«Куколка»

Блейк Натали

— Почему вы так думаете? — спросила она.

Пиппа накрыла своей ладонью тонкую бледную руку Дайаны, лежавшую поверх одеяла.

— Я знаю, — просто ответила девушка, и по ее сочувственному взгляду нетрудно было понять, что она страдает не меньше самой Дайаны.

— Он поступил так и с вами? — спросила Дайана срывающимся, полным слез голосом.

Пиппа кивнула:

— Это было давно.

— Я убью его! Я…

— Мэтт, пожалуйста, приготовь нам чаю, — перебила его Пиппа.

Этот его типично мужской возглас был вполне понятен,

однако не в этом нуждалась сейчас Дайана. Ей необходимо было сочувствие и понимание, а никакие слова были не нужны. Можно было просто молча сидеть рядом. Месть могла подождать, гораздо важнее было в эти минуты быть рядом с ней.

Пиппа постаралась взглядом объяснить все это Мэтту. К ее величайшему облегчению, он понял все, что она хотела сказать, и, не произнеся больше ни слова, вышел из спальни. Оставшись наедине с Пиппой, Дайана схватила ее за руку.

— Я так глупо себя чувствую! — с горечью сказала она.

Пиппа не стала даже пытаться утешить ее, понимая, что нужно дать Дайане возможность самой высказать все, что наболело у нее в душе. И действительно, Дайана заговорила. Она захлебывалась словами, иногда повышала голос, иногда переходила на шепот, и Пиппа чувствовала, что ей становится легче.

В спальню тихонько вошел Мэтт с чайником, поставил его на низкий столик и остановился за спинкой кровати. Пиппа видела по его лицу, с каким трудом он сдерживал свои чувства, внимательно слушая рассказ Дайаны об ужасе прошлой ночи и представляя, что подобное пришлось пережить и Пиппе.

Дайана закончила свой рассказ и разрыдалась. Мэтт подождал, пока она немного успокоится, и шагнул к ней.

— Дайана, тебе надо обязательно заявить об этом, — спокойно и уверенно произнес он.

Она в ужасе замотала головой.

— Кто мне поверит? — вырвалось у нее.

— Пиппа, ты не заявляла в полицию о том, что с тобой произошло?

Пиппа покачала головой:

— Я тогда подумала так же, как и Дайана, — никто попросту не поверит мне. Стив сам так говорил. — Она коснулась рукой лба, словно тщетно пытаясь унять головную боль. — Сколько еще женщин, с которыми он поступил подобным образом? Я могла бы тогда остановить его…

Мэтт опустился рядом с ней на край кровати. Она не отодвинулась, и он взял ее руку в свою.

— В этом нет твоей вины, Пиппа. Но сейчас его обязательно нужно остановить раз и навсегда. Дайана, если мы останемся с тобой здесь, ты сможешь повторить свой рассказ для полиции?

Дайана, казалось, попыталась собраться с силами.

— Думаю… Думаю, да, — прошептала она.

— Отлично. Пиппа, ты тоже должна поведать свою историю. А потом, Дайана, ты сможешь укрыться в моем доме в Лос-Анджелесе. Ты же знаешь, у тебя там много друзей, верно?

Дайана слабо улыбнулась:

— Верно. И потом, мой брат… Хорошо будет оказаться рядом с ним.

Мэтт перевел взгляд с Дайаны на Пиппу и поразился тому, насколько обе они спокойны. Сердце его болело за Пиппу. Ему бы очень хотелось избавить ее от тяжелой необходимости

рассказывать о выстраданном кошмаре, но он понимал, что в этом заключался единственно правильный выход. Они не имели права позволить Грейнджеру издеваться над кем бы то ни было еще.

— Я позвоню Брэду, он сможет устроить все так, чтобы избежать огласки. Хорошо?

— Давайте поскорее покончим с этим, — отозвалась Дайана.

Мэтт кивнул и вышел из спальни.

Несмотря на то что прибывшие сотрудники полиции чрезвычайно сочувственно отнеслись к ней, для Пиппы оказалось настоящей пыткой вспоминать о насилии, пережитом пять лет назад. Она была благодарна Мэтту за его присутствие и молчаливую поддержку. Вынужденная в мельчайших подробностях восстанавливать в памяти то, что все эти годы она пыталась накрепко забыть, девушка невыносимо мучилась.

Однако по мере рассказа душа ее как бы очищалась, и она испытала самый настоящий катарсис. Вместе со словами, которые она произносила, из нее словно вытекал горький яд, поселившийся во всем ее существе с момента перенесенного ужаса. Ей становилось много легче оттого, что она оказалась способной рассказать о своем горе посторонним людям. Когда разговор подошел к концу, Пиппа почти ликовала, потому что чувствовала себя как будто заново родившейся.

— Я отвезу тебя домой, — сказал Мэтт, подойдя к ней, когда все закончилось.

Дайану точно так же расспрашивали во всех подробностях. Кроме того, ее осмотрел медицинский эксперт. Теперь она принимала ванну, а Брэд ждал ее, чтобы отвезти в аэропорт. Полицию, правда, не сильно радовало то обстоятельство, что основная свидетельница по открывшемуся делу покидает страну, однако Дайана смогла убедить их в том, что сможет в любой момент связаться с ними по факсу либо по телефону, а если это понадобится, то вернется. В конце концов полицейские чины дали согласие на ее отъезд.

За те часы, что Дайана провела в ожидании полиции, за то время, которое ушло на дачу показаний, ее желание отплатить Стиву за все, что он с ней сделал, неизмеримо возросло, а то достоинство, с которым она держалась во время допроса, вызывало у всех неизмеримое уважение. Пиппа прониклась искренней любовью к всемирно известной кинозвезде. К тому же их сблизил печальный опыт, сблизил настолько, что перестала ощущаться разница в их положении, и именно с такими теплыми чувствами они распрощались и пожелали друг другу всяческих благ.

Мэтт проводил Пиппу домой. К ее величайшему облегчению, Алекс отсутствовала.

— Ты уверена, что дома будешь чувствовать себя хорошо? — спросил Мэтт.

— Да, вполне, — ответила она.

Она ощущала удивительное спокойствие. Если бы кто-нибудь утром сказал ей, что ее ожидает, она не дожила бы до окончания этого дня. Но теперь, когда все страшное оказалось позади, у нее словно выросли крылья.

Пиппа сварила кофе, разлила его по чашкам и спросила Мэтта:

— Как ты думаешь, они вынесут ему обвинение?