Куклы во время шторма

Кириллова Оксана

– Тебе принести пилочку?

– Э… что? Зачем?

– Ты только что откусила себе кусок ногтя, и острый край будет за все цепляться.

– О, пустяки, сам затупится.

Она безнадежна.

– Ты не возражаешь, если я попечатаю? – поднявшись из–за стола, за которым мы пили чай, спросила я. – Мне нужно к вечеру сдать две главы.

– Конечно. А я рядом посижу, хорошо? – ответила Жанна.

Следующие пару часов я стучала по клавиатуре, а она, расположившись в кресле, увлеченно рассказывала мне, какой хороший у нее муж и какими чудесными родителями они станут. Видно, такая у меня карма: вечно кто-то мне что-то

втирает, независимо от того, хочу я этого или нет. Наверное, думают, что я хорошо умею слушать? Хотя на самом деле не столько слушать, сколько отвлекаться – Стас меня «раскусил». Но им ведь всем не нужны советы, они сами отлично знают, как им жить. Им надо просто, чтобы их не перебивали, пока они изливают душу. Так что я идеальный вариант.

На секунду я представила себе, что прошло лет двадцать и передо мной сидит не Жанна, а моя дочь-подросток и расписывает мне достоинства Кости из параллельного класса. Или муж вываливает на меня свои проблемы на работе. А я в это время не печатаю текст в сорок тысяч знаков, а готовлю обед. Ведь, скорее всего, так оно и будет. На мне всю жизнь будут «ездить», только потому что всем нравится, как я молчу. Абсурд.

После перерыва на обед, состоящий из не доеденных вчера отбивных, мы вернулись к прерванному: я – к работе, Жанна – к рассказу. Удивительно, сколько всего ей нужно было мне сказать, хотя вся эта речь легко уместилась бы в одно предложение.

Закончила я к вечеру. От долгого сидения болела спина, глаза устали от компьютера, голова шла кругом, и я решила, что самое время выйти проветриться.

Снег так и валил с утра не переставая. Вокруг расчищенных тропинок возвышались целые сугробы, ослепительно белые под светом фонарей.

– Странно, что Сема еще не позвонил, – надевая перчатки, заметила Жанна. – Он уже давно должен был прийти с работы и обнаружить, что меня нет.

– Ужин-то хоть есть? – осведомилась я.

– Да, я купила вареники с картошкой.

– Слушай, если ты действительно собираешься стать мамой, надо научиться готовить. Маленьким детям нельзя есть полуфабрикаты.

– Знаю я, знаю. Но у меня будет достаточно времени, чтобы научиться, пока он будет расти. В первый год он все равно будет питаться только грудным молоком. Господи, я как представлю, что держу на руках эту крошку и прижимаю к груди… сразу так тепло на душе. Я вчера залезала в интернет на форум молодых мам…

Ну ясно, ясно. Можно пока подумать о своем. Завтра суббота. Чем бы заняться? Надо будет придумать что-нибудь расслабляющее, уютное такое… может, принять ванну? Давненько я этого не делала, все под душем да под душем…

Хорошая мысль, кстати. В шкафчике еще осталась соль для ванны, которую мне кто-то подарил на прошлый Новый Год. Точно, Стас. Должен же был он что-то мне подарить, иначе было бы неудобно. Я сама всегда так «отдариваюсь»: гель для душа, крем для бритья…

Удивительно обременительная это штука – отношения. Что дружеские, что любовные, что даже просто сексуальные… не говоря уж о супружеских. При любом раскладе, есть отношения – значит, есть обязанности. Даже если ты просто выслушиваешь длинные монологи человека (причем о чувствах к другой девушке) и иногда делишь с ним постель, ты, оказывается, обязан оставить его у себя дома на неопределенный срок, когда он заболел, да еще ухаживать за ним. Кажется, это уже выходит за рамки… как и знакомство Стаса с моими родителями. Он так и не

объяснил, зачем пришел с цветами и изображал перед ними влюбленного. Теперь уже и не объяснит… Вряд ли он захочет еще со мной общаться. Интересно, а я обязана сейчас спросить хотя бы в sms, как он себя чувствует? Наверное, все-таки да. Ну что ж…

Глава 5

На сообщение Стас не ответил. На звонок, который я сделала для очистки совести – тоже. Видимо, обиделся не на шутку. В какой-то момент я была даже готова упрекнуть себя в том, что выгнала его на мороз – может, ему действительно было плохо? С другой стороны, я ему не нянька и даже не девушка, к тому же, наверняка он сильно преувеличивал и у него всего лишь побаливало горло. Не смертельно.

Часов в одиннадцать утра Жанна засобиралась домой, недовольная тем, что Сема не так уж сильно переживал из-за ее отсутствия: позвонил всего один раз, уже около девяти вечера, и, услышав, что она не придет, ответил «ладно» и положил трубку – даже не спросил, где ее носит и когда же она вернется. Кажется, она испугалась, что еще чуть-чуть – и любящий муж вообще забудет об ее существовании.

– Возможно, он будет зол, – чуть ли не с надеждой произнесла Жанна, завязывая на шее унылый бурый шарф. – Ты же зайдешь со мной в квартиру, правда?

– Ну конечно. Еще и чаю выпью, – покорно отозвалась я.

– Посидишь полчаса или чуть больше. У тебя ведь никаких дел на сегодня нет?

– Нет. Ты не передумала насчет магазина?

– С одеждой? Нет, я не собираюсь ничего покупать.

– Если дело в деньгах, могу одолжить немного.

– Дело не в деньгах! Ида, ты очень хорошая подруга, но почему-то никогда не принимаешь к сведению факты, идущие вразрез с твоими убеждениями.

– О, какая умная фраза, – восхитилась я. – Из книги по психологии? Это распространенная патология или какая-то аномалия?

– Зря смеешься. Я бы на твоем месте задумалась.

«И я бы на твоем месте много над чем задумалась».

– Непременно поразмышляю на досуге. Ты готова к выходу? Я – да.

Кто бы мог подумать, что менее чем через час я окажусь в эпицентре удивительных – в основном по своей банальности, но не только – событий.

Подходя к дому, мы обнаружили, что свет в квартире Жанны и Семы горит – следовательно, Сема там.

– Ой, как он меня встретит? – снова заволновалась Жанна. – Мне что-то не по себе.

– Все будет нормально, – рассеянно успокоила ее я. – Если что, ты можешь пожить у меня еще хоть… несколько дней. – Разумеется, мне не хотелось этого говорить, но я должна была. Дружеские отношения подразумевают некоторые обязанности.

В подъезде она зачем-то начала красться и говорить шепотом – видимо, опасалась, что, услышав ее шаги или голос, Сема заранее вооружится скалкой или кухонным ножом.

В коридор мы тоже вошли тихо, как мыши. В прихожей горела лампочка, из-под закрытой двери в спальню пробивался свет. Сема навстречу не выходил. Пока Жанна запирала за нами трясущимися руками, я чуть не споткнулась об обувь, стоявшую прямо на коврике при входе в прихожую.

– Ого, ты купила красные сапоги. Молодец, – шепотом сказала я.

– Красные?.. – не поняла она и, опустив взгляд, вздрогнула. – Это не мои.

– Упс. Значит, у твоего мужа кто-то есть.

– О Господи.

– То есть, я имела в виду, что у него СЕЙЧАС кто-то есть – ну, в гостях.