Кукольный домик
Шрифт:
Баргур пожал плечами и принялся делать то, что говорит Ворвус. Из них двоих Ворвус был за старшего, а приказы старшего не обсуждались. И сейчас, даже не понимая, что происходит, Баргур был рад, что ему нужно лишь подчиняться.
Он трудился долго, пока дерево с треском не повалилось. Ворвус подошёл к нему, окидывая при свете факела его труды.
— Оно гореть не будет, — предупредил Баргур. — Дерево живое.
— Нам и не надо. Сруби ветвей как можно больше, которые ветвистый. Ветвистые ветви? Я всё верно говорю?
— Да даже если и нет, —
— Мне нужна вершина дерева, э-э, верхушка. Её тащи сюда, — он посветил факелом, освещая расчищенную от снега площадку. Там было множество скрытых под снегом сухих и местами гнилых листьев. Гнилые были собраны в одну кучу, сухие в другую. — Ещё мне нужно много ветки, ну ты меня понял.
Целую часть они трудились, обрезали лишние ветви, переплетали их воедино, осыпали гнильём и снегом, пока не получилось нечто, похожее на шалаш с сухой листвой и постилкой из веток внизу. Ворвус извлёк из мешка шерстяной плед, постелил его на землю и двое вояк улеглись в импровизированном убежище.
— Нам нужны силы, чтобы продолжить поиски или выбраться, — пояснил Ворвус. — Думать о том, почему мы так попасть, будем потом, когда выбраться из этот странный лес.
— Охотно поддерживаю, — буркнул Баргур. — Я думаю можно не выставлять караул, тут и так никого нет, кого можно было бы, к примеру, съесть.
Ворвус повернулся на бок, подставив тёплую спину. Баргур прижался к спине товарища и услышал, как Ворвус мгновенно захрапел. Баргур в очередной раз удивился выдержке этого парня, потому как сам не мог унять колотящееся сердце. Это было непривычно: обычно был враг, которого можно было бить, а здесь врагом оказался лес, который будто бы не выпускал их. Что делать с врагом Баргур знал очень хорошо. Что делать с лесом, он не знал и не мог даже догадаться.
Было холодно, ноги и руки мёрзли, однако силы так же покидали следопыта и в конце-концов он сдался. Спал он чутко, чувствуя дыхание Ворвуса за спиной, чувствуя дуновения холодного ветра, запах подгнившей листвы. Баргур не ворочался — помогала армейская муштровка. Палки впивались через шерстяную постилку в бока, руки и ноги немели, но Баргур не менял положения, заставляя себя продолжать дремать.
Как только стало светлеть он с облегчением открыл глаза и обнаружил себя разбитым. Не совершенно, но прилично. Ворвус проснулся тут же следом и казался таким же бодрым, как и вчера, хотя это могло только казаться следопыту.
— Что дальше будем делать? — задал Баргур насущный вопрос.
— Будем искать, — пожал плечами Ворвус, а Баргур лишь изобразил удивление на лице. Ворвус продолжил: — Нам нужно искать и найти выход, — стал он разъяснять. — Мне преподавать физику в прошлом, науку такую о природе вещей. В природе нет бесконечных вещей. Запомни это место. Ель, клён и ещё это… Как это дерево зовётся?
— Хер его знает, я такого не знаю, — буркнул Баргур.
— Будем идти вперёд по солнцу пока не прийти опять сюда, — заявил Ворвус и из его уст звучало как план, но
Они покушали и еды у них больше не осталось, как и воды. Если они не найдут выход быстро, то так и умрут тут с голоду. Ни ягод, ни грибов, ни зверья в лесу не было. Вообще ничего — это пугало пуще всяких гнилых кабанов.
Отправившись в дорогу, они постоянно сверялись с тем, правильно ли движутся и движутся ли они в одном направлении, либо ходят кругами. Ветра не было, воздух был холоден и свеж, туч над головой не было тоже. Будто насмешка, что вот вам три дерева — блуждайте до скончания времён.
— Попали так попали, — бурчал Баргур после нескольких частей пути. Ему снова захотелось есть, а есть было нечего, разве что кору жевать. Вскоре он так и сделал и рот его наполнился горьким вкусом бересты.
— Гарри бы точно выбрался, — вздохнул Ворвус. — Идём уже пятую часть, а всё ничего.
— Так позови своего Гарри на помощь, — усмехнулся Баргур. — Вдруг он придёт и нас спасёт?
— Это не сказка и он не волшебник, чтоб вот так заявляться, — нахмурился Ворвус. — Не обижай Гарри и не приписывай ему лишний, — совершенно серьёзно пригрозил приятель.
Баргур шёл какое-то время молча. Ни единого звука, ни единого шороха и никаких следов того, что они ходят кругами или хотя бы идут в правильном направлении. Всё, это конец? Ему уже хотелось пить, особенно пожевав бересты. Пить можно было разве что снег, а снег был чересчур холодным. Голод так же усиливался с течением времени, и чем дальше, тем больше Баргура одолевало отчаяние.
— А что нам ещё остаётся делать? Нужно его звать, — вздохнул он с сожалением.
— Не ной, мы ещё мало прошли, — буркнул Ворвус. — Сами управимся.
Что-то ёкнуло в груди, он будто что-то почувствовал, но нарастающий гнев заглушил эти чувства. «Сами управимся», и как он себе это представляет?
— Сами не сможем! — вспылил Баргур и понял, на сколько глупо он звучит. — Мы ходим по лесу дольше суток!
Баргур опомнился, что почти орёт на старшего по званию и взял себя в руки.
— Нас держит взаперти какая-то сила. Ты знаешь, как задобрить эту силу?
— В моём мире нет магия, — вздохнул Ворвус и остановился.
— То-то, — подтвердил Баргур. — Я тоже не знаю.
— Но это не сказка! — тут уже вспылил Ворвус, которому судя по всему надоело слушать нытьё Баргура.
Тут что-то бухнуло в двадцати шагах от ругающихся солдат и они дружно повернули головы. Ворвус тут же схватился за висящий на боку автомат, проверил предохранитель, прицелился. Это был первый звук за долгие сутки тишины. Даже больше, нежели сутки.
— Сказки — это здорово… — произнёс голос из кучи висящего в воздухе снега.
Снег осел и на этом месте появилась фигура, стряхивающая остатки снега с плаща. Невысокий по меркам Баргура человек с тёмными короткими волосами и уродливым шрамом на щеке зашагал к ним.