Куноичи
Шрифт:
Сколько же он наблюдал за своей зазнобой? И где теперь этого влюблённого отлавливать?
Какие проблемы он принесёт городу и Тен-Тен лично?
От интервью у куноичи самоустраниться не вышло: Одри перешла на новый уровень саморекламы, и утянула французскую дочку в кадр вместе с собой. Говорила мадам Буржуа громко и быстро, так, что Тен-Тен не смогла бы вставить и слова, даже если бы хотела.
Но она не хотела. Вместо этого Тен-Тен наблюдала за вторым ребёнком этой неуёмной женщины. Блондиночка хорошо держала лицо перед камерами. Помогал и макияж: бледные от
Лука, паршивец, стоял неподалёку и просто наслаждался зрелищем. Одри таскала Тен-Тен, как большую плюшевую игрушку, которую родители пообещали выкинуть. Вот ребёнок и вцепился в давнего друга: смотрите, я о нём помню, его нельзя выкидывать, я хороший!
За всем этим эпатажем никто и не заметил, что статую открыли без её создателя и даже без Ледибаг. Журналисты, накормленные мадам Буржуа болтовнёй и красивыми кадрами, отваливались, словно пережравшие медицинские пиявки. Сакура как-то показывала этих жирных тварей: ну один в один бульварные писаки, жаждущие сенсаций.
Когда последний из журналистов ушёл, Одри словно выключили: очаровательная улыбка скрылась за поджатыми губами, нахмуренные брови скрывали огромные очки. Одри отошла от Хлои ко второй дочери и, пригнувшись, что-то сказала той. Блондиночка улыбнулась и с превосходством посмотрела в сторону Тен-Тен: вот видишь, никчёмная француженка, ты нужна матери только для красивого кадра.
Бедный ребёнок, сказала бы на это Такахаши. Потому что если ты не нужен человеку вроде Одри ради эффектного кадра, то тогда зачем ты вообще нужен в её красивой жизни?
Кот Нуар пропал ещё до того, как ушёл первый из журналистов. Тен-Тен знала, что Адриан едва вырвался из-под надзора отца этим утром, и не удивлялась краткому визиту одного из героев. Её интересовал другой вопрос: если даже суперзанятой Адриан нашёл время на открытие, несмотря на своё расписание и роту нянек, то почему же не пришла Маринетт? Ведь это была её статуя.
В конце концов, Одри, удерживая американскую дочурку за плечо, увела ту в сторону поджидающего лимузина. Мадам Буржуа даже не посмотрела в сторону французской дочери: то ли забыла о её существовании вне съёмок, то ли специально показывала своё отсутствующее отношение.
Тен-Тен предполагала, что у дамочки просто беда с головой. Потому что ни один актёр не смог бы столь правдоподобно сыграть забывчивость. На некоторых видео, где разговор заходил про ребёнка во Франции, Одри на самом деле по минуте не могла понять, о чём идёт речь. Мадам хмурилась, тёрла висок, кривила губы, и лишь спустя долгие секунды соображала, что от неё хотят. Будь здесь мир чакры, Тен-Тен бы грешила на ментальный блок; мир был обычным за исключением акум, и Такахаши
Хотя какая разница.
Тен-Тен запахнула пальто, развернулась, и пошла вперёд. Парк был хорош, а медленно умирающие листья и того лучше. Такахаши нравилось наблюдать за течением жизни, впитывать в себя каждое драгоценное мгновение спокойствия и свободы. Что в прошлом, что в этом мире таких минут было крайне мало.
Лука шёл следом. Тен-Тен мельком оглянулась на своего провожатого и досадливо скривилась: на лице парня было отчётливо написано желание завести разговор. Лука сопротивлялся этому как мог… но настроение всё равно оказалось безвозвратно испорчено. Хорошие мысли унёс ветер, стынущий для скорой зимы.
— Ну давай, морской мальчик, — подбодрила парня Тен-Тен. — Что тебя волнует?
— Я не хочу…
— Ты уже убил во мне всю романтику, так что говори, не стесняйся.
— В каком-то смысле, я про романтику и хотел поговорить.
Тен-Тен слегка замедлилась, чтобы поравняться с Лукой, и взяла парня под локоть. Куффен подставил его, словно они с девушкой гуляли подобным образом каждый день последние десять лет. Естественно и не задумываясь.
— Дело в том, что ты сказала Адриану.
Тен-Тен кивнула. Вот оно в чём дело, в её словах про помолвку. Реакция Луки в тот момент была не вполне ожидаемой, учитывая его гипотетический возраст, однако очень хорошо читалась. Морской мальчик страстно хотел отношений, но при этом совершенно не собирался их заводить.
Это было… понятно. По крайней мере для Тен-Тен. Она и сама бы относилась к всевозможным связям с большой долей скепсиса, если бы могла в любой момент отмотать время назад по собственному усмотрению. Сложно даже представить, как себя чувствовал Лука: вот только что он обнимался с любовью всей своей жизни, а в следующий момент дорога времени развернулась, и дама сердца о тебе даже не подозревает.
Жутковато.
С другой стороны, Лука как никто другой должен был наслаждаться каждым доступным моментом. Ведь неизвестно, как долго продлится твоё счастье, и встретишься ли ты с этой радостью снова. Однако Куффен был из той же породы, что и Неджи, первая любовь Такахаши: в вопросах чувств тот предпочитал выжидать, пока это возможно, и действовать лишь в последний момент.
Только вот иногда этот момент так и не наступал. Как это вышло у Неджи. Он просто слишком рано и слишком неожиданно умер.
Поэтому Тен-Тен просто погладила Луку по руке и успокаивающе улыбнулась.
— Давай поговорим про это потом, — предложила она, видя облегчение в глазах напротив. — Как минимум, когда закончим с Бражником. А сейчас мне нужно предупредить котёнка про акуму. Рассказывай всё, что знаешь, морской мальчик.
***
Маринетт совершенно точно не собиралась делать того, что она сделала. Но сделала, и теперь ужасно об этом жалела. Телефон Адриана в её руках жёг ладони, как маленький раскалённый уголёк. Укор Альи, сидящей напротив, так же жёг душу и совесть.