Лабиринт Осириса
Шрифт:
– Посмотрим, что мне удастся сделать, – сказала она. – Это единственное, что я могу обещать. А тебе надо быть осторожнее. Очень осторожным. Баум – безвольный слюнтяй и мерзавец, но знается с нужными людьми и может причинить много неприятностей. Обещай, что не будешь гладить его против шерсти. Хорошо?
Бен-Рой удивленно хмыкнул.
– Из того, что мне рассказывал о сегодняшнем утре Зиски, этому совету в первую очередь надо последовать тебе самой.
– Это было сегодня утром, а завтра я приду в участок и стану целовать старшего суперинтенданта в задницу. Я много трудилась, чтобы добиться своего положения, и не
– Даже если это означает, что мы посадим не того человека?
Лея не ответила, опустила собачку на пол, допила вино и встала. Бен-Рой последовал ее примеру, и они вернулись в квартиру. Из кухни показался Бенни Шалев с большой кастрюлей, за ним шла младшая дочь Малка со стопкой тарелок.
– Ты остаешься, Арие? – спросил он. – Здесь хватит на всех.
Бен-Рой поблагодарил, но сказал, что ему пора.
– Пригласил Сару на ужин, – объяснил он. – Приготовил ей завтрак собственноручно и теперь чувствую себя обязанным компенсировать свою стряпню.
Мужчины протянули друг другу руки, а затем Лея проводила коллегу до двери.
– Держись, – бросила она, включая на лестнице таймер освещения. – Я тебя прикрою, постараюсь обеспечить свободу действий. Ты только не лезь на рожон. И будь осторожен. Это дело вызывает у меня нехорошее чувство.
– Ты уже говорила.
– Знаю. Только это чувство стало сильнее.
Лея поколебалась, поднялась на носки и чмокнула Бен-Роя в щеку. Пять лет они работали вместе, и она не позволяла себе ничего подобного. Этот поступок удивил ее не меньше, чем Бен-Роя. Она покраснела и, пробормотав:
– Береги себя, Арие, – закрыла дверь.
Бен-Рой успел дойти только до половины лестницы, когда таймер щелкнул и погрузил его в темноту.
Луксор
Сразу после разговора с Дигби Гирлингом Халифа позвонил в Каирский университет, надеясь получить новые сведения о лабиринте Осириса. Ему ответила женщина – секретарь отделения археологии и подтвердила, что пара – брат и сестра Хассан и Сальма Райсули в самом деле авторитеты в области древних золотоносных шахт. К сожалению, в настоящее время они заняты полевыми работами где-то посреди Синая и еще недели три не вернутся в Каир. Халифа сказал, что дело срочное, и женщина обещала связаться с ними по спутниковому телефону. Но сразу предупредила, что связь неустойчивая и может пройти несколько дней, прежде чем они ответят. Детектив оставил это дело на ее попечение и вернулся домой. Помог дочери приготовить ужин, уложил Юсуфа в кровать и, охваченный внезапным желанием почувствовать, что значит жить нормальной семейной жизнью, позвал Зенаб побродить по вечернему Луксору.
Теперь они вместе почти не выходили из дома. А до смерти Али постоянно гуляли: за реку пообедать у Мохаммеда в «Тутанхамоне», выпить кофе и покурить шишу на базаре, обойти вечером, когда безлюдно, храмовый комплекс в Карнаке (одно из преимуществ полицейского пропуска). Теперь же он едва мог уговорить жену перейти из одного конца квартиры в другой. Зенаб, как всегда, принялась отнекиваться, но Халифа упрашивал, и она, понимая, что для него это важно, нехотя сдалась. Сознавала, что в каком-то отношении это было важно и для нее. Они взялись за руки и пошли по Медина аль-Минавра к центру города. Почти не разговаривая друг с другом, они проталкивались сквозь
– Хочешь еще чаю? – спросил жену Халифа.
– Нет, спасибо, – ответила Зенаб.
Ее тихий голос был едва различим.
– Курнешь?
Он предложил ей мундштук кальяна. Зенаб покачала головой.
– Это туфах [63] .
Она опять мотнула головой.
– Тебе же нравился туфах.
На этот раз она пожала плечами. Мимо, позвякивая газовыми баллонами, проехала запряженная осликом тележка.
– Не пора ли нам обратно? – спросила Зенаб.
63
Табак с ароматом яблока, популярный сорт среди курильщиков кальяна.
– Мы же только вышли.
– Не люблю оставлять детей одних. Ты же знаешь, Юсуф часто просыпается и…
Халифа обнял жену за плечи.
– С детьми все в порядке. Батах взрослая девушка и вполне способна пару часов последить за братом. Если мы понадобимся, она позвонит.
Он похлопал ладонью по мобильному телефону в кармане рубашки.
– Позволим себе побыть вдвоем. Порадуемся сегодняшнему вечеру.
Ему удалось убедить жену. Она слабо кивнула, протянула руку и сцепила свои пальцы с его.
– Ты прав. Хорошо, что мы вышли из дома. Кажется, будто все как прежде… – Зенаб прикусила губу.
Халифа притянул ее к себе.
– Поверь, я все понимаю. Но надо попытаться продолжать жить.
Он стиснул ее руку, затянулся и медленно выпустил клуб пахнущего яблоком дыма. С соседних столиков доносились обрывки разговоров и стук костяшек домино. Через дорогу, в саду развлечений, визжали, прыгая на гигантском батуте и скатываясь с горок, дети.
– Слушай: на днях Мохаммед Сария рассказал мне хороший анекдот. – Халифа старался поднять жене настроение, вытащить из ее скорлупы. – Мубарак, Каддафи, Бен Али и верблюд летят на одном воздушном шаре, и в это время поднимается сильный ветер…
Зазвонил мобильный телефон, и Зенаб вздрогнула.
– Все в порядке, – успокоил он ее. – Все в порядке.
Халифа отложил мундштук и вынул из кармана мобильник. Высветившийся на экранчике номер был не их домашним. И вообще незнакомым. Чтобы жена не беспокоилась, он показал ей трубку и ответил на звонок. Послышался шорох помех.
– Алло?
Помехи продолжались.
– Алло?
Все стихло. Видимо, неправильно набрали номер. Или хотел всучить товар очередной рекламщик. Халифа в третий раз попытался добиться ответа, и снова напрасно. Он уже собирался разъединиться, но тут трубка ожила.
– …нам насчет добычи золота. Сказали, это срочно.
Голос женский. Теперь он звучал громко и чисто, а помехи превратились в шипящий фон. Халифа снял руку с плеча жены.
– Мисс Райсули?
– Зовите меня Сальма.
– А я Хассан, – добавил откуда-то из глубины ее брат. – Извините, что не удалось вам сразу дозвониться.
Халифа ответил, что, наоборот, не ожидал так быстро с ними связаться.
– Обычно мы держим телефон выключенным, – снова заговорила женщина.
– Чтобы не разряжался аккумулятор, – объяснил Хассан.