Куртизан
Шрифт:
Гости закивали головами, которые не менее Деметрия желали увидеть красавчика Аристона, внешность которого сводила с ума не только женщин, но и мужчин.
Креон посмотрел на Аристида и увидел в его глазах печаль и разочарование. Ему было стыдно за сына, и он не хотел видеть его. Но спустя некоторое время, он остановил одного из рабов и приказал ему привести сюда Аристона.
Юноша тем временем полудремал у себя в комнате. Раб осторожно разбудил его и сказал:
– Ваш отец желает видеть вас.
Аристон сначала не понял, что от него хочет раб, но потом до него дошёл смысл сказанного. Он сел на край ложа
Аристон поприветствовал сначала всех гостей, а потом и отца:
– Хайре, отец…
– Будь здрав, сын…
Сын и отец некоторое время смотрели друг на друга, мысленно разговаривая:
–«Зачем я тебе нужен? Отпусти меня, отпусти к Флоре.»
–«Безумец, она тебе не под стать. Ей нужны твои деньги, а не ты.»
Аристон наконец сел в ложе, рядом с соседом Геродотом и осмотрел стол. На нём было огромное количество различных яств: мясо, рыба, хлеб, оливки, фрукты – всё. От запаха еды закружилась голова. Он дрожащими руками отхлебнул разбавленного вина и заел его фиником. Гости продолжили громкий разговор. Все были уже изрядно пьяны и веселы. Креон всё время смотрел на Аристона и как-то необычно его разглядывал. От этого взгляда становилось не по себе. Спустя час юноша почувствовал слабость и хотел уйти, но отец молча просил его остаться, и он снова подчинился.
– Мне Елена только и говорит про тебя, Аристон, – начал Деметрий. – Она просто без ума от тебя!
– Ну конечно же, Деметрий, – заговорил сосед Еврепид. – Кто устоит перед такой красотой!
– Жду не дождусь их свадьбы! – Продолжил Деметрий. – Наконец наши семьи породнятся.
Аристон отложил вино и опустил голову. Этот разговор был неприятен ему. Ещё одно напоминание о его нелёгкой судьбе.
«Где же ты, Флора?»
Скоро гости стали расходиться по домам, Деметрий также ушёл вместе со своей семьей. Аристид поблагодарил всех за встречу и распрощался. Когда Аристон встал, чтобы уйти, Креон сказал:
– Я провожу тебя до комнаты.
Аристон неуверенно пожелал отцу доброй ночи и последовал вместе с Креном к себе в спальню.
– Прекрати убивать себя, идиот, – пробурчал пьяный учитель, толкнув в коридоре юношу. – Ты расстраиваешь моего друга. Пойми уже наконец, что ты никогда не будешь вместе с Флорой, никогда.
«Никогда», – эхом отразилось об каменные стены коридора. На глазах снова появились слёзы и Аристон поспешил в свою комнату. В спальне, он упал на кровать и нервно заплакал. Но тут Креон осторожно открыл дверь и зашёл к нему, держа в руке свечу.
Юноша свернулся ужом и стонал, не заметив прихода учителя.
– Хватит реветь, как женщина, у всех уже голова болит от твоего стона, – проговорил недовольно Креон.
– Уходи, Креон, я хочу побыть один.
Креон отхлебнул вина из горла бутылки и вытер чёрные усы. Затем, он поставил свечу на табурет и тяжело сел на кровать.
– Елена – прекрасная
– Но я не люблю Елену, как ты не понимаешь этого…
– Я ходил к Флоре, – неожиданно проговорил Креон.
Аристон тут же вытер слёзы и посмотрел на учителя.
– Она не любит тебя. Это я понял из разговора, поскольку она ни разу не справилась о твоём здоровье, а когда узнала, что я бывший центурион и владелец крупного поместья, начала строить мне глазки. Думаешь, я ничего не понимаю? Да эта женщина готова раздвинуть свои ноги перед каждым, кто обладает богатством. Неужели ты этого до сих пор не понял, глупая твоя голова?
Аристон потупил взор вниз и задумался. Но он не мог поверить в слова Креона. Он слишком любил Флору.
– Ты лжёшь…Флора не такая.
– Зачем мне лгать? Я говорю правду, кретин.
Креон отпил вина и усмехнулся.
– Это всё ложь! Уходи отсюда! Убирайся вон! – Закричал Аристон. Горло его душили слёзы, и он снова заплакал.
– О, я говорю правду, твоя Флора самая настоящая гетера 23 *, причём продуманная и меркантильная.
– Нет! Ложь! Это ложь, мерзавец! Ложь!
Аристон стал бить Креона кулаками по широкой и сильной груди, выгоняя из комнаты. Из глаз слёзы текли ручьём. Ему невольно верилось в слова Креона, отчего становилось ещё больнее.
23
* Образованная проститутка.
– Успокойся, ты, недотёпа, – уже более ласково проговорил учитель.
Креон своей широкой ладонью прижал голову Аристона к своей груди и почувствовал сквозь тунику его мокрое лицо. Юноша перестал его бить и обнял за талию, нервно плача ему в грудь. Креон, не зная, как себя вести в подобных ситуациях, похлопал его по спине и проговорил:
– Ну-ну, тише…
Аристон стал постепенно успокаиваться и от бессилия заснул на его широкой груди. Креону стало немного неловко. Он осторожно опустил его голову на подушку, а затем решил придать его телу более удобное положение. Когда он взял его, на удивление, гладкую ногу, чтобы немного оттащить вниз, Креон впервые за всё это время разглядел ту божественную красоту в юноше, о которой все так красноречиво говорили. Лицо его хоть и было бледным, но всё равно сохраняло в себе прекрасные черты. Толстые розовые губы, как у матери, густые, волнистые волосы, цвета золотой пшеницы, тёмные и частые ресницы, как у девушки. Хоть он и был пьян, но осознал, каким чудовищем он был для него. «Как я мог увечить это прекрасное тело? Бить это прекрасное лицо?»
Креон допил содержимое вина и не спешил покидать комнату. Неожиданно Аристон открыл глаза и увидел рядом с собой Креона.
– Спасибо, – прошептал юноша и сел на кровати. – Иди спать, Креон, уже поздно. Не волнуйся за меня.
Аристон поднялся с постели и открыл дверь, выпровожая учителя из комнаты. Креон неохотно встал и направился прочь, но у входа он задержался, ещё раз посмотрев на Аристона.
– Доброй ночи, – проговорил Аристон и уже начал прикрывать дверь, как Креон вставил свою ногу в щель, чтобы она не закрылась. Аристон недоумённо посмотрел на учителя, требуя объяснений.