Лабиринт отражений
Шрифт:
Прежде всего — спокойствие. В ней нет ничего демонического. Блестящая побрякушка, которую крутили перед глазами пациента гипнотизёры — вот что такое дип-программа. Побрякушка электронного века. Нет границы между сном и сном во сне. Я сам строю эти барьеры. Сам уговариваю себя, что тону.
Но сейчас — время выныривать.
— Глубина… — шепчу я, почти нежно. — Глубина-глубина…
Мы строили её, укладывая кирпичики компьютеров на цемент телефонных линий. Мы соорудили очень большой город. Город, в котором нет ни добра, ни зла — пока не приходим мы.
Нам
Мы построили свой город, не знающий границ. Поверили в то, что он настоящий.
Время выныривать.
Нам хотелось чудес, и мы населили ими Диптаун. Эльфийские поляны и марсианские пустыни, лабиринты и храмы, далёкие звёзды и морские глубины — всему нашлось место.
Но сейчас — время выныривать.
Мы устали верить в добро и любовь, мы написали на знамени слово «свобода» — в наивной вере, что свобода — выше любви.
Пора взрослеть.
— Отпусти меня, глубина, — прошу я. — Глубина-глубина… я твой.
Часть пятая
Неудачник
00
Вначале — темно.
Все краски мира исчезли в один миг.
Я не заметил, когда и как это произошло. Только что вокруг была дип-программа, а теперь — нет вообще ничего.
Может быть, так и гибнут дайверы? Падая на самое дно виртуального пространства. Сжигая мозг, и уже не ничего не воспринимая?
Но темнота дробится на сетку крошечных квадратиков, меняет яркость. И краски возвращаются.
Я стою, прижимаясь лбом к стене. Нарисованной стене нарисованного дома.
Странно. Словно я вошёл в виртуальное пространство, вообще не включая дип-программу. Но я смотрю не на экранчики шлема, я, вроде бы, по-настоящему здесь! Только мир перестал быть реальным, стал нарисованным, мультяшным.
Отступаю от стены, квадратики сливаются, превращаясь в коричневые прямоугольники. Кирпичи. Смотрю в небо — тёмная синь с редкими звёздами. Вдоль улицы — дома и дворцы, похожие на детские рисунки: чёткие контуры, залитые краской. Этот домик из кирпича, этот забор — деревянный, в палисаднике — ёлочки… Вдоль улицы — стальные трубы с жёлтыми пятнами на острие. Фонари… Условность, сплошная условность. Районы поприличнее нарисованы лучше, но сейчас я где-то на окраине. Мир вокруг создан на простеньких программах, и поддерживается слабыми машинами.
А самое смешное, что я — вполне настоящий. Разорванный в драке рукав рубашки, исцарапанные руки… Подношу ладонь к лицу — виден каждый волосок, видна грязь под ногтями и сбитая на костяшках пальцев кожа.
Человек, попавший в мультфильм.
Меня прошибает дрожь. Это что-то новое, такого ещё не было никогда. Что сделала со мной дип-программа, прокрутившись
Что я с ней сделал, вынырнув из безумия?
Со спины наплывает звук. Оборачиваюсь — по улице едет автобус. Огромная двухэтажная колымага, почти вся состоящая из стекла. Нарисован автобус довольно тщательно, у него даже вращаются колёса. К окнам прилипли карикатурные лица: взрослые, дети, старики. На боку — эмблема «Дип-проводника».
Стою, хватая ртом воздух, разглядывая неподвижные лица. Конечно, с чего им быть иными — мимику передают лишь очень хорошие, отлаженные, рассчитанные на постоянного пользователя программы. А это — туристы.
Автобус останавливается, из него неуклюже выходят люди. Впереди — элегантный господин в ярко-красном комбинезоне, экскурсовод. Мужчины, все как один, в костюмах и галстуках, лишь единственный в группе негр одет в джинсы и безрукавку. Лица, невозмутимо правильные, как у второстепенных злодеев из детских мультсериалов. Женщины — в роскошных платьях, куда более проработанных, чем лица, в драгоценностях. Стайка карикатурно большеглазых детей. Группа стариков и старушек в шортах и с фотоаппаратами.
Последним помогают спуститься пареньку в инвалидной коляске.
— Хей! — кричит мне экскурсовод и машет рукой. Рот у него открывается, но мимики тоже нет.
— Привет… — через силу улыбаюсь я. Удовлетворённый работник «Дип-проводника» поворачивается к своим подопечным:
— What attracts you most…
Слабое шипение — и голос экскурсовода становится едва слышимым. Заглушая его раздаётся сухой, чем-то знакомый голос:
— Что вас наиболее интересует в этом районе Диптауна? Мы можем осмотреть известный… — заминка, — знаменитый, прославленный центр книжной торговли, где вашему вниманию предложат любые литературу… — заминка, — любые книги, журналы, газеты, бумажные носители информации, изданные со времён…
Хлопаю глазами, как ребёнок, распотрошивший любимого плюшевого мишку и нашедший внутри грязные тряпки, мятые бумажки и чей-то нестиранный носок.
А я так ценил программу-переводчик «Виндоус-Хоум»! Восхищался, как быстро и точно она переводит с любого из пяти языков Диптауна!
Быстро — это верно. Но всю точность обеспечивают наши собственные мозги, выбирая из словесной каши адекватные слова.
— Также имеются, расположены, известные, популярные рестораны «Меч Артура» и «Четыре-десять». Если мы пройдём по сорок три улице ещё сто метров или чуть более, то приблизимся к району развлечений для взрослых, совершеннолетних.
Лёгкий шум среди туристов — надо понимать, что они заулыбались.
— У вас есть два часа свободного времени, — вещает экскурсовод.
Кажется, я понимаю, где нахожусь. Вон тот безликий серый купол невдалеке — это «знаменитый, прославленный» книжный центр. Он носит имя какого-то американского президента, субсидировавшего его постройку.
Если я на сорок третьей стрит, то меня отнесло на противоположный конец города. Ну и прогулочка! Испуганно смотрю на часы, и паника спадает.