Кукла
Шрифт:
– Какого…
Я подалась вперед, желая поближе рассмотреть чудовищную рану. То, что показывала мне подруга, без всяких сомнений было укусом – на бледной коже отчетливо отпечатались следы зубов. Но зубов не человеческих, а звериных. Бледная синюшная кожа была испещрена темными бордовыми разводами, а в оставленных клыками впадинах поблескивали капельки полузапекшейся крови. Подавляя тошноту, инстинктивно отодвинулась от подруги на несколько футов.
Я не могла поверить в увиденное, не могла всерьез воспринимать то, что
– Ну что, убедилась? Я не сумасшедшая, Дина!
Я продолжала смотреть на подругу расширенными от ужаса глазами, но все же нашла в себе силы задать вопрос:
– Эвелин, что было после того, как тебя укусили?
– Я отрубилась, – просто ответила Эв и как ни в чем не бывало сделала очередной глоток кофе. – А еще я совершенно точно уверена, что этот извращенец пил мою кровь, потому что еще никогда не испытывала такого чувства, будто из меня… выкачивали саму жизнь.
Чем дольше она говорила, тем больше ужасных изменений я отмечала в ее внешности. Эвелин выглядела не то что плохо, она имела вид обессиленного и истощенного человека: под глазами залегли фиолетовые круги, запали, точно у столетней старухи, щеки, кожа приобрела мраморный оттенок, а синюшные губы были такими же безжизненными, как и у персонажей мультфильмов Тима Бертона. А еще от моего внимания не укрылось, что у девушки дрожали руки, хоть она и не обращала на это никакого внимания. Наверное, решила я, потому что до сих пор не отошла от шока.
– Эвелин, послушай, тебе срочно нужно в больницу.
Я не могла поверить, что оставленный укус – дело зубов человека, и боялась, что на пребывавшую в нетрезвом состоянии Эвелин напало животное. Например, когда она пошла в лес, чтобы пофлиртовать с кем-нибудь из футболистов. Перед мысленным взором так и стоял перечень симптомов бешенства, которым моя подруга запросто могла заразиться от какого-нибудь зверя. Однажды к нам в школу приходили вирусологи, рассказавшие, насколько опасны контакты с дикими животными и чем это может закончиться. При бешенстве человек видит галлюцинации и испытывает сильную головную боль, а также впадает в бесконтрольный страх и буйные психические состояния.
– Конечно, мне нужно в больницу! – раздраженно воскликнула Эвелин. – Но перед этим я загляну в полицейский участок, чтобы этого больного придурка поскорее арестовали и отправили за решетку.
У меня екнуло в груди. Я знала, что Эвелин не шутит относительно своих намерений, и от этого мне стало особенно тревожно. Я приняла решение сейчас же связаться с ее родителями и изложить им опасения по поводу бешенства. Потому что сердцем чуяла: мой Джулиан здесь ни при чем. Незачем впутывать парня в неприятности с полицией, когда он не сделал ничего дурного.
– Эвелин, давай позвоним твоим родителям, объясним ситуацию, а потом вы…
– Черт, Дина,
– Я верю тебе, Эвелин, – возразила я. – Ты только что показала мне этот чудовищный укус, и я вижу, что дело серьезное, только…
– Только что?
– Я не верю, что это сделал Джулиан, – договорила, наблюдая, как дикая ярость искажает лицо подруги до неузнаваемости. – Я же тебе сказала, что весь вечер он был со мной.
– А мне все равно! – бросила Эвелин, всплеснув рукой. – Ты не понимаешь, Дина, но я видела его своими глазами. И я могу сказать тебе, что Джулиан – чудовище, от которого нужно держаться подальше. Ты должна быть благодарна, что не оказалась на моем месте, Дина…
– Эв, пожалуйста! – воскликнула я, когда она открыла входную дверь, впустив в помещение свежий воздух. – Давай поговорим…
– У меня нет времени на болтовню. Сейчас я иду домой, рассказываю обо всем родителям, и мы вместе едем в участок.
***
– О чем ты вообще думала, когда устраивала этот бедлам?! – кричал отец, нервно меряя шагами гостиную. – Ты хоть понимаешь, что вместо беседки запросто мог сгореть наш дом?
Я молчала, опустив взгляд в пол и чувствуя, как в глазах собираются слезы. Родители приехали три часа назад, и все это время я сидела на диване, выслушивая их крики, упреки и обвинения.
– Дина, мы с мамой доверились тебе! Пошли навстречу и разрешили отпраздновать день рождения с друзьями, потому что думали, на тебя можно положиться, но вместо этого, черт подери, ты устроила пьянку!
– Папа, я не знала, что все так обернется…
– Господи, поверить не могу, что ты опозорила нашу семью! Теперь весь город знает, что наша дочь – развязная малолетняя выпивоха! – Папа подошел к книжному шкафу и со всей дури шандарахнул по боковой стенке кулаком. Я так и подпрыгнула на месте. – Дина, честное слово, я смотреть на тебя не могу.
Отцовские слова были для меня мучительной пыткой. Мне хотелось, чтобы земля сию же секунду разверзлась и поглотила меня, лишь бы не сидеть в одной комнате с папой и не выслушивать его гнев.
– Ты хоть помнишь, кто был на вечеринке? Это были ребята со школы?
– Пап, я…
– Отвечай на вопрос! Ты знала этих ребят? Потому что сегодня нам придется ехать в полицию, чтобы ты давала показания. Я не отступлюсь, пока не узнаю, какой негодяй спалил беседку.
– Все ребята были знакомые, но я понятия не име…
Тут в комнату вошла мама, обозначившая свое присутствие деликатным покашливанием. Я осеклась на полуслове и с видом запуганного зверька уставилась на застывшую в проходе фигуру. Мама держала в руках приподнятый экраном вверх смартфон и смотрела на папу с выражением глубокой тревоги.
Конец ознакомительного фрагмента.