Курск
Шрифт:
– Пошли в гостиницу, больше поездов сегодня не будет, - вру я Бобу.
19/08/2000, 22:14
Боб тусуется в баре, а я смотрю телевизор, хотя это бесполезно - уже понятно, что никого не спасут. Я надеваю рубашку и спускаюсь вниз.
Боб заказывает мне и себе по пиву. Бар постепенно наполняется иностранными журналюгами.
– Я разговаривал
– Он сегодня съездил в Видяево и побеседовал с родственниками.
– У него было разрешение?
– Не было. Разрешение есть только у РТР. Он нашел таксиста, которому разрешен въезд в Видяево, дал ему сто долларов, и он провез его в багажнике. Он поговорил с родственниками, сделал отличную статью "человеческого интереса".
– Неужели ты не понимаешь, что родственникам сейчас не до этого, что сейчас просто некрасиво их дергать, а?
– А что здесь такого? Людям интересно прочитать про них.
– Прочитать про то, как им херово? Чтобы какой-нибудь сраный обыватель прочитал и порадовался, что, по сравнению с ними, он счастлив?
Боб не отвечает. Я молча допиваю пиво и беру нам еще по одному.
– Смотри, - говорит Боб.
– Это Кевин. Я и не знал, что он в России.
– Он показывает на длинного чувака с бритой головой и сумкой фотоаппаратуры. Мы работали в одной газете шесть лет назад. Об его лысую голову разбито немало пивных бокалов.
Боб встает и подходит к Кевину. Они обнимаются.
20/08/2000, 02:02
Я сижу в баре и болтаю с проституткой. Ее зовут Катя.
– Как тебе нравятся журналюги?
– Вообще не нравятся. У них нет денег или они жмутся.
– А кто не жмется?
– Бизнесмены.
– Журналисты все бедные.
– Не надо ля-ля. Они здесь по пятьдесят долларов за ночь пропивают.
– Это от безысходности. Нас никуда не пускают, вот мы сидим и бухаем.
Я думаю над тем, пригласить ее в номер, и в конце концов решаю, что нет смысла: слишком много выпил. Я встаю с круглого высокого стула
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Катя криво улыбается.
Боб сидит за одним столиком с Кевином и поляком.
– Поехали играть в бильярд!
– орет он мне.
– Куда?
– Она знает.
– Боб кивает на проститутку с черными крашенными волосами.
– Ладно, поехали.
20/08/2000, 02:44
В бильярдной - никого, кроме нас пятерых. Проститутка сидит на стуле и курит. Мы играем в бильярд по парам: я с поляком против Боба с Кевином. Мы дуем.
В перерыве между партиями Кевин берет в баре бутылку водки "Русский стандарт" и разливает.
20/08/2000, 04:31
Частник подвозит нас до гостиницы, Боб сует ему пятьсот рублей. Я вылезаю из машины и сразу падаю. Вставать не пытаюсь, ползу по ступенькам на карачках.
20/08/2000, 12:46
Сегодня Боб улетает. Статью он написал, но хочет выжать из поездки максимум. Он инструктирует меня:
– Пойди на улицу с диктофоном, поспрашивай у людей, что они думают про все это. А в шесть часов, ты говорил, должен прибыть самолет с родственниками - поезжай в аэропорт, вдруг удастся с ними поговорить. И тогда завтра можешь вылетать утренним рейсом. Хорошо?
– Хорошо.
20/08/2000, 15:31
Боб садится в такси и уезжает в аэропорт, а я иду в авиакассу подтвердить вылет на завтра. Опрашивать никого не собираюсь, если он не забудет - сочиню все сам.
В авиакассе - ни одного человека. Вылет на завтра подтверждают: места есть, большинство журналюг улетели сегодня.
20/08/2000, 22:12
Сижу в баре, пью третий стакан пива. Завтра часов в одиннадцать буду в Москве. Надоел уже этот сраный Мурманск.
21/08/2000, 04:11
Просыпаюсь на полу в своем номере еще толком не протрезвевший. Рука - в трусах, ладонь вымазана засохшей спермой.
Снова засыпать нельзя - просплю рейс.