Куда уехал цирк
Шрифт:
— Эй, деревня! Заработать хотите? — увлекшиеся созерцанием брат и сестра не сразу поняли, что обращаются к ним. — Перед подростками, насмешливо улыбаясь, стоял пожилой мужчина, с усами закрученными вверх острыми стрелочками, — Небось, первый раз на такой ярмарке? На вашей ферме такого не увидишь.
И ребята честно кивнули, соглашаясь, на такой они и вправду были в первый раз.
— Только рановато вы пришли, а коль уж пришли, так можете подзаработать. По халфу на брата?
— Пятидесятицентовик? Это, смотря за какую работу, — Сонк как бы невзначай слегка оттер Эни назад и недвусмысленно расправил
Мужчина посмотрел на каменное лицо молодого индейца и понял, что надуть пацанов вряд ли удастся.
— Ну, так что делать-то?
Оказалось, что прошедшей ночью, во время грозы, кто-то разбил зеркала в популярном у публики зеркальном лабиринте. Терять прибыль хозяин не желал и поэтому приказал срочно провести ремонт. Зеркала вот-вот подвезут, а людей на уборку разбитых не хватает — гроза прошлой ночью наделала беды и все заняты.
— По доллару на каждого, — Денни решил почувствовать в разговоре, — Иначе, любезный, не имеет смысла пачкать руки. «Любезный» крякнул, настороженно прошелся взглядом по одежде ребят, задержался взглядом на их руках, сдулся и не выглядел уже таким внушительным.
В бывшем лабиринте вяло копошились четверо мальчишек, собирая руками осколки зеркал в корзины. Денни хмыкнул и потребовал у нанимателя грабли, лопаты и метлы, за которыми тут же были отправлены мальчишки. А практиканты принялись внимательно осматриваться, Стены состояли из зеркальных квадратов примерно пятьдесят на пятьдесят сантиметров, хитро закрепленных на деревянных щитах. Битыми оказались поперечные стены, и выглядело это странно. У самого пола квадраты зеркал высыпались мелкой крошкой, пару рядов выше кое-где еще висели крупные осколки, а на уровне груди квадраты змеились трещинами. Эн заглянула в следующую комнату и увидела, что на следующей стене разрушения заканчиваются на три ряда ниже.
— Хорошо, что у вас зеркала не сплошные, их пришлось бы менять целиком, а так только битые можно заменить, — заметил Денни.
— Но с большими зеркалами было бы куда интересней, — Эни поправила на голове картуз. — А то так швы искажают отражения.
Мужчина кашлянул и неожиданно представился.
— Зифригд Цагель — управляющий цирка. — мужчина поклонился, пристально глядя на подростков.
— А что, управляющий сам ходит нанимать работников на уборку? — Сонк насмешливо улыбался.
— Случается иногда… — управляющий хотел добавить еще что-то, но в этот момент вернулись запыхавшиеся мальчишки и на него перестали обращать внимание. Остатки зеркал выбивались из оправ, сгребались граблями и грузились в корзины. Эни сметала мелочь метлой, работа спорилась, и когда в ухе раздался тихий голос, девочка чуть не выронила метлу.
«Эни, это Сонк, включи внутреннюю связь.»
В начале последнего курса всем курсантам, вживлялся прибор внутренней связи. Микроскопический микрофон под челюстью у самого горла и столь же крошечный динамик в ухе где-то возле барабанной перепонки. Потом старшекурсники долго тренировались говорить, не шевеля губами и не открывая рота, а только незаметно напрягая гортань. Это оказалось непросто. Потом после успешного освоения методики, курсанты размечтались использовать чудеса техники для подсказок на экзаменах. Но, профессора, выучившие и изучившие не одно поколение студентов, были начеку,
Эни сжала мочку уха, запуская связь, и коротко кивнула Сонку, краем глаза отметив, что-то же самое делает Денни.
«— Ребята вы засветились. Этот принимает вас за богатых мальчишек, пришедших на ярмарку переодетыми в фермеров, — объяснил Сонк причину своего включения.
— Черт, когда мы прокололись?!»
— Мы же вроде ничего…?! — брат и сестра закричали, чуть ли не хором.
— А нечего было его любезным обзывать! Все разборки потом! — оборвал их индеец. — Возможно это и к лучшему. Сначала подождем, что бы он сам сказал, о своих подозрениях на ваш счет. А потом будем импровизировать. Если что, вас отпустил повеселиться папенька, за экстерном законченный год учебы, например. С вами повар, служанка, личный учитель и охранники. Эни, мне кажется, что он подозревает в тебе девушку.
— Ой!
«— А мы разыграем, что поспорили с тобой и все дела.
— И не забывайте — я охранник и вам подчиняюсь! Связь не выключать.»
Работавшие рядом мальчишки и вернувшийся управляющий даже не подозревали, что под их носом провели производственное совещание.
Зеркальный мусор закончился как-то неожиданно быстро. Эни поставила метлу в сторону, подула на ладонь и обратилась к мужчине.
— Мистер Цагель, мы, кажется, успели вовремя?
— О да юная леди, старый Цагель спасен вашими руками! — управляющий хитро посмотрел на надувшуюся девушку. — Мне невероятно стыдно, но больше пяти долларов, я не могу заплатить даже столь знатным молодым людям как вы. Однако банкноту он протянул Сонку.
— Ага! Не только меня разоблачили, но и тебя! — Девушка радостно захлопала в ладоши и тут же капризно скривилась. — А как вы поняли, что мы ряженые? — она с любопытством уставилась на управляющего.
— О, это было довольно просто. На вас совершенно новая одежда. Вся! Ни один фермер не оденет так своих детей.
— Но, сначала вы нас все же приняли за фермеров! — возразил Денни.
— Каюсь, вы с таким интересом рассматривали миссис Мари на велосипеде, вот я и…
— Вот именно миссис Мари, такая симпатичная девушка, — Денни слегка задрал нос.
— А я рассматривала велосипед, потому что такое старье, но на резиновых колесах! — поддакнула Эни.
— Это специальные старые велосипеды, улучшенные конечно, любой желающий может на них покататься за небольшую плату — никель за полчаса.
«— Пять центов» — прозвучала в ухе подсказка.
— Всего то? Но вы не сказали мистер, как разоблачили брата. — Эни вернула ушедший в сторону разговор к интересующей теме. — И почему считаете нас, — девушка замялась, подбирая слово. — Не бедными, скажем так.
— Ваш брат привык командовать, это сразу видно. Фермер стушевался бы в незнакомой обстановке, а он даже глазом не моргнул. Да и руки у вас обоих совсем не крестьянские, уж простите мне смелость. А не бедными, — мужчина позволил себе слегка улыбнуться, — только очень небедный человек, мог не задумываясь сказать о больших зеркалах — баснословно дорогих.
— Вот ты проиграл мне пять долларов! — Девушка проказливо протянула ладонь. — Сонк отдай, но тот покачал отрицательно головой. — А почему? Денни же разоблачили!