Курьер. Дилогия
Шрифт:
Я взбежал вверх по стене дома, хватаясь за выступы кладки, торчащие концы балок, окна и особенности местной конструкции, взлетел на крышу и подошёл к краю, отряхивая ладони и осматриваясь. Справа, слева было чисто, вот только впереди перемещалось скрытно несколько групп солдат Роммеля, вооружённых достаточно серьёзно - пулемёты, фаустпатроны, трое солдат тащили даже небольшой миномёт - я нахмурился, по-видимому придётся делать крюк, обогнуть их и выйти к нужному мне месту с другой стороны. Тогда сделаем так... Я пригнулся, готовясь к бесшумному прыжку...
И тут возле самых моих ног ударила пуля, оглушительно разорвавшись при этом, один из осколков
"Великий Космос!
– мелькнуло в голове, на парапет обрушился град пуль, я инстинктивно отпрянул назад, нелепо взмахнув руками и едва не упав, развернулся и неуклюже побежал к другому краю крыши, хромая и тяжело припадая на раненую ногу.
– Чтоб тебя на атомы распылило! Какая сволочь меня подранила?!".
Нет, так дело не пойдёт. Грохот выстрелов стих, кто-то закричал, посыпались команды, а я быстро уселся и стал закатывать штанину, быстро напитывающуюся сочащейся кровью. Обнаружив рану, я выругался шёпотом - хуже нет, когда голень повреждена, активатор, конечно, поможет, но помощи особой от этой ноги уже не будет, пока не залатают её на фирме...
Я пробежался кончиками пальцев по панели активатора, запуская компьютер медкомплекта, мгновенно последовали два укола астромина и фортилана, следующим уколом в грудь была впрыснута колония наноботов, пластины пришли в движение, раздвинулись, и мне на вовремя подставленную ладонь шлёпнулись два листика ИсОМ, я распрямил и приложил к ране, прилепив их сверху. Откинувшись назад и опёршись на руки, я вытянул раненую ногу и закрыл глаза, борясь с тошнотой и лёгким головокружением.
Вспомнив вдруг о генераторе кинетических экранов, который я с таким риском для себя быть уболтанным до полусмерти нашим говорливым пингвинообразным инженером взял попользоваться на время, я одной рукой не открывая глаз расстегнул куртку - тело сразу задышало свободнее, лёгкий ветерок обдул его под рубашкой, и мне сразу стало легче - сунул руку в особый карман, выудил оттуда кольцо с вмонтированным генератором и нацепил его на палец, провернув его. Вокруг меня тихонько загудел, завибрировал воздух, я почувствовал его еле заметную дрожь, затем всё успокоилось и пропало - я от души надеялся, что генератор заработал, и теперь меня надёжно прикроют кинетические экраны, но вот проверить я этого не мог. В конце концов не стрелять же в самого себя!
Я наклонился к ноге, проверяя, как лежат листики ИсОМ, боль уже давно исчезла, заглушённая дозой астромина, фортилан придал мне сил, кровь уже не сочилась, наноботы и ИсОМ спешно заделывали повреждения, образуя тромбы, корку, наживляя новую ткань...
За моей спиной кто-то мягко приземлился после прыжка, я услышал обманчиво медленную нарочито неторопливую поступь, кто-то шёл кругом огибая меня.
– Рану лечишь, убийца?
– раздался знакомый голос.
Я оставил в покое голень, замедленно выпрямился и потихоньку обернулся, предварительно взглянув на тень говорившего - против солнца встал, гад! Я поднял глаза, щурясь против солнечного света, зрачки привычно сузились: контуры фигуры, лица - всё это было смутно знакомо, я будто видел этого парня несколько раз, видел где-то недалеко и не так давно...
– Игорь?
– произнёс я удивленно.
– Дегтярев Игорь?
– Он самый, убийца, -
– Что ты мелешь?
– нахмурился я, вспоминая, что Грин предупреждал меня о странной нервозности этого парня и его упорстве в моих поисках.
– Какой я тебе, нахрен, убийца?
– Подлый и мерзкий, - ответил он, выплёвывая эти весьма оскорбительные слова мне в лицо. И чего он на меня взъелся? Или я опять чью-то комнатную кошечку совершенно случайно на варежки пустил?
– Не ожидал от тебя такого, признаю, думал ты ему друг. А ты убийца, убийца, предатель, сволочь!!!
– кричал он исступлённо, выплёскивая накопившуюся ярость.
Я окончательно перестал что-либо понимать.
– Чей я друг?!
– возопил я, дурея от растущего в геометрической прогрессии количества загадок, покрытых мраком.
– Чей я убийца?!
– Молчи, сволочь!
– взорвался парень, выхватив пистолет и нацелив его мне в лоб.
– Молчи! Молчи!! Ты убийца! Убийца!! Предатель!!!
Его голос дрожал, по лицу катились слёзы рука, державшая пистолет, дрожала, и палец прыгал на спусковом крючке. Вот Игорь сглотнул, всхлипнул и неестественным металлическим голосом произнёс:
– И приговор тебе как убийце будет соответствующий...
Его палец придавил спусковой крючок, и я вдруг понял, что парень не шутит, что это не бездарная любительская игра одного актёра, а настоящий водевиль с пафосным переходом к драме.
"Тройное замедление!" - скомандовал я и, поджав по себя ноги, оттолкнулся, взмывая в длинном прыжке, надеясь обезоружить его и выяснить, наконец, в чём дело. Мой активатор пиликнул, я краем глаза заметил, как вспыхнул в ответ активатор Игоря, выстрел прогремел совсем рядом - сожри тебя цуцлик, неужели у тебя темпоральный дешифратор встроен?!
– экраны, хвала звёздам, сработали, пуля отклонилась и ушла куда-то вдаль, я поддел отшатнувшегося парня под подбородок.
Он вскинул голову, потерявшись на мгновение от удара, я резко ударил его по руке, держащей пистолет, сдавил запястье особым захватом, вывернул, и пистолет улетел в сторону. Игорь отступил, его рука описала полукруг, другая с быстротой молнии устремилась к моей груди, пальцы сложились клювом. "Слабоват пацанёнок, мало его Ковалёв гонял..." - мелькнуло в мыслях дурацкое, мы обменялись парочкой ударов, я поймал его за локоть, вывернул его, вонзая палец в нервный узел, схватил Игоря за ворот рубашки, сдавил так, что он засипел, и рванул на себя, выгибаясь в наклоне. Голень пронзила резкая острая боль, я сам едва не упал, но удержался, ударил Игоря головой о крышу дома и уселся на него сверху, прижимая его руки и ноги.
– А теперь говори, чей я убийца и чей друг!
– потребовал я грозно, увидев, что он очухался от удара и теперь кривится от боли. Поделом ему, наверняка он в меня и стрелял и со стены сбросил. Гнида...
– Ну?! Говори!
– Сдохни, убийца!
– выплюнул он мне в лицо, его глаза горели фанатичной ненавистью и яростью.
– Да с удовольствием, - честно признался я и отвесил ему хлёсткую пощёчину.
– Говори, давай, в чём дело! Я не шучу!
– Ты убил человека и у меня же спрашиваешь: кого?!
– расхохотался он мне в лицо и внезапно оскалился в жуткой гримасе.
– Не заговаривай зубы, подонок, не притворяйся невинным! На твоих руках кровь твоего друга, которого ты хладнокровно застрелил! Убийца! Убийца!! УБИЙЦА!!!