Лабиринт памяти
Шрифт:
Мария продемонстрировала присутствующим внезапно появившийся в её руках букет белых магнолий, цветы которого искрились призрачным светом и были так прекрасны, что по залу моментально разнеслись восхищенные вздохи и возгласы.
Гермиона посмотрела на своё запястье, на котором красовалась её собственная магнолия, так похожая на те, что были в руках Марии, и, всё же, этот цветок был ещё прекраснее. Словно почувствовав взгляд хозяйки, магнолия мгновенно ярче заискрилась и слегка раскрыла свои лепестки.
Гермиона полюбовалась ею какое-то время,
– Малфой, какого Мерлина ты пошел за цветком без меня?! Мы должны тянуть жребий вместе! – подстраиваясь под его шаг, возмущенно спросила Гермиона.
– Грейнджер, ты была слишком занята разглядыванием своей побрякушки, в то время, как подошла наша очередь! Я предпочел тебя не отвлекать от столь важного занятия, - даже не посмотрев на неё, бросил Драко со своей светской улыбкой, которая уже начала порядком её раздражать.
Он резко остановился напротив Марии, и Гермиона, кинув на него недовольный взгляд, последовала его примеру.
– Чтож, теперь ваша очередь! – протянула букет магнолий итальянка, и Гермиона с Драко одновременно потянулись к одному и тому же цветку. Их кисти соприкоснулись, от чего Гермиону словно обдало слабым разрядом тока. Она резко отдернула руку, предоставив Малфою возможность вытащить цветок.
– Номер семь, - спокойно констатировал он, после чего, кивнув Марии, стремительно развернулся и пошел прочь.
Гермиона, закатив глаза, последовала за ним, с недовольством обнаружив, что Драко явно не собирался переминаться с ноги на ногу в дальнем углу.
Более того, он уверенно направлялся в самый центр, прямиком к той блондинке, с которой танцевал на прошлом занятии.
Оценив всю ситуацию и подавив острое желания пнуть Малфоя, Гермиона решила, что вполне может вернуться на выбранное ею изначально место и уже двинулась туда, как ей преградил путь Стефано. Он улыбнулся и кивнул головой в сторону Драко.
– Синьорина, вы должны ждать своей очереди вместе с партнером, - спокойно констатировал он, и Гермиона, про себя чертыхнувшись, с неохотой пошла в сторону Малфоя. Она стала от него в паре метров, но он был слишком увлечен разговором с блондинкой и потому вряд ли это заметил, что, собственно говоря, не слишком её огорчило.
Заиграла мелодия самбы и на паркет осторожно вышли первые участники танцевального отбора. Было видно, что они изрядно волнуются, от чего Гермиона сама занервничала ещё больше. Она вдруг с ужасом осознала, что все те движения, которые она выучила вместе с Малфоем, были слишком откровенны и предполагали с ним тесный контакт, а если учесть то, что на неё будут смотреть десятки оценивающих глаз, то выступление со всей вероятностью может стать самым большим кошмаром в её жизни.
Гермиона почувствовала внезапно подступившую тошноту от волнения. Она испытывала нечто похожее, когда танцевала вместе с Виктором
Покосившись на него, Гермиона почувствовала острое раздражение от увиденной картины. Блондинка что-то эмоционально рассказывала Драко, не забывая, при этом, кокетливо жеманничать, в то время как он сам с интересом слушал её и изредка посмеивался. Внезапно он кинул на Гермиону быстрый взгляд и ухмыльнулся. Она поспешно отвернулась.
На душе было мерзко, и Гермиона постаралась отвлечься, сконцентрировавшись на волшебниках, танцующих на паркете. Кажется, это была уже третья пара, и танцевала она довольно неплохо. Преподаватели выбрали для них танец ча-ча-ча, который ученики исполняли весьма уверено. Гермиона сразу отметила про себя, что, скорее всего, эти ребята попадут в восьмерку пар для участия в танцевальном шоу.
А дальше были вальс и пасодобль, исполненные очень достойно. Гермиона занервничала, когда увидела, что следующая пара танцует румбу практически так же хорошо, как и Стефано с Марией. Через один танец предстояло танцевать ей с Малфоем, и она почувствовала дикое желание убежать подальше из этого места. Волнение с каждой секундой окутывало её всё больше, и она была почти уверена в том, что вряд ли они станцуют так безупречно, как все эти волшебники до них.
И всё же, танец последней пары отвлек её от неприятных мыслей.
Гермиона зачарованно наблюдала за румбой в исполнении приятной невысокой девушки лет двадцати пяти и статного француза, в котором узнала возлюбленного Андрэ, когда внезапно услышала слова:
– Теперь я готов это обсудить, Грейнджер.
Она вздрогнула и резко обернулась, практически врезавшись в Малфоя. Он смотрел на неё тем странным взглядом, как во время изучения ими танца с Марией.
Гермиона сделала шаг назад и насторожено уставилась на него.
– Ты о чем, Малфой?
– О том, что ты самая настоящая шлюха, - выплюнул он и презрительно посмотрел на неё.
Гермиона на какое-то время опешила от неожиданности, после чего её лицо исказилось от гнева и возмущения.
– Да как ты смеешь, ублюдок!
– Ты во всём виновата, Грейнджер. От начала и до конца. Только ты.
Тон его голоса был ледяной, но во взгляде бушевало пламя безумства.
– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Малфой, - дрожащим голосом проговорила Гермиона, всё ещё ошарашено смотря на него.
– Не понимаешь? Чтож, я напомню тебе, - опасно улыбнулся Драко. – Я о том самом моменте, когда мы чуть не трахнули друг друга.
Он сказал это так буднично, словно они разговаривали о квиддиче, и Гермиона вздохнула от изумления.
– Ты… Ты… - она не могла найти слов и лишь качала головой, широко раскрыв глаза.
– Что я, Грейнджер? Озвучиваю неудобную правду?
Гермиона была поражена тем, как просто Малфой может говорить о… Об этом.
– Ты сошел с ума, - наконец, еле выдавила она.