Лабиринт памяти
Шрифт:
– Гермиона, ты можешь хоть на секунду расслабиться и просто наслаждаться отдыхом? – раздраженно спросил Рон, непонимающе уставившись на неё.
Девушка вспыхнула и подошла поближе к нему.
– Я просто беспокоюсь о сохранности наших вещей! Было бы весьма неосмотрительно оставлять наши вещи без присмотра!
В принципе, реакция друзей была вполне предсказуемой: Гарри с Роном многозначительно переглянулись, а Джинни фыркнула.
– Гермиона, не говори чепуху! Вряд ли на этом курорте кому-то могут понадобиться наше повидавшее время барахло, — бросила Джинни, быстро раскладывая вещи
Гермиона понимала, что спорить бесполезно, а потому, укоризненно покачав головой, начала молча выкладывать свои вещи из сумки: палочку, волшебный крем от загара, мягкое махровое полотенце, солнцезащитные очки, и когда она уже собиралась выложить любимую книгу, то почувствовала, что что-то не так. Гермиона резко обернулась и увидела своих друзей, стоящих в одинаковой позе со скрещёнными на груди руками. Их вид выражал нетерпение и недовольство одновременно.
– Что? – непонимающе спросила девушка, переводя взгляд с одного лица на другое.
– Так ты идёшь или нет? – наконец озвучила общий вопрос Джинни, переминаясь с ноги на ногу.
– А, идите без меня, я сейчас приду, лишь только наложу парочку простейших заклинаний и всё, — заверила их Гермиона, от чего друзья одновременно закатили глаза, и девушка поспешила добавить. – Обещаю, скоро приду!
– Ну, в таком случае, я побежал! – не успев договорить, сорвался с места Рон и понесся к воде, ловко оббегая встречавшиеся ему препятствия в виде песочных замков и прогуливающихся волшебников.
– Ладно, мы тоже тогда пошли. Только приходи скорее! – согласился Гарри, в нетерпении то и дело кидая взгляд на удаляющуюся спину Рона.
– Скорее, Гермиона, пожалуйста! – поддержала своего парня Джинни и тут же, повернувшись к Гарри, спросила. – Ну, побежали?
Не успела она это сказать, как у обоих и след простыл. Гермиона покачала головой, когда увидела, как они с разбега с восторженными криками влетели в воду, испугав всех волшебников вокруг себя своим резким появлением. Рон захохотал и поднял большой палец вверх в знак одобрения, после чего помахал Гермионе. Девушка улыбнулась и помахала ему в ответ. Ей самой уже не терпелось окунуться в тёплую прозрачную воду, а потому, быстро разложив вещи и пробормотав пару защитных заклинаний, Гермиона, чуть колеблясь, сняла с себя сарафан. Ощущение того, что она стоит посреди многолюдного места в одном нижнем белье отчаянно не хотело покидать её, но успокаивало то, что все были одеты соответствующе. Мысль об этом приободрила Гермиону, и она, поборов гнетущее смущение, зашагала навстречу морю.
Чем ближе она подходила к линии воды, тем быстрее уходило чувство скованности, а мысль о скором приятном погружении и вовсе дарила прекрасное настроение и ощущение, будто всё по плечу. Наконец, она подошла вплотную к водной глади и шагнула навстречу тёплому прибою.
Вода показалось приятно прохладной на фоне царившего на пляже солнцепёка, и Гермиону обдало мелкими мурашками. Она решила зайти в воду постепенно, давая телу привыкнуть к новой температуре, поэтому пока что стояла только по щиколотку в воде и заодно пыталась высмотреть среди плавающих волшебников знакомые лица.
Поблизости неё друзей точно
Откровенно говоря, столько практически полностью обнаженных мужчин она видела в последний раз ещё в школьные годы, когда ездила с родителями отдыхать на море, да и то абсолютно не обращала на них внимания.
Сейчас же всё было по-другому. Повзрослевшая Гермиона, которая, к тому же, была уже достаточно долгое время одинока, то и дело невольно отмечала про себя красоту мужской составляющей отдыхающих на этом курорте волшебников. От осознания того, что она заглядывается на мужчин, почему-то становилось как-то по-детски неуютно, словно она делала что-то запретное. Вот и сейчас, слегка нахмурившись, девушка уже собиралась обойти возмутителя спокойствия, как решила кинуть беглый взгляд на его лицо – интересно, так ли он красив, как красиво его тело?
Пробежавшись восхищенным взглядом по рельефным кубикам пресса, в меру накачанной груди и широким плечам, Гермиона, наконец, воровато взглянула в лицо обладателю фигуры Аполлона и обмерла, когда встретилась с насмешливым взглядом серых глаз.
Казалось, она вспомнила про себя все слова из матерного лексикона Рона, когда осознала, что всё это время с интересом разглядывала торс Драко Малфоя, по выражению лица которого можно было понять, что он это явно заметил.
Гермиона от ужаса не могла пошевелиться. Из оцепенения её вырвал самодовольный голос, который она хотела бы сейчас услышать меньше всего на свете:
– Что, нравится, Грейнджер?
Словно очнувшись ото сна, Гермиона вздрогнула и сконфуженно буркнула:
– Мечтай, Малфой.
– Странно, твоё выражение лица говорило об обратном, когда ты с таким неподдельным интересом рассматривала мою великолепную фигуру, — ухмыльнувшись, скрестил руки на груди Драко, отчего мышцы торса стали ещё рельефнее.
– Но я не… — невольно начала оправдываться Гермиона, но Драко её тут же перебил.
– О, Грейнджер, не стоит оправдываться, я тебя понимаю! Сложно устоять перед видом прекрасного мужского тела, особенно после долговременного лицезрения, мягко говоря, не слишком-то эстетически привлекательной долговязой фигуры Уизли.
После этих слов Малфой многозначительно подмигнул Гермионе, от чего та почувствовала, как медленно у неё в венах начинает закипать кровь, а щёки и вовсе пылали от смеси стыда и злости.
Драко же, очевидно, был в великолепном расположении духа. В его глазах плясали весёлые чёртики, капельки воды стекали с мокрых прядей на по-прежнему бледное лицо, лишь слегка тронутое румянцем, а весь вид говорил о таком самодовольстве, что Гермиона, будь у неё палочка, точно стукнула бы его сильнейшим Конфундусом.