Кумир
Шрифт:
— Ну да.
— Что, например?
— Ну, Америка. Верность идеалам. Стране.
— Что вы хотите сказать?
— А то, что эти вещи значат для него больше, чем власть.
— А чего это вы вдруг заговорили о власти?
— Это вы заговорили.
— Я? Ничего подобного.
— Нет, вы!
— Я говорил об амбициях.
— Ну конечно. Амбиции.— Салли наполовину осушила третий бокал виски с содовой. На этой стадии граница между "властью" и "амбициями" казалась ей весьма зыбкой.
— У меня нет жены-шизофренички,—
— Терри — человек, который не нарушает своих обещаний.
— А может, он все еще ее любит? Салли вздрогнула.
— Да, может, и так,— произнесла она тихо, поглядев на зажатый в руке бокал.
— А может, он знает: пока Харриет остается его женой, то не имеет права давать против него никаких показаний?
Она слабо улыбнулась:
— Может, так. Может, нет…— Подумав, она решила уточнить:— А какие показания она может дать?
Но Росс уже переменил тему беседы.
— Он ведь не баллотировался в сенат?
— Не баллотировался. Его назначили. И что?
— А почему именно его?
— Ну, Везерби попал в тюрьму. Нужен был кто-то на его место…
— Это я знаю. Но почему все-таки этим кем-то стал Терри Фэллон?
— Терри уже был в конгрессе. Он подходил по всем статьям. И они…— Салли пожала плечами.
— Но были же и другие кандидаты? У кого стаж пребывания в палате был дольше. Почему выбор пал на Терри?
— Ну, он был…
— А почему Везерби проходил через ABSCAM?
Салли принялась хохотать: казалось, она вот-вот потеряет равновесие и упадет с кровати.
— Да это же мошенник! И вдобавок ура-патриот, каких мало…
— Но ведь они-то всего этого не знали, пока он не попал к ним в сети! Сенаторов сто, а отлавливали почему-то его одного?
— Не знаю, почему они выбрали именно Калеба. Но меня лично это вполне устраивало…— Салли уже с трудом выговаривала слова: ее удивляло, как быстро шотландское виски ударило ей в голову. До чего все же приятно и беззаботно было ей с этим человеком.
— Салли,— продолжал он настойчиво,— вы и на самом деле не знаете, почему остановились на Везерби? Посмотрите мне в глаза. Ну!…
Она сделала, как просил Росс. Затем, заморгав и неуклюже разведя руками, с улыбкой взмолилась:
— Сдаюсь! Не знаю. Говорите же!
— Это Фэллон заложил Везерби! — жестко произнес он.
Салли по-прежнему продолжала моргать, сидя на кровати, как будто словам требовалось время, чтобы до нее дошел их истинный смысл. Потом глаза ее сузились: похоже, она начинала понимать услышанное. Голосом, едва слышным, Салли выдохнула:
— Что?
— Фэллон был у О'Брайена и донес, что Везерби берет взятки от нефтедобытчиков, не имеющих лицензий. Тогда ФБР поставило ловушку — и он влип.
Салли покрутила головой.
— Нет, это неправда.— Она пожала плечами.
Росс задрал свитер и вытащил из-под резинки тренировочных брюк бумаги, которые он там держал.
— Вот тут памятка из личного досье О'Брайена, где подтверждается факт посещения. А это страничка из его дневника. Тут то же имя — обведено кружком, видите?
Салли прищурилась, пытаясь увидеть его через алкогольный туман.
— А зачем О'Брайену все это записывать?
— Как возможный повод. Визит Фэллона дал нам такой повод. А памятка понадобилась О'Брайену на тот случай, если бы ловушку раскрыли и ему пришлось за нее отвечать.— Росс потянулся за бумагами.— Виноват, но они мне нужны.
Когда Салли передавала ему документы, ее рука заметно дрожала. И голос тоже.
— Но если Терри даже так и поступил, то он все-таки… не был неправ.
— Салли, давайте посмотрим на это дело вместе.— Росс присел на край кровати, и Салли тут же отодвинулась поближе к изголовью, чтобы освободить ему побольше места.— Мне известно, что до Фэллона вы работали на Везерби…
В комнате повисло долгое зловещее молчание. Большими испуганными, как у девочки, глазами Салли смотрела на Росса.
— Простите меня,— тихо произнес он,— мне правда нужно знать, использовал ли Фэллон как-то свою… свою связь с вами?
Она повернула лицо к свету, закрыла глаза и еле слышно прошептала:
— Нет… Господи… нет.
Росс наклонился к ней, чтобы как-то ее успокоить, но Салли резко отодвинулась, сжавшись в комок.
— Послушайте, у меня нехорошее предчувствие. Должно произойти что-то ужасное. И я… я не хочу, чтобы в результате пострадали вы.
Вид у Салли был жалкий и беспомощный. Росс попытался погладить ее.
— Пожалуйста,— попросила она,— не надо этого.
Он тут же отдернул руку.
— Да я только хотел…
— О, пожалуйста. Оставьте меня одну.
Росс сложил бумаги, надел кроссовки и бесшумно удалился.
Салли еще долго лежала без движения, в той же самой позе. Вот, значит, он какой. Обманщик. Все они обманщики. А она — просто чувствительная дура. Решила, что ему от нее ничего не надо.
21.00.
Приземлившись в международном аэропорту Балтимора, Манкузо сразу же направился к стойке компании "Херт" [120] , оформил напрокат машину и доехал до "Холидэй Инн" по Второй автостраде. Мотель был выдержан в старомодном духе: два ряда небольших, выкрашенных снаружи зеленой краской и соединенных между собою одноместных номеров. С обеих сторон — автостоянки. Манкузо припарковался, взял свой саквояж и зашел в гостиницу. У стойки его встретила невысокая рыжеволосая администраторша.
120
Известная международная компания по прокату легковых автомашин.