Куприян

Арцыбашев Михаил Петрович

Егор, с налитыми кровью глазами и перекошенным ртом, тяжело бежал по дорожке. — А… — только мычал он.

За ним бежали Битюгов и Семен.

— Держи! — кричали они Егору.

Куприян вдруг бросился навстречу Егору и со всей силы ударил его сапогом в живот.

— Ой-ой! —

закричал Егор плачущим голосом, роняя палку и сгибаясь в три погибели. — Держи-и!..

Битюгов налетел на Куприяна, но поскользнулся и упал. Семен попятился назад.

— Беги, Купря… ой, Господи! — голосила Матрена.

Куприян бросился бежать по огороду, прыгая через грядки.

«Эх, хоть бы Васька…» — подумал он.

Наперерез ему бежали мужики из Семенова огорода.

— Упустили… держи! — кричали они.

Куприян бежал изо всех сил, слыша, как сзади бегут Битюгов и Егор, оправившийся от удара.

«Не догонят», — задорно подумал Куприян.

Но в это время что-то ударило его по ногам и попалось под ногу. Куприян споткнулся и упал, едва успев подумать:

«Пропал!..»

— Вот так… держи! — крикнул Касьян Рыжий, бросивший ему под ноги палку.

В ту же минуту Куприян вскочил на ноги, но сзади на него навалился Егор.

Куприян хватил его локтем в лицо, но страшный удар по голове сшиб его самого с ног. У него все закружилось в глазах. Падая, он ударился лицом о чье-то колено, вскочил и опять упал, вцепившись пальцами в чей-то зипун. Удары посыпались на него градом. Кто-то со всей силы ударил его тяжелым сапогом в грудь, и что-то горячее хлынуло у него изо рта. Куприян закричал тоненьким голоском и, выпустив захваченную полу зипуна,

встал на четвереньки, чувствуя, как кровь течет у него по лицу и заливает глаза.

«Голову разбили…» — смутно мелькнуло в его сознании, и он снова упал.

Сквозь рев, удары, ругательства и сопение возившихся с ним мужиков он услышал еще голос, как ему показалось, Федора Гунявого, но на голову ему обрушилась с страшной силой какая-то гора, и земля попала ему в рот…

Над ним образовалась спутанная куча зипунов, лаптей, сапогов, поднимающихся и опускающихся кулаков…

Федор Гунявый, Мозявый, сотский Шпрунь и другие мужики действительно бежали со двора, от церкви, услышав пронзительный крик о помощи Матрены и рев пьяных, бешеных голосов. Им удалось растащить мужиков, возбужденных, красных и потных, с оборванными полами и бородами, но Куприян лежал ничком, подогнув голову, и уже не шевелился. Волосы его слиплись от крови и грязи.

Мужики, тяжело дыша, смущенные и испуганные, стояли вокруг.

— Ишь ты, — недоумело пробормотал Касьян Рыжий.

— Ах ты, грех-то какой! — ударил об полы Битюгов, оторопело рассматривая убитого. — Как же это так?

— Звери, не люди, — горько пробормотал Гунявый.

Вечером Васька узнал об этом и весь вечер плакал навзрыд, а потом напился и стал грозиться сжечь село.

— Один конец! — сквозь зубы кричал он. — Куда пойдешь? Где она, жисть-то?

— Молчи, заводский! — спокойно и сурово сказал Гунявый.

₁₉₀₂