на диванчик, и пододвинул ко мне кружку.
— Пей. Мы обошли медучреждения. Искали следы моих родителей, подтверждения по части твоей генеалогии. Ты знала, что в твоей медицинской карте до беременности — группа крови, резус фактор, рост, вес и сведения о профилактических прививках. Всё. Ты можешь вспомнить болела ли ты когда-нибудь?
Вспомнить я конечно, могу. Могу… Могу? Блин, на ум ничего путного не приходит.
— Не помню.
Парень с эльфом, наблюдающие за моим мыслительным процессом, понимающе переглянулись.
— Тогда для тебя есть ещё одно свидетельство, что ты на какую-то часть эльф: эльфы не болеют человеческими болезнями. Тебе ещё нужны доказательства?
Конечно, я могла выкаблучиваться дальше, но взгляды мужчин говорили — докажут, только время зря потеряю.
— Ладно, убедил, — сдалась я.
— То-то же. Не желаю больше слышать ничего типа: я не эльф, вы меня достали!
Дождавшись моего кивка, Антон продолжил:
— О моих родителях мы ничего не узнали. Ничегошеньки. Будто бы кто-то хорошо зачищал следы.
— Целый день шатались и ничего не нашли?!
Мужчины снова переглянулись. Их безмолвные переглядки доводили меня до бешенства, они решали, рассказывать мне или нет.
— В парке мы по второму разу осмотрели место нападения. На кирпичной стене, где соприкасалась рука нападавшего, отпечатался символ, мы с Ласом не сомневаемся, что это иероглиф. Не эльфийский. Не мордорский и не тенгвар. Понять информацию, которую он несёт, мы не можем, — друг сунул мне в руки сотовый. — Чуешь суть?
— Нет… — изучая символ на фотографии, я покачала головой, не хотела признавать, что дело усложнялось.
— Ладно, будем доказывать «от противного»: все
Я пожала плечами:
— То, что они в действительности говорят на тех языках, которые вы не знаете.
— Неправильно, — подошёл Антон, раздражаясь.
Лас легонько, но властно оттеснил его, мол, дай мне разобраться.
— Эльфы на редкость постоянны, — беспристрастно изрёк он. — Письменность не менялась за всё время существования Средиземья. Языки и наречия коверкали люди, избавляясь от зависти к Перворожденным, но письмо — неизменно.
До меня дошло: Высшие бы не промахнулись! Символ неизвестен, потому, что язык не Высших.
— Это не Высшие. Другая раса? — в ужасе прошептала я. — Кому понадобился Лёнька?
— Тому, кто преследует иные цели. Или другого человека, — ответил эльф.
Того, кто рядом с Лёнькой? Убью скотину!
— Или им не нужна смерть Лёньки, подстава получается, — поддержал Антон.
Мы все погрузились в размышления.
— Нападавшие не были эльфами, но действовали по приказу. Приказ мог быть чей угодно. Высшие с расправой не медлят и осечек не допускают, — суровым тоном молвил Лас.
— Это не казнь, а предупреждение, или попытка захвата.
— Очевидно, что третьего дня моего сына не пытались убить, — перехватив неприязненный взор Антона, Лас немедленно добавил, — я ничего не утаил от тебя, схватка была краткой, они сбежали.
— Проверили защиту, и ушли… — Антон недоумевал. — Какого рожна?..
Здесь вклинилась я:
— О каком поединке идёт речь?
— На Ласа напали в театре, во время представления, — уточнил Антон.
Я поперхнулась воздухом. Высшие, с ним же Лёнька был! Пока мы сидели в гримёрке, они отбивались! Чуяло моё сердце… От возмущения легкие внезапно стали непозволительно малого объёма. Мужчины с ожиданием уставились на меня. На лицах читалось: — Вот сейчас начнётся! Пришлось приложить немало усилий, чтобы вернуть ясность мышления и не наброситься на обоих. Какой смысл кричать на этих обормотов? Сделанного не исправишь. Успею вытянуть подробности, потом. Стоит признаться себе не кривя душой: любой из них защитит Лёньку лучше меня. В том, что меня не было рядом, виновата сама. Никто мне ничего не сказал. Во избежание. Ну и кто я после этого?
Я мстительно решила подпортить им удовольствие:
— Сначала решите КТО, а потом гадайте что им надо.
Приятно наблюдать, как у парней вытягиваются от изумления лица, они-то никак не ждали от меня в сей момент логических умозаключений. Первым отошёл от ступора Антон, он всё-таки меня получше эльфа знает:
— Чтобы узнать, кто на нас нападает второй раз, надо разгадать символ, который я сфотографировал. Фото я отнёс парню, про которого говорил, ночью он обещал покопаться в источниках, результаты даст утром.