Куноичи

Лавгуд Виктория

Тен-Тен приняла их решение, и сама оборвала все нити. И не ощущала ничего, кроме запоздалого облегчения: увядшие цветы на могиле Неджи и венки около Мемориального Камня волновали её больше жизненных тревог собственных потомков. Тен-Тен просто не понимала бытовых проблем, зачерствев в боях, как забытая под тумбой рисовая лепёшка.

— Не знаю, что у тебя там была за история, — продолжал Плагг, — но теперь она продолжается здесь. И в этом мире ты очень-очень нужна, ты не представляешь насколько.

— А если бы я не захотела помогать? Что тогда?

Плагг коротко хохотнул,

снова укладываясь в компактный комочек. Хвостом он прикрыл мордочку, и хитрые зелёные глаза смотрели на Тен-Тен, частично скрытые этой чёрной преградой.

— Не захотела бы помогать моему котёнку? Правда? Я видел, как ты на него смотрела. Как на собственного ребёнка, да?

Тен-Тен слабо улыбнулась и потёрла лоб. Адриан был воплощением её прошлого, её жизни, того, что было ей дорого. Он весь словно состоял из приятных и важных для неё пазлов. Был живым напоминанием о драгоценных моментах её памяти.

— Я была плохой матерью, — сказала в итоге Такахаши. — И вряд ли смогу… заменить мать Адриану. Да и не хочу.

Она была просто не готова брать на себя такую ответственность. Но при этом она бы могла быть рядом с Адрианом, советовать ему что-то, защищать, утешать… и ещё многое другое.

Плагга это устраивало.

— Этого и не требуется, — сказал он, закрывая глаза. — Просто помоги ему. Потому что без тебя моему котёнку не выжить.

***

(1) Лемурия — Мифический континент; по разным источникам, он был до Атлантиды или же после неё.

(2) Кумари Кандам — Мифическая праматерь-земля для индусов.

(3) Нурарихён — Предводитель Парада Сотни Демонов в Японской мифолоогии. Он настолько страшен, что сознание человека игнорирует его, просто не видит, чтобы себя не травмировать. В итоге Нурарихён, этот ужасный демон, промышлял тем, что шлялся по чужим домам и съедал всё, что было в погребах.

Глава 17. Агрест

Ждать конца урока Адриана было просто ужасно. Тен-Тен не могла ни посидеть, ни полежать спокойно — вокруг, точно жирная назойливая муха, вился Плагг. Момент взрослости и древности у квами прошёл, и на поверхность вынырнуло шило, присущее исключительно детям. Котёнок метался из стороны в сторону: то ложился на подушки, то летал за пылинками в воздухе, то тормошил Тен-Тен, чтобы она гладила чёрную спинку. Такахаши успела прослушать лекцию о пользе сыра для квами, — исключительно надуманную, как девушка поняла в итоге, — узнать про многообразие сортов и даже попробовать некоторые из них. Не то чтобы она хотела этого; просто Плагг был очень щедрым, и обижать его отказом не было никакого желания.

Наблюдая за волшебным котом, Тен-Тен поняла, что его форма ненастоящая. Плагг, если задумывался или же слишком сильно жестикулировал, начинал… пожалуй, самый лучший термин в этом случае — «плыть». Его форма текла, словно состояла из нагревающегося воска, обнажая нечто, что Тен-Тен никак не могла рассмотреть.

— Не вглядывайся особо, — посоветовал Плагг, заметив интерес к собственной тушке.

— Или

что?

— По-разному. Некоторые сходили с ума, другие теряли зрение. Ты ментально крепкая, так что, скорее всего, просто повредишь глаза. Люди неспособны увидеть настоящий облик квами.

Спрашивать, безопасно ли Адриану быть рядом с Плаггом, Тен-Тен не стала. Раз квами сказал раньше, что вреда он Агресту не причинит, значит так и будет. У неё не находилось причин не верить воплощённому разрушению на слово.

Минуты тянулись, словно каждую из них держали за хвост. Тен-Тен потеряла надежду на то, что Плагг в итоге успокоится, и мрачно отсчитывала секунды своего заключения в мягкой кровати. Однако терпение у Такахаши кончилось раньше, чем Адриан вернулся с урока: репетитор, видимо, решил возместить минуты, потерянные на десять «пописать», и задержал парня у себя.

Поэтому Тен-Тен встала с кровати, потянулась и проверила одежду. Кардиган, — совершенно целый и чистый, ни капли крови на светлой шерсти, — лежал у неё в ногах. А она поначалу и не заметила. Остальная одежда была на ней сразу: видимо, Адриан постеснялся её раздевать.

Плагг, едва Тен-Тен встала, взлетел в воздух и принялся кружить около её головы. Квами был спутником, сопровождающим её растрепавшийся пучок.

— Мы гулять?

— Пройтись. Вроде бы Хлоя была частым гостем в этом доме. Думаю, ничего страшного, если я попадусь кому-нибудь в коридоре без сопровождения.

— Я с тобой.

Котёнок забрался ей прямо в пучок. Ощущение было не самым приятным: словно у Тен-Тен в волосах поселился огромный жук. Дождавшись, пока Плагг утопчется и устроится в гнезде её волос, Такахаши надела кардиган и обулась.

— Тебе удобно? — спросила она у квами, пока натягивала балетки.

Она совершенно точно была обута по-другому, в неплохие туфельки на низком каблуке. Но, поскольку их рядом не было, — как и другой обуви, — то приходилось ограничиваться тем, что имелось под рукой.

Плагг ещё немного повозился, прежде чем окончательно замереть.

— Никто у меня этого никогда не спрашивал, знаешь? Адриан вообще суёт меня под мышку.

— Бедняга.

— Это да. Хорошо ещё, что он парень чистоплотный.

Тен-Тен не сдержала улыбки. Да уж, будни всесильного существа. Даже не позавидуешь такой судьбе, если честно.

Она вышла из комнаты, напоследок посмотревшись в зеркало. Выглядела Хлоя, как всегда, практически идеально: очень уж повезло Тен-Тен с новым телом и лицом. Даже без профессионального ухода или косметики она оставалась на высоте.

Плагга в волосах видно не было. Котёнок, видимо, соорудил вокруг себя защиту из волос, потому что пучок светлых волос смотрелся больше, чем раньше. Тен-Тен слегка покачала головой, проверяя крепкость причёски, но никаких проблем не обнаружила. Отлично.

Коридор разительно отличался от комнаты Адриана: здесь не было подростковости и властвовал минимализм. Тен-Тен погладила серо-голубую стену и вдохнула, ощущая запах недавнего ремонта. Вероятно, Габриэль решил обновить дом изнутри после смерти Эмили: на старых фотографиях Адриана и Хлои Такахаши видела совсем другой интерьер.