Квантовый вор
Шрифт:
— Вы отлично поработали, — говорит Унру, похлопывая Исидора по плечу. — Да, мы ведь так и не обсудили ваш гонорар.
— Мистер Унру, заверяю вас…
— Да, да, это очень благородно с вашей стороны. Я хочу, чтобы вы получили библиотеку. Возможно, она окажется для вас полезной. Или можете сжечь ее. Одетта уже подготовила контракт, я обязательно передам вам гевулот до конца приема.
Исидор ошеломленно смотрит на миллениэра.
— Благодарю вас.
— Не стоит меня благодарить. Лучше заставьте этого вора попотеть. А вы, случайно, не назначили
Исидор качает головой.
— Жаль. Ну а я намерен предаться разврату перед смертью. Прошу меня извинить.
Исидор еще некоторое время наблюдает за последними приготовлениями и расставляет Спокойных — приземистых, по-кошачьи ловких существ в черной броне — по их постам. Затем уходит в одну из гостевых спален, где приготовлен его костюм Сол Лунаэ. Костюм все еще кажется ему слишком женственным, слишком обтягивающим в самых неподходящих местах. Но Исидор все же переодевается. Возникает ощущение, что он что-то забыл, и Исидор вспоминает, что оставил кольцо сцепленности в кармане брюк. Он достает его и вешает на цепочку Часов.
Теперь я знаю, что такое предстартовая лихорадка,думает он.
Согласно обычаю мы с Раймондой приезжаем с большим опозданием, впрочем, как и все остальные гости. Паукебы вокруг нас высаживают мужчин и женщин в искусно созданных костюмах из ксанфийского шелка, кружев и интеллектуальной материи. Прием посвящен Времени, так что нас окружают индийские боги и богини Дариского календаря, планеты и звезды и, конечно, всевозможные модели Часов.
— Не могу поверить, что позволила тебе меня уговорить, — ворчит Раймонда.
Человекоподобный Спокойный в ослепительной ливрее и маске проверяет наши приглашения и провожает в сад, постепенно заполняющийся небольшими группами посетителей. Звон бокалов, протяжные мелодии современной марсианской музыки и голоса гостей сливаются в одну опьяняющую симфонию.
Я улыбаюсь Раймонде. Она кажется очень соблазнительной в наряде Фобоса, состоящем из глубоко декольтированного платья, белых перчаток и светящейся сферы на уровне живота, которая своим сиянием скрывает наиболее пикантный участок тела. Я в костюме с различными изображениями Часов, белом галстуке и с цветком в петлице выгляжу рядом с ней скромным павлином.
— Могу тебя заверить, это наименее безнравственное дело из всех, в которых я когда-либо участвовал, — говорю я. — Ограбить богатого и раздать добычу беднякам. Что-то вроде этого.
— Тише. — Она кивает в сторону проходящей пары, которая изображает Венеру и Марса. Их гевулот приоткрыт ровно настолько, чтобы окружающие могли их видеть. — В действительности все совсем не так. Все наоборот.
Свет маленького Фобоса у нее на животе подчеркивает правильные черты лица: сейчас она напоминает мне скульптуру какой-то греческой богини.
— Твоим замаскированным дружкам нужны доказательства. Мы их представим.
Я беру бокал шампанского с подноса проходящего Спокойного-слуги. При этом стряхиваю невидимую
— Не беспокойся. Если твой приятель обеспечит нам доступ, все пройдет гладко, как по маслу.
Как обстоят дела с охраной?Я шепотом спрашиваю Миели — она осталась в отеле и координирует операцию с «Перхонен».
Меры предосторожности минимальные,отвечает она. Но все же значительнее, чем ты ожидал. Меня тревожат Спокойные-воины, они оснащены отличными сенсорами.
— Сделай мне одолжение, — говорит Раймонда. — Не пытайся заставить меня расслабиться. Пойдем, надо смешаться с толпой.
Раймонда удивительно легко получила для нас приглашения. По всей видимости, Кристиан Унру — не только поклонник эпохи Королевства, но и покровитель искусств, и потому знакомый Раймонды из Академии музыки решил, что было бы неплохо обсудить с ним на приеме концепцию ее оперы. На вечере, несомненно, множество начинающих деятелей искусства, ищущих покровительства, но знакомый Раймонды пообещал нам добиться личной встречи с Унру, а это все, что мне требуется.
— Раймонда!
Нам машет рукой невысокая пожилая женщина. Костюм из интеллектуальной материи представляет ее в виде песочных часов, но без стекла: никакой ткани, только красный марсианский песок, струящийся по ее пышной фигуре. Эффект завораживающий.
— Как я рада тебя видеть! А кто этот симпатичный молодой человек?
Я кланяюсь и, как того требует вежливость, немного приоткрываю свой гевулот, но при этом стараюсь, чтобы в памяти женщины не осталось никаких следов моего внешнего облика.
— Рауль д’Андрези, к вашим услугам.
Раймонда представляет меня в соответствии с легендой — как эмигранта с Цереры. Гевулот изображающей песочные часы женщины сообщает, что перед нами София дель Анджело, преподаватель Академии музыки и драмы.
— О, похоже, здесь есть над чем задуматься, — произносит София. — А что случилось с бедным Энтони? Мне такнравились его волосы.
Раймонда слегка краснеет, но не отвечает. София подмигивает мне.
— Вам следует быть настороже, молодой человек. Она собирается похитить ваше сердце для своей коллекции.
— Тише, не спугните его, пожалуйста. Я с таким трудом его подцепила, — говорит Раймонда. — Нашего хозяина пока не видно?
На пухлых щечках Софии вспыхивает румянец разочарования.
— Нет, боюсь, он еще не появлялся, я почти час пыталась его разыскать. Я абсолютно уверена, что его заинтересует твоя новая пьеса, но сегодняшний вечер он, вероятно, решил провести в кругу близких друзей. Знаешь, мне кажется, что на самом деле он просто боится этого ле Фламбера. Это ужасно, — приглушенным тоном добавляет она.