Куда улетают драконы
Шрифт:
– Кусочек хлеба, если есть, милая девушка.
Толпа напирала, и нас оттеснили к высокому беленому забору. Из-за давки я припала плечом к нему и измазала свой наряд.
– У меня… – я вжалась в ограждение, пытаясь сообразить, что же взяла с собой съестного. В памяти всплыл бумажный куль с мамиными плюшками, что теперь покоился под ворохом смятых юбок. – Нет ничего. Простите…
– Остерегайся чёрного… – последнее её слово заглушил гудок прибывающего на соседний пирс корабля. Женщина посмотрела на очередную волну людей
Женщина раздосадованно опустила руки и, скривив сухие губы, поковыляла прочь. Я долго провожала её виноватым взглядом. Было стыдно. Но неприятные эмоции притупились, едва я представила, как развязываю мешок и начинаю выгребать из него одежду в поисках несчастного кулька с выпечкой.
Вскинув груз на плечи, я потащилась к проходному пункту сквозь толпу потных мужских тел. Оторочка юбки сделалась серо-зелёной от грязи и тины. Неожиданно крепкая рука обвила мою талию и притянула к себе. Я не успела даже возмутиться.
– Арли, отстаёшь! – прошептал Викс в ухо, взявшись из ниоткуда.
Кто-то пихнул меня в бок и наступил на длинную юбку. Пока я путалась в одежде и отбивалась от неуклюжего коротконогого мужика с приплюснутым носом, Викс пробился дальше. Я проследила за его взглядом. Он угрюмо смотрел на деревянный борт, что отделял нас от границы порта. За занавесью тумана, прочерчивался исполинский хребет моста, а за ним – толстая туша корабля.
– Ты когда-нибудь плавал? – спросила я неожиданно.
Викс обернулся, поджидая своей очереди на пропуске.
– Ездил к дяде. Там у них река глубоководная. Там и научился, – он сжал губы. – Братья просто выбросили за борт лодки, а я очень хотел жить. А ты?
Парень, подхватив меня за локоть, помог пройти ещё пару метров сквозь толпу. Мне показалось, что воздух закончился, а ремешки корсета, как прутики, впились в ребра. Было душно, жарко и сыро. Я с трудом представляла, какой будет поездка на этом громадном корыте, что упиралось мачтами в серо-голубое небо с белыми проплешинами.
– Нет. На корабле, – уточнила я. Интересно, только меня мучает страшное предчувствие, что это металлическое многоглазое брюхо проглотит нас, как неведомое чудище, и переварит?
– А-а, это! Да, в прошлом году. Тебе понравится! – Викс достал из кармана билет и протянул контролёру. Протиснулся между людьми, взошёл на трап и обернулся, словно ожидая моей реакции.
– Ваш билетик, – светлоглазый взгляд контролёра сурово вперился мне в лоб.
Ужас сковал поджилки и повис на лодыжках тюремной гирей. Мой билет всё ещё был в мешке! Под кошельком, что лежал с самого верху, дабы могла купить что-то в дороге!
Вернее… он точно находился там двадцатью минутами ранее. До того, как я решила проверить, на месте ли мой дневничок. Теперь же кошелёк был надёжно погребён под тряпьём, книгами и милыми безделушками. А билет…
Мысль о том, что мне снова придётся выворачивать наплечный мешок на глазах у подгоняющей очереди и гаркающей толпы, принесла с собой настоящий ужас. И колючие мурашки. Голова закружилась, и алое небо пошло волнами.
– Билетик? – переспросила я, обречённо стаскивая с плеч лямки мешка. – Ах, да… Сейчас…
Викс не сводил с меня глаз, как и двое широкоплечих охранников, что нависли над невысоким контролёром и накрыли меня своей тенью. Я сглотнула. Если быстро не найду билет, не попаду на корабль. Глупо! А мать ведь говорила спрятать его надёжно, но так, чтобы можно было быстро найти. Да кто ж слушал?!
Сначала я нащупала платье с оборками. Пока выпутывала вспотевшие пальцы из ниток кружева, мужичок у стойки закатил глаза и громко кашлянул.
– Если билета нет, освободите площадку, – процедил он и блеснул одним светлым глазом. Второй прищурил от солнца. Два охранника синхронно кивнули и выровняли спины. Сейчас вышвырнут меня, и плакала моя учеба в Орэйворе.
Я стёрла рукавом пот со лба и нырнула обеими руками в мешок. Ну, где же билет? Где же?
– Арли, – позвал меня Викс. Я отмахнулась. Не до него было. – Арлюха, ты забыла, что мне его дала?
– Да отстань ты уже, – проговорила в ответ, едва не плача. Руки всё ещё перебирали оборки платьев, тщетно пытаясь нащупать билет. – Ч-что? Что ты сказал?
Подняла голову, и мачты махины-корабля преломились в бликах слёз. Кондуктор и охранники нависли надо мной, как исполины.
– Да что вы с нею нянькаетесь?! – возмущённый выкрик из очереди пробороздил спину, влетев клинком точно промеж лопаток. – Видно же по её платью, что в кармане дыра!
За спиной сварливо заголосили. Кто-то советовал бросить меня за борт, кто-то – хотя бы отодвинуть с пути. В гомон голосов вклинивались даже позывные возниц, предлагающих мне повозку до дома.
Паника и отчаяние сожрали бы меня заживо, будто звери дикие, если бы я не разглядела впереди Викса. Тот сжимал пальцами… мой многострадальный билет!
Хлопнула себя по лбу, вспомнив, как мать прямо перед отъездом сама вытащила билет из-под моего кошелька и отдала на хранение Виксу. Знала матушка, что водится за мной рассеянность. И не зря, видно, говорила, что таким, как я, в рядах лекарей не место.
Когда контролер разорвал мой билет, я рванула вперёд и затормозила уже возле Викса. Чуть не кинулась обниматься. Ну, нарочно же тянул! Ползучий змей! Он улыбался широкой улыбкой, обнажая ровные белые зубы.
– С тебя два поцелуя, – шепнул он. – Нет, три. Ещё один за то, что поймал на повозке.
Я хотела возразить, но парень выставил перед собой указательный палец, а затем подтолкнул меня к трапу.
– И теперь в щёчку не сгодится, – веселился дальше Викс. – В губы, Арлюха, в губы.