Лабиринт памяти
Шрифт:
— А компенсировать недостаток мозгов он не хочет? — недовольно бросила Джинни, скрестив руки на груди. — Даже четыре путевки на лучший курорт Волшебного Мира ничто по сравнению с тем, что всем нам пришлось пережить “благодаря” близорукости Министерства.
— Ты, Джинни, конечно, права, но с другой стороны, почему бы не воспользоваться возможностью? — быстро отреагировал Рон, пытаясь переубедить её. — Гарри всё равно ничего не потеряет от того, что примет эти путевки. Он же сам сказал, что Министерство в любом случае от него не отстанет, так зачем же провоцировать ненужный конфликт? Я правильно рассуждаю,
Рон с надеждой посмотрел на друга, ища одобрения. Гарри ничего не ответил и на секунду закрыл глаза, словно стараясь сосредоточиться, но вскоре медленно проговорил уже совсем другим тоном:
— Да, Рон, я думаю ты в чем-то прав: если в любом случае моё согласие будет лучшим выходом из этой ситуации, то было бы глупо не воспользоваться возможностью.
Услышав слова друга, Рон щелкнул пальцами в знак согласия и одобрительно закивал, чуть подавшись вперед. Гарри же, не заметив этого, снова на миг призадумался и продолжил рассуждать дальше с лёгкой улыбкой на губах:
— А представьте, как было бы здорово нам четверым сорваться куда-нибудь на две недели от рутинных забот и отдохнуть, как следует! Тем более что мы так давно это планировали, и, к тому же, у всех скоро отпуск…
Казалось, Поттер мысленно унесся в сказочный тропический мир, но вскоре будничная реальность заставила его трезво посмотреть на ситуацию. С его лица моментально исчезла мечтательная улыбка, а во взгляде появился болезненный вопрос. Гарри снял очки и устало потер глаза.
— В общем, что я хочу сказать, решайте сами, — наконец, произнес Гарри. — Если бы не вы, то я бы никогда не победил Волдеморта, а соответственно, мне бы никто и не предложил эти путевки. Так что, можно сказать, их судьба, по праву, в ваших руках. Я по-прежнему сомневаюсь, стоит ли принимать такой подарок от Министерства. Так что скажете, что вы думаете по этому поводу?
Поттер взглянул на Рона с Джинни и на миг испугался, что сказал что-то не то. Они смотрели на него как на внезапно заговорившего кальмара.
— Ты ещё спрашиваешь, что мы думаем по этому поводу?! – наконец вымолвил Рон. – Гарри, ты дурак?
— Прекрати, Рон, — пресекла его сестра. – Гарри, очевидно, никогда не слышал о Магнолии, и, вообще, его мысли по поводу Министерства и их подачек вполне разумны.
— Джинни, да у него проблем больше будет, если он откажется от предложения Колмана, чем если возьмёт эти путёвки! К тому же мысли Гарри об отдыхе, который мы так давно планировали, тоже «вполне разумны», — передразнил Рон сестру.
Поттер опустился на диван и поправил слегка съехавшие очки:
— Погодите минуточку, что я должен был слышать про этот курорт, и как это относится к предложению Колмана?
Джинни обняла жениха и, нежно поцеловав его в лоб, мягко начала: — Дорогой, если говорить совсем на чистоту, эти путёвки не просто хороший подарок от Министерства, это великолепный подарок! Мы знаем, что ничто и никогда не сможет возместить нам всё утраченное в военные годы, но эта поездка действительно могла бы быть нам очень полезна.
— La mia bella magnolia* считается лучшим курортом в волшебном мире, многие мечтают там побывать хотя бы раз в жизни! – восторженно продолжил Рон, с итальянским акцентом проговорив название курорта, и с лёгкой досадой добавил: – Но не всем удаётся осуществить
— Да, пусть это и дорого, но оно того стоит: я слышала много историй о том, как тяжело больные волшебники выздоравливали, купаясь в море, на берегу которого как раз и располагается Магнолия, — с жаром перебила Рона Джинни. — Или про то, что оказавшись в этом месте, многие впервые почувствовали себя по-настоящему счастливыми. Но это всего лишь слухи, в действительности, Магнолия — сплошная тайна. Никто точно не может сказать, что происходит на этом курорте. Кстати, про него существует немало легенд…
— В общем, Гарри, это действительно шанс, который выпадает раз в жизни. Соглашайся, дружище! — не дав сестре договорить, нетерпеливо схватил Гарри за руку Рон.
Поттер был обескуражен. Эти двое даже не дали ему вставить хоть одно слово. Да что же это за место такое, раз даже Джинни склоняется к тому, чтобы принять подарок Колмана?
На какое-то время в комнате повисла напряжённая тишина: пока Гарри раздумывал над словами друзей, те ожидали его вердикта. Наконец, он заговорил:
— Что ж, я подумал и решил, что завтра же пойду к Министру и заберу эти путёвки! А в августе мы все вместе поедем отдыхать в эту, как там её, Ля Миа Беллу Магнолию!
— Отличное решение, парень! – радостно рассёк кулаком воздух Рон и, резво подскочив с дивана, по-братски обнял друга. Гарри не сомневался в том, что Рон это одобрит. Но в данный момент времени его больше интересовало, что скажет Джинни. Она не была так сильно уверена в правильности таких действий.
— Джинни, милая, как на счет твоего мнения? Последнее слово остается за тобой, — осторожно спросил Гарри, склонив голову набок. Младшая Уизли выглядела растерянно и взволнованно кусала губу.
— Гарри, это слишком дорогой подарок… Всё-таки путёвки — твоя награда, может, ты хотел бы распорядиться ими иначе?
Парень облегченно выдохнул и тихо рассмеялся. Если только дело в этом, то… Гарри взял её за подбородок и пристально посмотрел ей в глаза:
— Джинни, министр посоветовал мне разделить свой «заслуженный отдых» с близкими людьми. Знаю, ты считаешь его болваном, но в этом я с ним абсолютно согласен. Ближе тебя, Рона и Гермионы у меня никого нет. И если уж проводить отпуск на этом курорте, то только вместе с вами. Но если ты совершенно не согласна туда ехать — я тебя пойму и, скорее всего, откажусь от этих путевок: всё-таки ты моя невеста, которую я безумно люблю и чьим мнением дорожу.
После этих слов Поттер притянул девушку к себе и нежно поцеловал. За всё время их отношений не прошло и дня, чтобы Гарри не поблагодарил судьбу за то, что она послала ему Джинни. Рядом с ней он забывал ужас прошлого, а глубокие раны, оставленные войной, казалось, затягивались быстрее. Она была и подругой, и матерью, и любимой девушкой одновременно. Эта её способность перевоплощаться всегда восхищала Гарри, как восхищало и то, что она чувствовала его, как никто другой, угадывала все его желания и знала, что сказать в определённую минуту. И каждый их поцелуй был словно первый, вот и сейчас совершенно не хотелось отрываться от её мягких губ, но недовольный кашель Рона всё же заставил это сделать.