Кукла
Шрифт:
– Правда, – усмехнулся шеф. – Или ты боишься растерять хватку, когда рядом сильный помощник?
– Растерять хватку?
– Ну, знаешь, когда рядом с тобой кто-то более опытный и смышлёный, то начинаешь где-то лениться и…
– Растерять хватку? – возмущённо повторил детектив, снова перебивая Германа. – Хорошо, окей.
Детектив схватил со стола начальника утреннюю газету, такую же, какую читал Ярослав, чтобы найти там нужную новость.
– Что вы делаете? – поинтересовался Дэйв, заглядывая коллеге за плечо.
– Я докажу, что вы все неправы. Вот, смотрите, – ткнул пальцем Артём. – Спорим, что я решу это дело в одиночку?
Герман нахмурил брови, стараясь игнорировать вспыльчивость своего подчинённого, и внимательно прочитал
– Послушай меня, не горячись.
– Нет, давайте поспорим. Вы говорите, что я боюсь растерять хватку и что я хуже стал работать, – Эстер повернулся к рыжему. – Так вот, я возьму и докажу, что это не так. А? Как вам такой расклад?
– Это не наш район, Арти. Да и вообще, это несерьёзно.
– Ещё как серьёзно! – твёрдо возразил детектив. Отсутствие сна дурно сказывалось на способности мыслить здраво, поэтому он едва ли мог контролировать свои действия.
– Артём, послушай себя. По-твоему, это всё просто? Как взять учебник по математике и решить задачу со звёздочкой, чтобы тебе сказали, что ты молодец? Это смешно.
– Ну раз мне больше не верят.
– Я верю. Я даже могу предположить, что ты знаешь этих людей или случай, раз так активно пытаешься доказать свою правоту.
– Нет, это дело мне неизвестно, я взял его наугад.
– Смерть человека – не шутки. Мало кому удаётся найти разгадку так быстро. Не думай, что ты способен на всё, Арти.
– Я не шучу. Я раскрою это дело за трое суток.
– Боже, – закрыла рукой рот обескураженная Сумико.
– Ты не в себе. Иди проспись Арти, – отмахнулся Герман, уставший спорить, что бывало с ним редко.
– Я докажу вам, что я способен это сделать один, раз вы говорите, что Слава мне не помощник и я не могу потянуть его.
– Уходи, Арти. Уходи. Ты не понимаешь, что говоришь. Не заставляй меня злиться на тебя и ругаться с тобой. Уходи.
– Через три дня я принесу отчёт. Вот увидите.
Гордо задрав нос, детектив громко хлопнул дверью и вылетел из кабинета, как ошпаренный. Мысль о том, что Дэйв решил сыграть за его спиной в заботливого коллегу, воспользовавшись моментом, заводила настолько сильно, что внутри детектива открылось второе дыхание, вытеснив собой сонливость. Ненависть к рыжему была непонятна Герману, видящему перед собой перспективного сотрудника, на которого можно положиться, но Артём знал, что Роук не так великодушен, как считали многие. Узнав о его подлых методах допроса и беспощадного устранения конкурентов, в погоне за личной выгодой и желанием утолить жажду власти и тотального контроля, детектив скоро осознал, насколько опасным может оказаться тесное общение с этим человеком.
Роук, в отличие от детектива, всегда работал исключительно с криминальными и особо тяжкими случаями, что уже говорило о его некоторых взглядах на мир. Он даже мог бы работать с бывшим напарником Артёма, с которым хотели работать многие, если бы тот не углядел в мальчишке больше таланта и перспектив, чем в рыжем. К тому же, работать с кем-то в паре означало знать о нём всё: его семью, друзей, личную жизнь и тайны. Артём не мог допустить вторжения Дэйва в своё личное пространство, зная, как он с лёгкостью сможет взять его под контроль, полностью лишая воли и каких-либо свобод. Ему хватило ума узнать все подробности от бывших коллег рыжего, которых он не стеснялся обличать в порой надуманных делах, полностью и безвозвратно лишающих значка. И пусть детектив не цеплялся за свою работу мёртвой хваткой, но некоторые нелицеприятные факты о себе ему хотелось бы скрыть, чтобы не закончить жизнь запертым в четырёх стенах.
«Чёртов мерзавец! Не на того напал, я так просто тебе не сдамся!»
– 8 -
Синий автобус плавно наклонился на правый бок, открывая пассажирам
«Кажется, что я вчера всё же перегнул палку. Что, если я не смогу так быстро раскрыть это дело? Тогда мне придётся работать с Дэйвом сутки напролёт, хотя шеф всё равно ничего не обещал… Чёрт! Знать бы какой отдел взял это дело, чтобы сразу все материалы получить… Эх, надо было идти домой и спать, а не сидеть над теми бумажками из-за которых я как пьяный пошёл к шефу и поругался с ним. Идиот! Кто тебя за язык тянул, а?»
Артём ударился головой о стекло пару раз, как бы наказывая себя, после чего задумчиво посмотрел на проезжающие мимо машины.
«Нужно сосредоточиться и подумать о деле. Подумать о том, почему пацан мог спрыгнуть и почему его тела не оказалось на месте. Думать о том, кто мог подтолкнуть его к этому. Думать о тех бедных девушках, которые погибли, не помня себя, потому что в здравом уме нельзя так резко захотеть уйти на тот свет под всеобщие аплодисменты. И параллельно думать о падении… Как та девушка из цирка. Она же ходила по канату, уверенно могла сохранять равновесие, контролируя своё положение на колесе обозрения, упав в нужный момент. Погодите, – детектив замер, загадочно шевеля пальцами в воздухе. – Она умерла от падения, но она контролировала этот процесс. Значит… Девушка, которая хотела стать моделью, умерла куклой, потому что их наряжают словно кукол. А танцовщица сгорела. Сгорела в огне испанских страстей, в танце. Студентка биологического умерла в саду, в одежде богини, как её представляли греки. Выходит, что все они умирают согласно своему роду деятельности. Это значит, что тот, кто виновен в их гибели, знает, чем они занимаются. Для создания образа нужно время, а это указывает на то, что жертвы не выбираются спонтанно. За ними следят, их готовят. В одиночку такое сложно делать, нужно быть очень подкованным, чтобы и следить, и шить, и создавать свои наркотики. Либо это долгий процесс подмешивания препарата, а значит должен быть контакт. Такое возможно, если действительно посещать какой-то кружок или типа того. Да, да, да».
Вернувшись из своих размышлений в реальность, детектив заметил, что на него косо смотрит пожилая женщина с внуком. Судя по выражению её сморщенного лица, часть слов была сказана вслух, автоматически занося детектива в список неадекватных шизофреников в глазах женщины.
«Кажется мне стоит пересесть на другое место, а лучше вообще на другой автобус».
…
Доехав по карте до нужной остановки, Артём сделал глубокий вдох, наслаждаясь свежестью и лёгким холодком после дождя. Посмотрев на экран своего телефона, он пошёл пешком в сторону спального района, периодически отвлекаясь на интересные граффити с изображением великих спортсменов и деятелей науки на всю стену высотных домов.
«Тихий район».
Завернув на аллею, детектив убрал телефон, прокручивая в голове дальнейший путь до своей цели. В конце концов он вышел на большое пространство, посреди которого, в гуще деревьев, гордо стоял недострой.
«Матерь Божья, какая огромная!»
Белые обшарпанные стены делали проёмы без окон ещё темнее и зловещее, не говоря уже об общих формах диковинной архитектуры из прошлого столетия. Очевидно это место должно было стать большим центром, спасающим жизни, украшающим местность своей величавостью, но вместо этого оно обросло вселяющими страх и отвращение легендами, посильнее деревьев и кустов.