Култи
Шрифт:
— Мне нужно вернуться.
Именно это я и сделала.
В восемь часов вечера на моем мобильном раздался сигнал входящего сообщения.
Со своего места на диване, положив ноги на кофейный столик, я взглянула на экран телефона и увидела, как на нем высветилось имя — «Немецкий шоколадный торт».
Я вернулась к просмотру своего шоу. Он бы позвонил, если бы речь шла о жизни или смерти, но он не позвонил.
В пять часов вечера следующего дня мой телефон снова запищал, просигналив о входящем
Теперь он снова писал мне.
— Они заполучили твой номер телефона? — спросил Марк, пока вел машину.
Я положила телефон обратно между ног и покачала головой. Марк уже знал о творящемся на тренировках безумии с репортерами и о тайне, стоящей за водительскими правами Култи. Он предупреждал меня, что это только вопрос времени, когда кто-то из репортеров придет в отчаяние и позвонит мне, тем более, что мы с Дженни были единственными игроками команды, у которых были совместные фотографии с Култи, опубликованные в интернете.
— Нет. — Я улыбнулась своему другу и, прежде чем поняла, что, черт возьми, говорю, сказала: — Ошиблись номером.
— Ты закончила?
Я закинула сумку на плечо и выпрямилась, вытирая лоб тыльной стороной ладони.
— Мне нужно ехать на работу.
У Немца на плече висела его собственная сумка. Его красивое, красивое лицо было напряжено, когда он провел рукой по волосам.
Я приподняла брови, заставила себя улыбнуться и повернулась, чтобы идти. Култи резко схватил меня за запястье, останавливая на месте.
— Сал, — прошипел он, поворачивая меня лицом к себе.
Я вздохнула через нос и откинула голову назад, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Култи, мне пора на работу.
Его голова дернулась назад, уголок щеки округлился, будто он засунул туда язык.
— Култи, серьезно?
— Это ведь твое имя, не так ли? — Я попыталась высвободить руку из его хватки, не отрывая взгляда от этих зелено-карих глаз, которые сегодня казались светлее, чем обычно.
— Послушай, мне действительно нужно на работу. Мне нужна работа, чтобы оплачивать счета. — Возможно, моя улыбка стала немного снисходительной, немного самодовольной и чуть-чуть стервозной.
— Ты не должна давать мне такую власть. Не позволяй мне злить тебя. — Он наклонился ко мне, и мне пришлось бороться с желанием закатить глаза.
— Чего я не должна делать, так это тратить свое время на кого-то с проблемами поведения и отношения к людям.
Адамово яблоко Култи дернулось, он пристально посмотрел на меня, не торопясь с ответом. Следующие его слова были спокойными и твердыми.
— Раньше я зарабатывал больше денег за день, чем большинство людей, и ты не единственная…
Это совсем не помогало. Мой глаз дернулся.
— Да, ты
Он явно не привык, чтобы его называли идиотом, это я могла сказать по выражению его лица, но сейчас мне было уже все равно.
— Я работала так же усердно, как и ты, чтобы добраться туда, где я сейчас. То, что я не зарабатываю столько денег, сколько ты, не значит, что я меньше стою.
Култи покачал головой.
— Я никогда этого не говорил.
— Ну, будь уверен, все выглядело именно так. Ты с пол пинка заставил меня чувствовать себя вот такой маленькой из-за того, что у меня есть другая работа, — сказала я ему, держа большой и указательный пальцы примерно в сантиметре друг от друга.
— Сал, — пробурчал он мое имя.
Я удивленно приподняла бровь.
— Я занимаюсь ландшафтным дизайном. Ты это знал? Потому что ты никогда не спрашивал, но, думаю, тебе стоит знать об этом, даже если ты и не спрашивал. Извини, но я не жалею, что не могу соответствовать твоим стандартам.
— Каким стандартам?
— Твоим стандартам. Я не могу давать тебе советы, потому что слишком молода? Или дело в том, что я бедная? Подожди, это потому, что я девушка. Так ведь?
— Почему ты так зациклилась на этом? Я не это имел в виду.
Это заставило меня резко рассмеяться.
— Ты действительно думаешь, что если бы мы поменялись ролями, ты не ответил бы на мое дерьмовое поведение чем-то подобным, если не хуже? Серьезно? — Он наверняка велел бы мне есть дерьмо и поцеловать его в задницу, и это версия развития событий, скажем так, имеет подростковый рейтинг. Судя по тому, как его язык ткнулся в щеку, он знал, что я права.
Я мягко отдернула руку, и на этот раз он позволил мне освободиться.
— Послушай, я сейчас не в настроении с тобой разговаривать. Ты не можешь вымещать свой гнев на мне и ожидать, что я сделаю вид, будто так и надо. Дело в том, что я никогда ни с кем не буду разговаривать так, как ты говорил со мной. Я думала, что мы друзья, и это моя ошибка. Я не хочу дружить с тем, кто смотрит на меня свысока. Мне действительно нужно на работу. — Я сделала пару шагов назад и улыбнулась ему, хоть и не чувствовала желания улыбаться. — Я поговорю с тобой позже.
Я понятия не имела, ответил ли он мне или что он ответил, потому что ушла. Я не врала. У нас с Марком действительно было много работы.
Я уставилась на изображения в планшете.
— Это?
Это я была на фотографиях? Да, это я. Сжав руки и зажав их между бедер, я отвернулась от фотографий, сделанных прямо перед зданием, в котором находился кабинет моего врача.
На первой фотографии, которую мне показали, я шла рядом с Култи, опустив голову. На второй — я стояла у его машины прямо перед тем, как сесть в нее, а на третьей было видно, как я сажусь, в то время как Немец стоит слишком близко позади меня.