Квархелион
Шрифт:
В очередной раз мы с рыцарем ругались и проклинали друг друга, на чем свет стоит. В конце концов, мы разошлись по разным углам, я — на корму, Пер — на нос.
Я в очередной раз фыркнул, подражая трактору, и опустил руку в воду за борт. Борта здесь достаточно высокие, но эта проблема решилась как-то сразу: я по досточке стукнул (случайно) она и проломилась. Потом я минут десять молился всем Богам, чтоб остальные части корабля оказались крепче. Пальцы погрузились в холодную воду, я послал энергию в конечность, водичка немного
Я устало прислонился к борту. Энергии истратил море, а берег так и не отдалился.
Мой резерв опустел, я вздохнул, утер пот и взглянул на энергетическую структуру мира. Вода представляла собой сплошное переплетение светящихся нитей. Подошел к дыромахе в корме и опять опустил руку под воду. Только в этот раз не отдавал Силу, а нагло тырил.
Меня чуть не отбросило в сторону, хлынул непрерывный поток энергии. Впервые я располагал такой силищей.
Ну, так жить можно!
Мне было невероятно легко, а от ощущения мощи всех вод этой планетки я не мог унять дрожь. Сейчас я ощущал стихию, как третью руку. Я был глуп, зачем сливать Силу в море этой самой Силы? Не лучше ли воспользоваться самим морем?
Силой собственной воли я заставил потоки воды двигать суденышко вперед. От рывка затрещали доски, испугался Крот, а рыцарь повернулся, посмотрел мне в глаза, кивнул и продолжил любоваться закатом.
Я определился с максимальной, для этой развалины, скоростью — шли довольно прилично. Для поддержания скорости постоянного контакта со стихией не потребовалось, и я пошел спать с чистой совестью.
Очнулся от запаха жареного мяса. На плавсредстве было место под небольшой костер: на дне выложили круг камнями. По-моему все равно на деревянном судне жечь костры — верх глупости, но с наставником спорить не стал, для него мясо — любовь всей жизни. Он знал сотни рецептов приготовления любимой пищи, и все они были бесподобны.
После приличного перекуса я помедитировал и просто лег на солнышке подремать.
— Толик, можно?
Я поднял глаза на Крота и тот, не ожидая ответа, присел рядом. Я поднялся на локтях.
— Погода хорошая, — я кивнул, — скорость хорошая.
По задумчивому лицу товарища я понял, что он не просто так меня донимает.
— Так, говори давай прямо! — Я все-таки не выдержал.
Он замялся, но увидев мое не очень-то довольное лицо, решился:
— Скажи, вот мы доплывем, убьем этого вашего лича... А дальше?
— Я не думал, как-то. Посмотрим потом. — Я, довольный своим ответом, улегся обратно.
Спутнику, наверное, было жутко скучно, иначе он бы не стал портить мне прекрасный момент ничегонеделания.
— Может, научишь меня паре приемов? А то в бою от меня маловато толку.
Я сначала хотел послать его куда подальше, но пришедшая в голову идея не позволила.
— Ладно, но при условии, что ты поможешь мне в одном
— Если в жабу превратишь — обижусь.
Я не понял, шутит он или нет, решил опустить этот момент.
Движение развалюхи было едва ощутимым: стихия слушалась беспрекословно. Мы припрыгали, звеня железками до самого вечера. Перекусили. Я рассказал Перуну о мысли, пришедшей в голову, он лишь дернул плечом, мол, делай что хочешь, но меня не трогай. Он все так и стоял на носу суденышка и задумчиво смотрел вдаль, на морские просторы.
Тигры оккупировали маленькую надстройку посреди корабля, большая вода их немного пугала, а приличные запасы мяса привлекали — вот они и не вылезли на свет Божий. Никто не протестовал, незачем, да и себе дороже.
Гриша сейчас сидел, прислонившись к этой пристройке, и вслушивался в хруст, раздающийся из комнатки.
— Григорий, — мягким голосом начал я, — готовитесь, Григорий! Будем ставить над вами опыты!
— К-какие опыты?!
Ой, кажется, перебрал с шуточками. Будем исправлять.
— Да не бойся ты! Шучу я, опыты ставить не буду.
Я все-таки убедил его сидеть и не двигаться. Перешел в магический спектр и начал изучать ауру Крота. Приложив немало усилий, я мысленно отбросил бесчисленные нити связи с миром, передо мной предстало переплетение светящихся энергетических каналов. По ним рывками текла светящаяся субстанция желтого цвета. Через пару минут, я выяснил: субстанция попадает в «энерготок» из внешнего мира по линиям Силы, и уходит туда же.
Я обследовал собственный «энерготок»: поток сильнее, каналы шире, субстанция цвета серебра и течет не рывками, а непрерывно.
Я подсоединил нить Силы к энергосистеме Гриши и начал наполнять его. Серебряная субстанция, смешиваясь с желтой, растворялась в ней. Каналы расширились. Продолжать экспериментировать я не решился — наделаю делов, и останемся без Крота, а он нам еще пригодится.
Я вернул себе нормальное зрение и встретился взглядом с ошарашенным взглядом товарища.
— Что? Чего ты на меня так смотришь? — Вид у него был такой, что я подумал: «Бежать»!
— Ты что сделал со мной, колдун чёртов?!
— Да, так, ничего...
— Давай рассказывай! — Он начал серьезно заводиться.
— Я... — Ничего придумать я не успел — полетел за борт спиной вперед и потерял сознание.
Очнулся от прикосновения чего-то слизкого. Открыл глаза — темнота. Стоп, что-то не так... Черт, я же под водой!
Как я не захлебнулся — не понимаю. Я задыхался, кислорода в легких почти не оставалось, и на меня нахлынула паника. Мысль о том, что я маг, пришла за мгновение до того, как я открыл рот для вдоха. К счастью, мысль успела — потоки воды подхватили меня, и я торпедой помчался к поверхности. Я чудом остался жив после резкой перемены давления, но все-таки всплыл, и вдохнул прекраснейшего воздуха.