Курсант
Шрифт:
— Излагай…
— Я провожу полное обследование энергетической системы Лютобора Игоревича несколько раз в день, предельно добросовестно анализирую каждое замеченное изменение и делаю выводы. Дней десять тому назад я разобралась в логике мутаций его ядра. Если объяснять предельно коротко, то в обычном режиме оно тратит на перестройку порядка трети объема алхимии и активных веществ, попадающих в организм, а остальное сохраняет «на всякий случай». Этим «всяким случаем» оно считает бои на пределе сил и, почувствовав такое напряжение, инициирует взрывную мутацию и, тем самым, поднимает моего господина на следующую ступень. Так вот, по моим расчетам, подняться на вторую ступень ранга подмастерье он должен был не раньше второго-третьего мая, ибо
— О, как… — задумчиво пробормотала Раиса Александровна.
— Далее, с вероятностью процентов за девяносто этот принцип применим и к нам: откачивая моего господина от третьего отката, я сформировала новое заклинание и «приблизила» переход на шестую ступень дней на тринадцать-пятнадцать. И последнее: я почти уверена, что подобные «рывки» возможны только при самостоятельном проявлении Воли. Ибо помощь моего господина с освоением новых заклинаний не меняла состояние энергетики Яны, Наоки и Эиру.
Матушка подергала себя за мочку правого уха и несколько раз кивнула:
— Ну да: его путь развития — это путь развития Воли. А сторонняя помощь ее, увы, не развивает. Что ж, у нашей компании появилась очень неплохая возможность стартовать в режиме гоночного болида…
— … что тоже привлечет к нам излишнее внимание! — угрюмо напомнил я. — Между прочим, мы уже выделяемся дальше некуда: я — уже подмастерье-«двоечка», Галя — стала «единичкой», Наоки, Эиру и Лиджуан — ученики-«пятерочки», Мин Сим — «четверочка» и тэдэ. А возраст, соответствующий уровню развития, только у Галины, Вики и Ларса. Может, нам действительно стоит сдвинуть фокус внимания с роста уровней на увеличение резервов?
Родительница отрицательно помотала головой:
— Нет, сдвигать фокус внимания на увеличение резервов мы однозначно не будем…
— Мы научим вас сворачивать ауры и косить под задохликов! — весело продолжила Раиса Александровна, поймала взгляд Незаменимой, как-то резко посерьезнела и дала чертовски нужный совет: — Кстати, о задохликах: Валь, попробуй разобраться, какая часть «настроек» энергетики Люта отвечает за регенерацию и сопротивления — если он сможет «скопировать» нам и их, то общая выживаемость команды вырастет в разы.
Целительница пообещала постараться и ушла в себя, старшие женщины довольно переглянулись, а я вдруг вспомнил разговор с Ярославом Третьим о методиках отработки дырокола и невольно вздохнул:
— Государь предложил добавить к нашим тренировкам работу с живыми куклами, и я согласился. Звучит, конечно же, безумно, но…
— Куклы — это преступники, приговоренные к смерти? — перебила меня матушка, дождалась утвердительного кивка и… ошарашила: — Звучит лучше некуда: у нас, в Российской Империи, приговорить невиновного к смертной казни физически невозможно — перед оглашением такого приговора судьи в обязательном порядке вызывают на процесс трех независимых менталистов и трактуют любое их сомнение в пользу обвиняемого. Таким образом, каждый смертник — это нелюдь.
А вам необходима накатка в реальных боях…
Глава 3
Часть 1
18
…Сообщение от Дауда прилетело в районе полудня. Я в это время шел к огневому рубежу, морально готовясь побить собственный рекорд в очень непростом упражнении, поэтому на тревожную вибрацию комма среагировал с небольшим запозданием. Зато, увидев алый флаг рядом с «конвертиком», автоматически отправленным на линзы МДР, остановился, как вкопанный, и открыл послание.
Сообщение из одного-единственного слова заставило подобраться и перейти по прилагавшейся ссылке, а заголовок статьи, в который мгновением позже уперся мой взгляд, вынудил похолодеть:
«Применение Безмолвия Погоста против подразделений Четвертого Экспедиционного корпуса Российской Империи — это удар отчаяния или, все-таки, изощренное самоубийство?!»
Урок Новейшей Истории, на котором нам показывали документальный фильм о британском боевом отравляющем веществе «Безмолвие Погоста», вопреки Конвенции о полном запрете биологического и химического оружия, поставленном на вооружение странами Большой Пятерки в ноябре-декабре сорок восьмого года, всплыл в памяти почти целиком. Но в том видеоролике нам, ученикам общеобразовательной школы, демонстрировалась, если можно так выразиться, теория. А этот, выложенный на какой-то арабский новостной канал, позволял увидеть вполне реальные последствия боевого применения этой дряни — сплошной ковер из трупов на улицах и площадях Неаполя, почти захваченного российской армией, полчища обожравшихся крыс и огромные стаи воронья, слетающегося на этот кошмарный пир.
Само собой, камера дрона, с которого снимался этот ролик, запечатлела и боевую технику, застывшую там, где военнослужащих застала безмолвная смерть, и пожары в местах падений ударных вертолетов, и фигуры доблестных защитников города, облаченных в общевойсковые защитные комплекты. Но я видел только мертвые лица, покрытые жуткими иссиня-черными волдырями и потеками серо-зеленого гноя!
Смещение фокуса внимания на «петли» помогло, но ненадолго — разум, оклемавшийся от эмоционального шока, переключился в рабочий режим и помог прозреть. В смысле, заметить, что трупов гражданских лиц как бы не на порядок больше, чем трупов военных!
Нет, способности соображать я не потерял. Хотя ярость, ударившая в голову, требовала рвать тварей, применивших боевое отравляющее вещество против своих же соотечественников, голыми руками. И даже убрал «Дрель» в кобуру, чтобы не натворить дел. А потом облизал пересохшие губы, хрипло попросил Палыча прервать тренировку, подождал, пока все оружие окажется разряжено, и лишь потом показал народу это видео.
Ну, что я могу сказать о реакции команды? Лютая ярость двух с лишним десятков человек шарахнула по мозгам безо всякой эмпатии и вызвала еще более острое желание убивать. Слава богу, в тире были все свои, поэтому через какое-то время мы начали остывать и, не сговариваясь, полезли на российские новостные каналы в поисках официальной реакции на применение Безмолвия Погоста. Все, кроме Ларса — он, недолго думая, набрал матушку. А через пару минут прервал наши поиски убийственной фразой:
— Нот протеста и другой говорильни не будет — дед окончательно вышел из себя. Так что нам советуют подождать четверть часа, а потом посмотреть Римские новостные каналы.
— Что ж, тогда возвращаем оружие в оружейку, в темпе переодеваемся и собираемся в каминном зале! — скомандовала матушка. А минут через десять-двенадцать врубила стационарный информационно-развлекательный центр, вывесила над камином здоровенный трехмерный телеэкран и, поколдовав с настройками, «разделила» его на двенадцать маленьких.