Кукольный домик
Шрифт:
Придётся признать, что Аш был бы неплохим проводником по землям Штагры, а он, как назло, куда-то пропал.
Энейя присела на пень и принялась думать, но мысли лишь бродили по кругу. Времени у неё много, путешествует она налегке, в пище и воде не нуждается, а значит может выдвигаться напролом и прямо сейчас. И проведёт нескончаемые месяцы в опасных дебрях демонического логова вместо шести быстротечных дней.
Она выругалась и сжала кулаки так, что судорога вновь прокатилась по всей левой руке от кончиков пальцев до самого плеча, уходя куда-то глубоко к шее. Она разжала
Она встала с пня, на котором сидела, обратилась к своей внутренней злости, закричала во весь голос и одним заклинанием разнесла пень в крупные щепки. Выдохнула.
Ей не нужно было так кричать, но такое приятное тепло разливается после вымещенной злобы в теле, что она не могла отказать себе в подобном удовольствии. Вспоминая про удовольствие, она вдруг вспомнила грубые руки на её теле и похотливые взгляды.
— Что же с твоей головой творится?
Она нашла щепку нужного размера — чуть больше чем с кулак, достала нож с пояса, уселась на новый пень и принялась строгать, выстругивая себе гребешок. Вдруг пока она будет строгать, и проблемы её решатся? Как добраться до Ишиана Рихара, она пока не знала, а как волосы расчесать, знала, ну вот и нужно браться только за то, что знаешь.
Встав, она пошла к лесной черте и долго ходила, на ходу выстругивая зубец за зубцом. Солнце ползло, а у неё всё ещё никаких мыслей. Свобода от Като радовала, свобода от наставницы… Тоже радовала, хоть это и пугало Энейю. Ощущение бесконечности времени и неотвратимости выполнения её цели успокаивало, и даже факт пребывания в этом гадюшнике её перестал на время тревожить.
К вечеру она вырезала гребешок нужной ей формы, после прошлась ещё парой чар, чтобы убрать трещинки, неровности и шероховатости, вновь вернулась к крепости, прошла на свой заслуженный второй этаж под косые взоры оставшихся четырёх работяг, и принялась расчёсывать волосы.
О том, что будет с наставницей, ЛеиЕна, ЛеиМаорМаэ и дальнейшей её судьбой, она старалась не думать и у неё это, к сожалению, прекрасно получалось.
— Нода —
Тьма заливала лес. В сумеречном зрении лишь серые тона да гнетущая тишина. Во тьме, среди вечнозелёных деревьев, сидела императрица эльфов, поджав ноги под себя и устроив на коленях тонкую саблю.
Мрака занялся своей игрой, свой шанс она сознательно пресекла, демоны концентрируются в Бруме и бить их по периметру немного надоело, графство Врана в лютой вражде и ничего интересного там обычно не происходит. Сгонять за Огненную Гряду что ли?
Нода почуяла Като сразу, но не подала виду, сознательно думая что-то отстранённое. Он оказался проворнее, чем думалось полуэльфийке и нашёл её раньше.
Ждать, всё ещё ждать, ничего не предпринимая, даже не доставая саблю из ножен. Сердце её билось так же ровно, мысли шли привычной вереницей.
Тьма разошлась по швам, лязгнуло железо, полетели искры и тишина.
Полуэльфийка с удивлением обнаружила, что один из её оберегов перестал работать. Встав, она
Тьма взорвалась во второй раз. Аморфное нечто, сплошь состоящее из алых тряпок, вынырнуло, нанося восемь ударов. От пяти Нода уклонилась, три отбила, нанесла несколько выпадов и активировала амулет.
Като застыл на мгновение, глаза его сверкнули в темноте. Клинки вновь пришли в движение.
Слева, сверху, снова слева, два справа, подсечка, опять сверху. Он её теснил, не замечая, что петля на его шее медленно затягивается. Охранные чары активированы, бурлящий поток силы заполнил само пространство — ему не уйти.
Нода атаковала, вкладывая в клинок тёмную магию, пару раз швырнула иглу, убеждаясь, что ловкий Като играючи уходит от её приёмов. Ждать оставалось недолго. Первые два контура заработали, третий начинал функционировать.
В один момент случилось странное. Когда заклинание уже готово было связать наглеца по рукам и ногам он исчез вопреки шторму, бушующему в астрале. В то же мгновение Нода учуяла последний штрих чужого заклинания, но то было сработано настолько мастерски, что заблокировать его не вышло бы никому — она осталась без оберегов.
Нода на мгновение опешила, в следующее сообразила, что исчезновение не было уходом в подпространство, это был просто отвод глаз. В то же время все обереги Ноды были сломаны, все четыре хитроумные защиты разрушены. Она определённо недооценила противника, а Като исчез исключительно для неё, пользуясь примитивными псионическими приёмчиками.
И этого мгновения было достаточно, чтобы алый карлик появился перед самым носом, никуда не пропадая, а лишь накладывая хитроумную иллюзию, которую не враз получилось императрице эльфов разгадать. Клинок снизу вверх взлетел, стараясь остриём вспороть живот. Нода напряглась, отталкиваясь назад, глядя в большие алые глаза и видя в них своё удивлённое отражение.
Боль полоснула, ошпарила, взбодрила. Лезвие вспороло кожу, прошлось по рёбрам и прошелестело совсем рядом с шеей, задевая мочку уха, разрезая её на две равные части. Звякнула звеньями цепочка на шее, взмывая в воздух.
Императрица эльфов замерла от сковавшей её боли и запустила чары.
Като растянулся в прыжке, одним ятаганом стараясь достать полуэльфийку, которая неуклюже выставила саблю, приходя в себя после удара: тело сковывал яд и три проклятья. Все силы уходили на то, чтобы оставаться в сознании.
Тьма сгустилась вокруг него, образуя купол.
С излишком вкладывая силы, Нода захлопывала ловушку, затягивая удавку, не обращая внимания на расползающийся по телу яд — она успеет спасти тело, она всегда успевала. Если Като сейчас воспользуется своим перемещением — останется расчленённым лежать на этой же траве. Если же не воспользуется… Нода внутри ухмылялась.
Ятаган Като коснулся кольца, вращающегося в воздухе. Шлейф крови брызнул Ноде прямо в лицо. Глаза закрылись, осталось лишь астральное зрение, в котором угасала аура Като. На траве были следы алого карлика, но не его самого. В астрале тоже было месиво, однако душа опасного создания всё ещё была на свободе.