Кукумария

Ясенева Яна

Машенька уже стала пятнадцатилетней девушкой, с упругой небольшой грудью, налитым как яблочко телом, приятной фигурой, и аккуратными очаровательными ножками. Она не любила длинные волосы – уж больно много с ними возни, свои достаточно густые темно-русые подстригала чуть выше каре. Но лицо было простым, не симпатичным. Несмотря на это самомнение у Машки было на высоте, и эгоизм переходил иногда все дозволенные границы.

Она давно уже перестала хулиганить, все ее друзья переросли этот возраст, многие встречались с девочками или вплотную занимались

учёбой.

У Маши никого не было, потому что она Кукумария, свой парень, браток, но не симпатичная девушка. Так видели ее со стороны, но сама для себя она была королевой.

Маша задумывалась о том, хочет ли она уже любви, внимания, чтобы рядом парнишка был, но однозначного ответа для себя не нашла.

– Как там твоя подружка, Анжела. Что нового? Куда собирается поступать? – Спрашивала Вера

– Да фиг ее знает, у нее сейчас любофф.– спокойно ответила Маша, – походу они с парнем уже из кровати не вылезают.

– О Господи. Надеюсь ты благоразумна в этом плане. У тебя никого нет? – испугалась Вера

– Не боись, твоих ошибок я не совершу.

– Машка, прекрати со мной так разговаривать, я не подружка тебе, а мать! Я тебя, между прочим, родила не рано, а в двадцать два года,– разозлилась Вера, – а если он ей ребёнка сделает, что тогда?

– А презики на что? В конце концов на аборт сходит. Сейчас одна таблетка и все! – ответила Машка

– Реально ты ку-ку, без башки, – такое говорить, скажи честно, ты уже спала с парнем? – не успокаивалась мать.

– Ну хватит мама, нет у меня никого, нет, – прокричала Машка и хлопнула дверью.

Она решила пройтись по набережной города, речке спуститься. Помочить ноги. Уже было тепло.

"Заведу любовника богатого, чтобы машину купил мне, квартиру оплачивал" – думала Маша. Мысли ее напоминали тараканов, которые жили в мозгах и перебегали с одного полушария в другое. Мечты ее были чересчур взрослыми, а выглядела она до сих пор как пацанка: джинсы, кроссовки, майка безразмерная, типа оверсайз, отсутствие макияжа, невыразительное лицо. Для начала 2000 это не норма. Нужно было наряжаться в платья, юбки, иметь боевой раскрасс. А она – абсолютная моль. Однако Кукумария этого не замечала.

Машка поступила в медицинский колледж, удивительно на бесплатное отделение. Химию сдала на отлично.

В группе с ней училось десять мальчиков и двенадцать девочек. Девочки ходили в колледж красотками, мальчишки на них заглядывались. На Машку особо внимания не обращали, но и не обижали, она же "свой парень". Обязательным условием обучения было ношение на занятиях спецодежды: медицинского халата, шапочки. "Ну и зачем мне наряжаться, под халатом все равно не видно", – считала Маша.

Когда происходило знакомство внутри группы студенты спрашивали:

– Тебя наверное кукушкой звали в школе?

– Не угадали, думайте лучшее, – отвечала Машка.

Студенты гадали: "кукуха", "кука", "кума"

– Мое подпольное имя – Кукумария, – с гордостью произнесла Маша. Она на это прозвище не обижалась. Это имя – ее талисман, такого прозвища

не у кого не было.

Маша училась неплохо, в на старших курсах ей хорошо давались предметы: генетика, анатомия человека, вирусология, фармакология.

Первую сессию Маша сдала без троек, чем очень обрадовала Веру.

– Молодец доченька, давай так и дальше!– радовалась Вера.

– Постараюсь мам, – отвечала Маша.

Вера надеялась, что поступив в колледж, Маша станет к ней более уважительно относиться.

Первая практика была в самом колледже, студенты отрабатывали навыки оказания первой помощи, умение поставить уколы. С использованием необходимого инструментария учащиеся практиковали необходимые навыки на муляжах и манекенах.

В течение учебного года Маша поняла, что ей нравится одногруппник Дмитрий Нагорнов. Высокий, симпатичный парень, с густыми темными волосами, модной удлинённой стрижкой. Он был весёлый, компанейский, но знаки внимания девушке не оказывал. Дмитрий поглядывал на Татьяну Логинову, высокую брюнетку, с длинными волосами, модельной внешности.

– Ни жопы, ни сиськи, – сказала как-то Машка ей, – когда та намекнула, что она выглядит как пацан.

– Сейчас такие фигуры в моде, девочка, а вот тебе научиться пользоваться косметикой хотя бы надо, – подколола ее Таня.

– Где ее взять, ты же всю выкупила и на морду нанесла, – отвечала ей Машка, под дружный ржач студентов. Их забавляла эта перепалка.

Не любила Логинову Машка, ой не любила… Видела как Димка поглядывает в сторону Таньки и ее это задевало. Не так давно, на практическом занятии Таня делала искусственное дыхание манекену, Димка крикнул ей:

– Как бы я сейчас хотел оказаться этим манекеном!

– Еще чего захотел, – пошутила Таня, мило улыбаясь ему.

В Маше так взыграла ревность, что она аж покраснела, никогда не испытывала чувств ни к кому, а тут прям вывели из равновесия. Она уже продумывала план как окунуть в унитаз милую головку Танечки. Но сдержалась в этот раз.

Дима же на Кукумарию внимания не обращал, от слова совсем. Если другие мальчики общались с ней, то Дима даже не всегда здоровался.

У Маши появились две подружки в группе. Лена Абрамова и Кристина Василевская. С дворовыми друзьями жизнь потихоньку разводила Машку в разные стороны, а здесь прям как она считала: "Хорошая замена старым друзьям". Машке удобно было с ними дружить, на фоне их она не проигрывала по внешности, кроме того девчонки ее признавали своим лидером, что льстило Маше.

Лена Абрамова жила в Ангарске. Из обычной семьи, скромная, невзрачная, худенькая и очень маленького роста. Ей на вид можно было дать не более четырнадцати лет.

Кристина жила в Иркутске долгое время. Сейчас с родителями переехали в Ангарск, какие обстоятельства привели к переезду из областного центра в периферию – история умалчивает. Она была очень высокой, крупной, с косой до пояса, большой грудью, крупной попой. Когда они троем шли, Логинова смеялась:

– Лесенка дурачков пошла.