Куколка
Шрифт:
И меня опять нет. Я как будто растворяюсь и пропадаю. Опять темнота. И пустота. Вспышка. Я снова на тренировке. Появляюсь из ниоткуда.
– Таня, ты где живешь?
– Я? Я живу… я живу у Оли (некоторое время я по личным обстоятельствам проживала у подруги-гимнастки). – Оборачиваюсь на других девочек и вижу, что они смотрят на меня с недоумением.
– Ты же сейчас у себя дома живешь.
– Дома? Это где?
И опять смена кадров. Я стою возле Аллы Алексеевны, она меня обнимает. Помню, как сильно я тогда удивилась: Алла Алексеевна обычно меня никогда не обнимала. А тут еще и жалела
Затем – черная дыра.
– Таня, доченька моя, как же я тебя люблю! Ну как же ты умудрилась так упасть? – слышу я. У меня полная дезориентация в пространстве, меня тошнит, а тело ломит так, будто я очнулась после наркоза.
Я сижу на маминых коленках в раздевалке, она плачет. Рядом – тренер.
– Вы успокойтесь, – говорит Алла Алексеевна моей маме. – Ведь ничего страшного не произошло. Таня всего лишь потеряла сознание. Скоро она очнется и обязательно поправится. Не надо пугать дочку слезами.
Моя мама ничего не отвечает. Она лишь гладит меня по волосам и качает на своих коленях, как маленького ребенка.
– Мама?!
– Доченька! Ты очнулась? Как ты себя чувствуешь?
– Нормально. Только голова немного болит. А что случилось?
– Ты не помнишь?
– Нет.
– Совсем ничего?
– Я помню только, как делала связку три фляка на бревне и стукнулась об мостик. Больше ничего…
– Эх, бедная ты моя! Алла Алексеевна сказала, что ты потеряла сознание. Пришла в себя – и ничего не помнила, ни комбинацию, ни где живешь. Она позвонила мне, я сразу примчалась с работы.
– Мамочка, ты сильно испугалась?
– Да нет, доченька. Я просто волнуюсь за тебя, переживаю. Ты ведь такая маленькая, хрупкая, а сколько тебе сил приходиться тратить. Как ты все это выдерживаешь…
– Но все же хорошо, мамочка. Не волнуйся за меня.
– Давай одевайся, пойдем домой. Тебе надо отдохнуть.
– Алла Алексеевна, я домой. До свидания.
– До свидания, Таня. Отдохни как следует, выспись, наберись сил. В понедельник жду тебя на утренней тренировке.
– Хорошо.
И мы с мамой пошли домой. Я чувствовала усталость, еле волочила ноги по разбитой, тронутой осенней распутицей дороге, голова раскалывалась…
Последствия этого дня в будущем часто давали о себе знать. Когда я была подростком, меня мучили страшные головные боли. Но девочкой девяти лет я ни о чем таком, конечно, не думала и не задавалась вопросом, стоило ли так жертвовать своим здоровьем ради спорта. Казалось, все это мелочи, с которыми сталкивается каждый профессиональный спортсмен. А сколько еще препятствий мне предстояло преодолеть и через что пройти…
Глава 2. Есть ли детство у гимнасток?
– Почему до сих пор вы не выпили таблетки? – громким голосом спрашиваю пятилетняя я у разбросанных пуговиц, маленькой куклы и плюшевого мишки.
Повсюду: на диване, стульчиках, на столе, на полу, около шкафов – лежат маленькие разноцветные пуговки. Мама не успела их убрать, а значит, и мои пациенты не приняли лекарства.
– Так не пойдет! Надо лечиться, а то не выздоровеете, – поучаю я нерадивых пациентов, а затем подхожу к каждой игрушке и раздаю так называемые таблетки. Когда мама прятала пуговицы, я думала, что мои пациенты взялись за
Я любила играть во врача. Это была моя любимая игра. Мечтала лечить людей. Постепенно моя мечта ушла на второй план, забылась… Думала, буду тренироваться, потом, как все мои подруги по группе, пойду учиться на факультет физической культуры.
Стук в дверь.
– Таня, тебя соседка зовет гулять, идешь?
– Иду!
И мы со знакомой девочкой шли гулять. Мне нравилось радовать свою маму, поэтому каждый раз после прогулки я приносила ей небольшие букетики. У меня были любимые цветы, которые я собирала. Букеты всегда получались пышными, нарядными. Душа радовалась такой красоте!
Даже несмотря на то, что я занималась гимнастикой, детство у меня было. Просто оно было коротким и не таким, как у других. Но я не жалела об этом. Я любила гимнастику. А еще обожала качаться на качелях, и мама это знала, поэтому мы ходили в другой двор, так как в нашем дворе их не было. Мама, как всегда, устраивалась на скамейке и читала книгу, пока я, довольная, взлетала до небес.
Мне никогда не было скучно самой с собой. Я часто играла в ролевые игры: представляла себя тренером, знаменитой гимнасткой. В пятилетнем возрасте стелила дома матрас на пол, надевала красивый бархатный бордовый купальник, делала мостик, складки, березку, стойки на голове и всегда приговаривала: «Смотрите, смотрите, что я сделала! Красиво?» Немного повзрослев, я научилась выполнять колесо, перевороты. Доходило даже до того, что в маленькой комнате размером 18 квадратных метров я умудрялась выполнять рондаты 2 и фляки назад. Тут главное было люстру не задеть. Я делала дома практически все снаряды: прыжок, бревно, вольные упражнения. Прыжок был особенным, совсем другим, не как в зале. Его я придумала сама. Бревно – по линеечке на полу. А вольные упражнения обязательно под музыку, которую, кстати, тоже сочиняла сама.
2
Рондат – это колесо с поворотом на 90° с соединением ног в середине движения.
Мне нравилось представлять, будто я соревнуюсь с другими девочками. Я играла в соревнования и, конечно же, всегда занимала высшую ступень пьедестала. Сама себе рисовала грамоты, придумывала соперниц… И награждала себя сама. Играла и в сборы. У нас в гимнастической группе были очень сильные и талантливые девочки, которые постоянно ездили на сборы, откуда возвращались с новыми купальниками, олимпийками. Я смотрела на них и тоже хотела себе такой жизни. Мне казалось, что это очень интересно.
Впрочем, в куклы я тоже играла. В свои, особенные. Приносила из зала поролон. Он был куклой-гимнасткой. И мы с ней выполняли всевозможные элементы.
Так что игры у меня в детстве были, только они отличались от игр ровесников. Но это и неудивительно – ведь я была влюблена в гимнастику.
Глава 3. Робкие шаги в мире спорта
Я пошла на гимнастику в пять лет. Случайно ли, либо это было моей судьбой – не знаю. Расскажу, как это случилось.