Кусочек рая

Феррарелла Мари

– Нет. Большое спасибо, но нет, – твердо сказала она.

– Что ж, как хотите.

Пирс молча смотрел, как Аманда отпирает машину и садится за руль.

– Будьте осторожны, Мэнди. Не гоните слишком быстро. Полицейские Далласа обожают останавливать красивых женщин за превышение скорости. – Он улыбнулся. – Иначе их жизнь была бы слишком монотонной.

– Спасибо, запомню, – заверила его Аманда.

Дав задний ход, Аманда выехала со стоянки, а затем надавила на газ изо всех сил, чтобы как можно скорее уехать от Пирса. Впрочем, возможно, было уже поздно спасаться бегством.

16

Ну

и денек выдался сегодня.

Аманда вздохнула, вспоминая все происшедшее. Она ответила на страстный поцелуй мужчины с таким жаром, которого никогда даже не подозревала в себе. Возможно, ее реакция на Пирса была как-то связана с тем, что рассказал ей накануне Уитни. Аманда почувствовала, что ее прежний мир рушится, и была немного не в себе. И все же ее очень сильно удивляла собственная реакция на поцелуй Пирса. Он продемонстрировал не только чувственность, но и нежность, чего Аманда никак от него не ожидала. Как и Уитни, он открылся ей с неожиданной стороны, и теперь Аманда чувствовала себя так, словно весь мир поставили с ног на голову.

И, как будто недостаточно было Пирса, именно сегодня она вынуждена была сообщить публике, что Уитни Грейнджер оказался мошенником. Да, именно так. Мошенником. И если ее отец не сумеет превзойти самого себя, дело скорее всего закончится для Уитни тюрьмой.

К тому же сейчас, в эту самую минуту, Гримзли скорее всего обдумывает, кем бы заменить Аманду. Если не удастся никого найти, он, пожалуй, даже сам сядет на ее место.

Аманда улыбнулась. Конечно, она драматизирует события, но ее сценарий был не так уж далек от истины. В лучшем случае Гримзли роется сейчас в ее контракте, пытаясь найти слабое звено, которое позволило бы его расторгнуть. Ведь как-никак Аманда нарушила Золотое Правило Гримзли. Но, поскольку информацию уже подхватили конкурирующие каналы, Аманда была уверена, что в этом случае владельцы студии будут на ее стороне. Гримзли не может уволить ее просто так, но он не оставит ее в покое. Аманда нисколько не сомневалась, что директор постарается сделать ее жизнь невыносимой в надежде на то, что она уволится сама.

Откинувшись на спинку стула, Аманда сцепила руки за головой и стала тихонько раскачиваться.

– У тебя нет шансов, Гримзли, – произнесла она вслух. – Я не собираюсь увольняться.

Услышав, что за спиной открылась дверь, Аманда резко обернулась. Карла заглянула в кабинет. Проходя мимо нее в коридоре, Аманда сказала, что хочет несколько минут побыть одна. Наверное, часы Карлы бежали быстрее.

Девушка с сочувствием посмотрела на хозяйку.

– Я уложила Кристофера спать, – сказала она. – Мальчик очень устал. Его глаза закрылись сами собой, пока я читала ему книжку.

Слава Богу! Однако Аманда тут же насторожилась. Кристофер не так часто засыпал сам.

– Он случайно не простудился?

Карла энергично замотала головой.

– Нет, просто сегодня он для разнообразия вымотался сам раньше, чем успел вымотать меня. – На лице Карлы играла довольная улыбка. – Я чувствую себя намного лучше. Можно мне сегодня воспользоваться видеомагнитофоном? Я хотела бы посмотреть одну пленку.

– Конечно, –

рассеянно ответила Аманда, поворачиваясь обратно к столу.

Аманда испытала облегчение при мысли, что не надо никуда выходить из кабинета. Она очень любила Кристофера, но иногда ей было просто необходимо побыть одной. К тому же надо было позвонить Уитни.

Аманда набрала один из номеров усадьбы Грейнджера, но ответом ей были короткие гудки. Ну вот, уже началось.

Она снова почувствовала себя виноватой. Конечно, Уитни сам попросил ее об этом, но было очень неприятно, что именно ей пришлось публично огласить его признание.

Аманда нажала на кнопку, затем набрала личный номер Уитни. Она насчитала десять гудков, прежде чем он наконец поднял трубку.

– Уитни, это Аманда. – Ей показалось, что на заднем плане она слышит какой-то невнятный шум. – Как ты?

Уитни поднял трубку в библиотеке. Несмотря на все принятые им меры, на территорию усадьбы уже проникли репортеры, и, даже задернув шторы, он не мог избавиться от доносившегося с улицы шума.

– Кажется, уже в осаде, – ответил он на вопрос Аманды.

Она живо представила себе эту картину.

– Я могу подъехать…

– Оставайся там, где находишься, – попросил Уитни. – Мне будет гораздо спокойнее, если теперь ты перестанешь заниматься этим делом. Я и так уже жалею, что втянул тебя. Дело принимает нехороший оборот.

Если он пытается защитить ее, то в этом нет необходимости.

– Уитни, я знаю, что тебе приходится сейчас терпеть. Ведь я тоже репортер – или ты забыл?

– Нет, – твердо сказал Уитни. – Ты не репортер. Ты девушка, с которой я танцевал ее первый котильон. И ты – мой друг.

Аманда тяжело вздохнула. Она понимала, что вынуждена согласиться с Уитни и предоставить ему расхлебывать последствия самому.

– Ну хорошо. Но мне неприятно думать, что ты там совсем один.

Уж лучше бы он действительно был один.

– На лужайке перед домом в данный момент расположилось десятка два репортеров. Вряд ли это можно считать одиночеством. – Уитни слышал, как Аманда затаила дыхание, и понимал, что сейчас она объявит о своем намерении приехать во что бы то ни стало. – Не беспокойся, Аманда. Я нанял нескольких телохранителей, к тому же сегодня утром прилетел мой брат Нейл. Со мной все будет в порядке.

Аманда мысленно попросила у Уитни прощения от лица всех репортеров. Кому как не ей знать, какими назойливыми умеют быть ее коллеги.

– Ты уже давал какие-нибудь интервью?

Уитни отказывался разговаривать с журналистами, хотя и понимал, что рано или поздно вынужден будет дать разъяснения.

– Не хочу делать этого, пока снова не побеседую с твоим отцом. Единственный, с кем я обсуждал этот вопрос, был мужчина, которого ты днем прислала.

Аманда резко выпрямилась.

– Какой еще мужчина? Я никого не посылала!

Сначала Аманда действительно хотела послать к Уитни Пола Родригеса, оператора, которого брала с собой, выезжая на место происшествия. Она знала, что Полу можно доверять, и считала, что неплохо было бы использовать отснятую пленку. Но потом решила не нарушать раньше времени покой Уитни.